Любовь Огненная – Подаренная Снежному. Королевство драконов (страница 32)

‒ Темани не способна воспитать дитя по нашим законам. Они чужды для вас, как и наша природа. Ни одна темани никогда не поймет, что испытывает ее ребенок во время первого оборота. И помочь она тоже не сможет, только погубит.

‒ С чего вы взяли? ‒ возмутилась я этому несправедливому обвинению.

‒ Мой отец был сердобольным, ‒ признался Морзеус с ядовитой улыбочкой. ‒ Мой первый оборот уложил меня в горячечный бред, и мать три дня пыталась отпоить меня травяными снадобьями от простуды. Драконы не болеют простудой, фиса Лифорд. Я едва не погиб.

‒ Но если бы она знала заранее… ‒ возразила я.

‒ Она знала. Только оборот у всех драконов проходит по-разному. Она заподозрила неладное, когда у меня отросли когти. Отец и его жена успели чудом. Они позвали моего дракона, и он откликнулся. И знаете, что я запомнил, фиса Лифорд? Ужас в глазах матери, когда она увидела мою вторую ипостась.

‒ Мне жаль, ‒ выдавила я из себя.

Представив обиду ребенка, отвергнутого матерью, я ощутила его боль. Но ведь не все же боятся? Да и время лечит. Я была уверена, что темани не воспринимали бы происходящее с их детьми как из ряда вон, если бы как можно чаще видели обороты своими глазами.

Но их лишили этого. А то, что неведомо, не поддается логике, всегда пугает.

‒ Темани не способны воспитать драконов, ‒ повторил Морзеус будто специально для меня. ‒ Уясните это сейчас, и тогда вы значительно облегчите себе жизнь.

Мне не пришлось ничего отвечать. Водитель остановил магавто посреди леса. От дороги уходила тонкая вытоптанная тропа, и именно она привела нас к замерзшему озеру.

До нас здесь совершенно точно кто-то катался. Весь лед был расчерчен округлыми полосами.

Морозный дракон нес с собой две корзины. В одной лежали железные лезвия, которые крепились прямо к обуви. В другой я заметила плед, бутылку виноградного сока и фрукты.

А вокруг стояли морозы. Пока мы дошли до берега, я успела продрогнуть до костей, хотя идти было всего ничего. От берега хорошо просматривалась дорога с оставленным на ней магавто.

‒ Вы умеете закреплять коньки или вам помочь? ‒ спросил Морзеус и поставил корзины.

Мы расположились у черной костровой ямы, обложенной камнями. Я улыбнулась, вспомнив о Рейшике.

‒ Умею. У меня есть племянник, который только и ждет зиму, чтобы скорее достать коньки.

Взяв из корзины те лезвия, что были поменьше, я начала крепить их к подошве сапог. Когда был приделан уже второй конек, с дороги послышался странный визг. Мы оба посмотрели в ту сторону и заметили второе черное магавто.

Не прошло и секунды, как из салона выбрался Снежный форд. Резко распахнув заднюю дверцу, он вытащил наружу испуганную Хесту, облаченную в синюю дубленку, и решительно направился к нам.

Я напряженно замерла. Сегодня в моих планах не было встречи с Квелином Прейном.

‒ Снежного дня, ‒ громко поздоровался он с Морзеусом.

Морозный форд наблюдал за конкурентом с неподдельным интересом.

Я тоже следила за каждым его шагом. Чем ближе был Квелин, тем больше разрастался камень в моей груди. Я не ждала от него ничего хорошего, мысленно готовилась к выяснению отношений, но форд Прейн превзошел все мои ожидания.

Подобравшись ко мне, он просто закинул меня на свое плечо. Взгляды драконов встретились, но лишь на миг. Морзеус едва заметно кивнул и сдержанно улыбнулся.

‒ Вы куда? Немедленно отпустите! ‒ воскликнула я ошеломленно.

‒ Мы договорились. Будьте добры выполнять взятые на себя обязательства. ‒ отчеканил Снежный, широким шагом направляясь обратно к магавто.

‒ У меня поменялись обстоятельства. Да отпустите же вы! ‒ потребовала я.

Снежный форд, как ни странно, послушался. Но к этому времени он уже дошел до магавто. Распахнув передо мной дверцу, дракон выжидающе замер.

Я стояла, не шелохнувшись. Наши взгляды скрестились.

‒ Или вы усаживаетесь самостоятельно, или я сам вас усажу, ‒ пригрозил он, сверля меня недобрым взором.

Во мне медленно закипала злость. На миг прикрыв веки, чтобы переварить ее, я шумно выдохнула и сама залезла в салон.

Дверцей он хлопнул от души.

Глава 17. Новые знакомства

Магавто сорвалось с места так, будто мы куда-то торопились. Полоска леса быстро затерялась за горизонтом вместе с ошарашенной Хестой, а впереди замаячили крыши домов. Мы вернулись в город, но я не понимала, к чему такая спешка. Квелин даже обгонял чужой транспорт на дороге.

‒ Куда мы едем? ‒ спросила я, не выдержав.

