Любовь Огненная – Покинутая. Академия Проклятых (СИ) (страница 13)
Увидев нас, парень шкодливо улыбнулся, но улыбка его тут же исчезла, сменившись непониманием. И обращено оно было совсем не к нам.
– Кем занято? – спросил он озадаченно. – Эти места всегда пустуют.
– Здесь занято, – повторили огневики едва ли не хором.
Мы с Бетрией пока абсолютно ничего не понимали, так и замерев истуканами.
– Да вы смеетесь, что ли? – возмутился Аро.
– Нам не нужны проблемы, а она сейчас проблема, – с нажимом проговорил брюнет, кивнув на меня, и вперился в Энаро непримиримым взглядом.
А до меня наконец-то дошло. Зло усмехнувшись, я хлопнула вознамерившегося ругаться друга по плечу.
– Брось, ничего страшного. Мы с Бет сядем за другой стол.
– Да, все нормально, – добавила рыжая, натянуто улыбнувшись.
– Но это неправильно. Ай, да ну вас, трусы!
Поднявшись из-за стола, огневик забрал свой поднос и твердым шагом отправился к угловому столику, что еще пустовал. Мы последовали за ним, переглянувшись с магичкой. Я не могла не улыбаться.
Теперь у меня и здесь появились настоящие друзья.
А еще это была первая трапеза, которая прошла без каких-либо казусов, что не могло не радовать. Некромант и его компания во время обеда в столовой так и не появились.
География земель прошла как-то мимо меня. Я, в принципе, хорошо разбиралась в этом предмете. В Доме Покинутых в кабинете Старшей Сестры висела почти такая же большая карта, как и в кабинете академии на третьем этаже.
Так или иначе, рядом с этой картой каждый Покинутый проводил какое-то время, когда его наказывали за проступки и ставили в угол. От нечего делать я изучала эту карту и теперь знала ее наизусть.
Я могла с закрытыми глазами показать наши границы. Могла рассказать, чем богаты наши земли и чем они отличаются от территорий наших соседей. Могла назвать точное количество городов, деревень и рек, но, как оказалось, этого было мало.
На лекции преподаватель рассказывал о том, как солнце влияет на нашу планету. В принципе, он говорил о том, о чем каждому к восемнадцати годам уже было известно, но кое-что все же для меня было новым. Например, я не знала, что человеку обязательно необходимо какое-то время проводить на солнце. Нехватка солнечных ванн могла привести к серьезным проблемам со здоровьем.
Помня о том, что для меня нашли работу, после лекции я сразу спустилась к кабинету директрисы, но на месте ее не оказалось. Горя нетерпением, я простояла больше десяти минут, прежде чем женщина все-таки появилась в конце коридора.
Она шла так легко, так уверенно, что у меня невольно закрадывалось восхищение.
– Я рада, что вы не опоздали, Павлиция, – произнесла женщина, открывая дверь своего кабинета. – Как вы обустроились на новом месте?
Отвечала я несколько удивленно и совсем не то, о чем у меня спросили:
– Все хорошо. Я нашла у кого переписать прошлые лекции. Одна из моих соседок тоже некромантка-первокурсница.
– Да. Рикола, кажется. – Пройдя в свой кабинет, женщина положила на стол стопку папок и вновь вернулась к двери.
Обратно в коридор я выходила, отчаянно ничего не понимая. А потому и решила прояснить ситуацию:
– Директор Вантерфул, вы действительно нашли мне работу?
– Конечно, – ободряюще улыбнулась магесса. – Вы станете помощницей нашего библиотекаря.
Пока мы спускались вниз на первый этаж, директриса говорила о моих обязанностях. Мне предстояло ухаживать за книгами, проверять их целостность, поддерживать чистоту в библиотеке и делать все то, о чем попросит библиотекарь.
Но в рамках разумного, естественно.
– Сейчас я вас познакомлю.
– А сколько мне будут платить? – этот вопрос меня очень интересовал.
– Учитывая, что ты будешь работать с трех часов дня пять раз в неделю и всего по три часа, оплата достойная. Тебе назначено жалование в семь тысяч восемьсот айлинков в месяц. За общежитие придется платить по три с половиной тысячи, так что у тебя еще будут оставаться свободные деньги.
Мысленно сделав вычисления, я осталась почти довольна. При таком раскладе до первых снегов мне как раз удастся скопить денег на зимнюю одежду и обувь, что отлично, но на другие покупки средств у меня совсем не останется. Даже если не брать во внимание питание – питаться спокойно можно только в академической столовой, – мне постоянно будет требоваться канцелярия.
– А нельзя ли мне работать семь дней в неделю? – спросила я, входя в просторное помещение вслед за женщиной.
Высокие книжные шкафы из темного дерева казались громоздкими, занимая собою большую часть библиотеки. На первой линии стояли столы и стулья, где студенты могли бы сидеть и читать или заниматься. Эта часть была освещена лучше, в то время как противоположная от входа стена была почти не видна.
