Любовь Огненная – Подаренная Снежному. Королевство драконов (страница 16)
Окинув внимательным взглядом все стулья, я поняла, что фисы и форды сидели через одного.
Ристории предстояло наслаждаться обществом черного и земляного драконов.
‒ Прошу, присаживайтесь, прелестная фиса. Вы сегодня обворожительны, ‒ проговорил Ледяной форд, подхватив мою руку.
Приподняв ее до уровня подбородка, он прижался к тыльной стороне ладони губами.
Я пожалела, что не взяла перчатки. Они не шли к этому платью из-за длинных рукавов.
‒ Спасибо, ‒ выдохнула я, усаживаясь.
‒ Вам не за что меня благодарить. ‒ Расположившись рядом, Глыбальд повернулся ко мне. ‒ Ваша красота ‒ это только ваша заслуга. Правда, Квелин?
‒ Никаких сомнений, ‒ буркнул снежный дракон, не глядя на меня.
Я снова ощутила себя в клетке. В такой тесной, что даже пошевелиться не могла.
Мимо нас проплыла Просинья в золотом платье, в компании своих подружек. Они прошли раз, второй, а на третий все же расселись по своим местам. Видимо, блондинка хотела, чтобы ледяной дракон заметил ее и поухаживал, но претендент на королевский престол был всецело увлечен мной.
А точнее, нами: мной и Снежным фордом.
‒ Как прошло ваше свидание? ‒ поинтересовался он с необъяснимым азартом.
‒ Мы гуляли.
‒ Никак.
Мы с Квелином заговорили одновременно. От его мрачного тона я стушевалась. Зачем вообще полезла со своим ответом? Хотелось подняться и пересесть, но запасных мест не наблюдалось.
‒ Даже не целовались еще? ‒ спросил Глыбальд, вконец обнаглев.
Бросив на него испепеляющий взгляд, я промолчала и уделила все внимание сцене. На постамент поднялась фиссис Базенова. Ее, как и всегда, сопровождал на удивление улыбчивый Талид.
Нас осталось двадцать. Вероятно, сей факт безгранично радовал организаторов.
‒ Благодарю вас за ожидание, ‒ проворковала Филья, рассматривая нас. ‒ Прелестные фисы, обворожительные форды, пусть этот вечер подарит вам незабываемые эмоции. Прошу выйти первую участницу для демонстрации своего таланта.
Я вскочила со своего стула раньше, чем вообще осознала, что собираюсь сделать. Пока фиссис говорила, Ледяной форд склонился ко мне ближе и шепотом предложил себя в качестве учителя по поцелуям. При этом его ладонь как бы невзначай коснулась моего бедра сквозь платье.
Сердце билось у самого горла. Я была на грани того, чтобы отвесить ему пощечину, и будь что будет. Но если бы я отвечала только за себя! Я находилась здесь из-за Рейшика, а значит, должна быть готова ко всему.
‒ Браво храброй фисе Лифорд. Фиса сегодня сыграет для нас на рояле, ‒ проговорила Филья, жестом предлагая мне пройти к инструменту.
Но она ошиблась. Когда вежливые аплодисменты стихли, я повернулась лицом к присутствующим и кивнула Ристе.
‒ На самом деле играть будет Ристория, ‒ призналась я и натянуто улыбнулась. ‒ Мы решили сделать двойное выступление, чтобы вы оценили оба наших таланта.
Форды еще раз вежливо похлопали. Пока подруга шла к инструменту, она буквально убивала меня взглядом. Ей хотелось продемонстрировать свои способности в метании ножей. Развивать их она стала сразу после похищения, насмотревшись на развлечения бандитов, но за столько лет не преуспела в мастерстве.
Она и правда попадала в яблочко только семь раз из десяти. Я не хотела, чтобы ее посадили или сожгли за смерть Черного форда. Он этого просто не стоил.
‒ А разве так можно было? ‒ возмутилась Просья, но Филья быстро заткнула ее взглядом.
В правилах не оговаривалось, что нельзя, поэтому формально мы ничего не нарушили.
Риста заиграла пронзительную мелодию. Она лилась по залу медленно и плавно, неизбежно окутывая собой каждого из присутствующих.
По телу побежали мурашки, но я одернула себя и сосредоточилась на выступлении. Мне нужно было куда-то смотреть, ведь стихи о любви всегда посвящались кому-то, кто оставался за пределами листа, поэтому я выбрала Снежного форда. Из всех присутствующих он казался мне самым безопасным, ведь находился здесь против воли и никаких планов на меня точно не имел.
Заставив себя поверить в любовь к этому дракону, в глубокие чувства между нами, я смягчила взгляд и заговорила:
‒ Не смотри, не видь, не замечай,
Голос мой сотри из мыслей навсегда.
Это не манерность, то печаль
Оттого, что расставаться нам пора.
Я не стану улыбаться и играть.
Я не буду ни просить, ни слезы лить.
Если бы заранее узнать,
Что любовницей предрек мне быть.
В моем теле боль и пустота,
В моих мыслях вьюга и метель.
Я женой твоей хотела стать,
А не разделить с тобой постель.
Все, чего достойна? Не проси,
Не смотри, не видь, не замечай.
Я ушла бы в ночь, так отпусти.
Имя мое вслух не называй.
Я бы рада, да. Любовь горит,
Оплетает сердце, рвет и душу.
Но твоею быть лишь до зари?
На полсуток в день ты мне не нужен.
Я хотела матерью бы стать,
Дома ждать тебя и в кресле у камина
Детям нашим книги прочитать
О любви, о верности, о мире.
А когда погаснет в доме свет,
Тишина обрушится на город,
Обнимать тебя. И много-много лет
Говорить тебе о том, как ты мне дорог.
Не ищи, не вспоминай, не приходи.
Голос мой сотри из мыслей навсегда.
Это не манерность, посмотри!
Просто в муках умерла душа.*
Я однозначно перестаралась. По щекам текли обжигающие слезы. Голос дрожал, но главное было не это, а то, как преобразился Снежный форд. Скука на его лице слишком быстро сменилась непониманием, а затем…
Он не прожигал меня взглядом, нет. Но даже не моргал. Пронизывал, забирался в самую душу и сжимал ее, лишая дыхания.