Ощущая злость Снежного, я хранила молчание всю дорогу до города, но сейчас всерьез обеспокоилась конечным пунктом. С таким выражением лица он мог везти меня разве что на казнь.

‒ Мне на работу надо. Из-за вас я уже опаздываю, ‒ ответил он раздраженно.

‒ Вы забрали меня со свидания, чтобы я поехала с вами на вашу работу? ‒ опешила я. ‒ А почему вы Хесту с собой не взяли?!

Меня смерили уничтожающим взглядом. Я даже на расстоянии вытянутой руки ощутила, что сейчас мне лучше не открывать рот. Мое решение пойти на свидание с другим фордом Снежного явно не обрадовало.

Но не молчать же всю дорогу до академии, в самом деле!

‒ Как вы узнали, где мы? ‒ поинтересовалась я требовательно.

‒ Все форды заранее утверждали места для свиданий, ‒ отчеканил дракон. ‒ Списки висят в общей комнате, чтобы мы не пересекались и не мешали друг другу.

‒ И на сегодня вы не нашли ничего лучше, чем приготовить свидание на работе? ‒ отозвалась я с вызовом.

Квелин резко ударил по тормозам. Если бы я не была пристегнута широким ремнем к сиденью, меня бы точно бросило вперед.

Я посмотрела на Снежного, не скрывая злости. Он вернул мне такой же взгляд. Мы оба явно были недовольны.

‒ Мне не нравится, что вы забрали меня со свидания, ‒ выпалила я первая.

‒ А мне не нравится, что вы не соблюдаете наши договоренности. Вы сами сказали: что бы ни случилось, вы выбираете меня, а я вас. И кого я увидел, подогнав магавто к воротам особняка?

Вспомнив недостойное поведение Просьи у ворот, я притворно вздохнула:

‒ Неужели Хеста лезла к вам целоваться?

‒ Да я едва отбился! ‒ возмутился он. ‒ Так что же изменилось за ночь, Анатейзия? Почему я не увидел у ворот вас?

Он словно и правда не понимал, что изменилось. Мои ладони под его рубашкой; пальцы, согреваемые его дыханием, ‒ это то, что я могла стерпеть. Наша поездка в карете и его объятия ‒ это то, с чем я смирилась. Даже его проникновение в мою комнату не вызывало столько эмоций, сколько сорванный с моих губ поцелуй.

Неужели он не понимал? Или для него целовать малознакомых девиц было чем-то обыденным, сродни завтраку? Мы договорились, да. Держаться за руки, смотреть друг на друга влюбленными взглядами, танцевать вместе, проявлять заботу у всех на глазах. Я бы даже объятия выдержала, если бы они требовались для дела, но поцелуй?

Нас никто не видел на том балконе. Я лишь показывала Квелину идеальное свидание, чтобы он мог устроить нечто похожее для своей невесты. Я хотела ему помочь, а он…

Воспитанные фисы никогда не говорят о подобном вслух. Они вообще не говорят о чувствах открыто, но, набравшись решимости, я глухо выпалила:

‒ Если вы еще раз посмеете поцеловать меня, считайте наш договор недействительным.

‒ Не понравилось? ‒ неожиданно спросил Квелин, а по его губам прокатилась дерзкая усмешка.

Я зарычала от бессильной ярости. Объезжающие нас кареты и магавто подавали нам возмущенные сигналы. Мы остановились прямо посреди дороги, но Снежному, похоже, было все равно. Он буравил меня пристальным взглядом. Его губы медленно съезжались до тонкой линии.

Поймав себя на том, что рассматриваю их, я отвернулась. Жар прилип к щекам.

‒ Я постараюсь больше не переходить черту, если этого не потребуется для нашего общего дела, ‒ отчеканил дракон сухо. ‒ А теперь соизвольте помолчать. Я и так потерял много времени, бегая за вами как мальчишка.

Сжав губы, я ничего не ответила, иначе все могло закончиться скандалом.

«Не понравилось?» ‒ повторяла я, мысленно кривляясь.

Да как вообще можно было такое спросить? Кто задает такой вопрос даме, даже если она обычная фиса?

Я злилась всю дорогу до академии. Огромное желтое здание с высокими башнями скрывалось за каменным забором на другом конце города. Завидев его издалека, я невольно восхитилась.

Над его башнями кружили небольшие разноцветные драконы. На стене над воротами сиял серебряный щит, на котором были изображены два ящера, переплетенные хвостами. Что примечательно, забор являлся используемой частью строений. В нем на обоих этажах располагались окна, а из одного даже выглядывал мальчишка лет восьми.

Подъездная дорога оказалась пустой. Завидев магавто Квелина, стражники отворили ворота, и мы заехали прямо во внутренний двор. Миновав замерзший фонтан и парковую аллею, Снежный пристроил свой транспорт под навесом рядом с другими средствами передвижения.

Он даже помог мне выйти из магавто. В этот час парк перед главным зданием практически пустовал. Лишь вдалеке на одной из скамеек сидели трое студентов. На вид им было около пятнадцати.