Это могла бы быть абсолютно обычная, тусклая, ничем не примечательная библиотека, если бы не многочисленные растения в горшках. Они занимали все свободное пространство у стен.
– Так нужны деньги? – с пониманием спросила магесса. Я кивнула в ответ. – Можешь поискать подработку в городе на выходные дни, но не думаю, что ты осилишь. Учеба в академии занимает много времени, поэтому студентам и нужны выходные. Обычно в эти дни выполняется домашняя работа. Астария Пестри!
Окликнув библиотекаря, магесса подошла к невысокой стойке. Почему стойка такая низкая, я поняла, стоило домовой в строгом темно-синем платье появиться перед нашими глазами. Она вышла из дверного проема, уверенно управляя стопкой из восьми книг, что плыла прямо по воздуху.
Бет говорила, что в академии домовых всего два, но полноватая седая женщина с большими золотыми глазами явно принадлежала именно к этой немногочисленной древней расе.
Познакомив нас, директриса Вантерфул ушла.
– Расскажете, что мне нужно делать? – спросила я несколько смущенно.
– Конечно, дорогая, – тепло улыбнулась женщина.
Обойдя стойку, она направилась к ближайшему ряду. Я шла следом, рассматривая цветные корешки книг. Одни были старыми и потертыми, а другие новыми, с легко читаемыми названиями.
Книжки, что парили в стопке вслед за астарией Пестри, разлетались по шкафам по мере того, как мы шли.
– Как ты уже, наверное, поняла, я домовая, а домовые сами легко справляются с грязью и пылью. Сама суть нашей магии – наводить и поддерживать чистоту. Но некоторые книги нельзя реставрировать магией, – рассказывала женщина. Книги в стопке закончились, и мы вернулись к стойке. – Они сами по себе являются артефактами или впитали в себя остаточную магию своих прежних владельцев. Такие книги находятся в особой комнате, закрытой для постоянных посещений. Чтобы туда попасть, необходимо получить разрешение. Именно этими книгами мы с тобой и будем заниматься.
– А это… Не опасно? – уточнила я.
– Опасно, поэтому я научу тебя соблюдать все меры предосторожности. И, конечно, научу заклинаниям, которые пригодятся тебе в работе. Разносить книги по местам вручную быстро надоедает. Но самое главное в нашем деле – это отчетность.
Астерия Пестри рассказывала много, а показывала еще больше. Проведя для меня экскурсию по всем помещениям, а их в библиотеке оказалось не так уж и мало, женщина предложила мне выпить чаю с самым вкусным печеньем, которое я когда-либо пробовала. Получив от меня комплимент, домовая зарделась, потому как печенье пекла сама по своим собственным рецептам.
– У нас в Доме Покинутых тоже есть библиотека, – поведала я, беззастенчиво сцапав с блюдца уже шестую по счету печеньку. – Правда, она не такая большая, как здесь, раз в десять меньше, но иногда в наказание я там работала.
– Строгие правила? – с сочувствием спросила женщина.
Мы сидели в небольшой, но очень уютной комнатке – что-то вроде гостиной. Тепло, исходящее от камина, приятно согревало, а в мягком кресле, обитом бархатом, я чувствовала себя удобно.
Правда, часть комнаты все же была занята тремя крепкими столами и стульями, ножки которых регулировались. Именно за этими столами, как рассказала астерия Пестри, нам и предстояло реставрировать книги.
– Строгие, – согласилась я. – Но лишь потому, что в городе нас не любят. Малейший проступок может оказаться последним для Дома Покинутых. Мы живем… точнее, они живут на подаяния знати и естийя. И это трудно – жить, завися от чужого настроения.
– Понимаю, – кивнула домовая, выражая участие. – Ну что? Почаевничали, пора и за работу браться. Для начала давай проверим, по своим ли местам расставлены книги. Иногда студенты кладут их как попало и куда попало. Совсем не уважают чужой труд.
С этим фактом я пока согласиться не могла, но чашку на столик поставила. Махнув рукой, женщина отправила поднос обратно в буфет, к остальному сервизу. Я была уверена, что чашки туда вернулись уже чистыми.
– А как я узнаю, что книга стоит не там?
– О, это легко, – махнула она рукой и поднялась на ноги, засеменив на выход из библиотеки. – Цвет обложки означает направление магии, цветная полоска на корешке – специализацию, цвет ромба – специальность. Ты быстро поймешь.
Выбравшись обратно в главный зал, астерия Пестри магией подхватила со стойки новую стопку книг. Откуда она взялась, женщина рассказала тут же. Дело в том, что, находясь на территории библиотеки, студенты могли брать книги абсолютно свободно. Записываться нужно было лишь в том случае, если литературу выносили за пределы помещения.
– Студентов можно разделить на три вида: те, кто сами ставят книги на место; те, кто бросают их где попало; и те, кто оставляют их на стойке, – рассуждала домовая.