Любовь Огненная – Обними сеня завтра (страница 30)

Меня не волновало, что мы фактически находимся на улице. Совсем не интересовал тот факт, что нас могут увидеть из соседних домиков. Мозги отключились. Остались только ласки, желание и поцелуи. Объятия… Они приносили боль, но были необходимы как воздух, как вода. Я и сама с силой сжимала его плечи, его руки. Наверняка причиняла боль, царапая спину Антона. Сейчас мне этого хотелось настолько сильно, что, если бы он начал сопротивляться, я бы, наверное, все равно взяла его силой, не позволив остановиться.

Но Антон и не думал возражать. Наоборот. Его пальцы впивались в мою талию, ягодицы. Мы будто спешили. Спешили так сильно, что было не до романтики, не до реверансов и уж точно не до раздевания. Приподнявшись, сама оттянула ткань боксеров. Пальцы сомкнулись на крепком члене, погладили головку и спустились ниже, вырывая то ли рык, то ли стон. Предварительные ласки? Нет, не слышали. Не в этот вечер, где до зубного скрежета хочется слиться воедино.

Все внутри меня пульсировало, горело, сжималось. Я вздрогнула, когда его пальцы прокатились по моей спине, очерчивая каждый позвонок. Непроизвольно выгнулась, ощущая неконтролируемую дрожь. Антон смотрел на меня так… Он и раньше так смотрел, но сегодня его взгляд казался каким-то особенным. От этих серых глаз закружилась голова, но я вцепилась в его плечи, понимая, что он и есть мое спасение.

От нового поцелуя все мышцы внутри скрутило. Стон отчаяния или боли? Неважно. Он сорвался с моих губ, а Антон уже отодвинул край белья, осторожно направляя меня вниз. Все вокруг замерло в этот самый миг. Глаза в глаза, вдох и выдох. Веки закрылись, а внутри меня будто струна лопнула, едва я ощутила крепкий член внутри себя. Стенки влагалища неохотно расступались. Первые движения казались верхом скромности и благоразумия, но, как только мои действия стали увереннее, мужчина перехватил главенство.

Я умирала в его руках. Сгорала от ненасытной требовательности, с которой он вжимал меня в себя. Его сильные руки, его властные губы, его серые глаза. Я растворялась в нем без остатка и в этот самый момент была готова на все. Согласилась бы на все что угодно, попроси он у меня хоть что-то. И, наверное, именно здесь и сейчас я поняла, что я его действительно люблю.

Вот мы встретились глазами. Вот замерли – лишь на мгновение. И именно это мгновение решило абсолютно все. Сердце трепыхалось в груди, упивалось нежностью, восхищением и любовью. В отражении его глаз я нашла намного больше, чем в целом мире. Всего лишь мгновение, которое разделило мою жизнь на до и после. И то, что было до, теперь казалось мне неважным, несуществующим. Будто и не жила вовсе, а теперь… Теперь каждый вдох был сладким и волнующим.

Меня словно пронзали разряды электрического тока, когда его пальцы касались моей груди, чуть сжимали горошины сосков. Возбуждение сливалось с острым наслаждением. Яростные толчки сводили с ума, будоражили. Сердце стучало где-то в ушах, но прекратить, остановиться казалось невозможным.

Удовольствие плескалось под кожей, когда его губы вбирали в теплый рот темные ареолы сосков. Чуть прикусывал зубами, а я чувствовала все настолько остро, что становилось больно дышать. Охнув, я вцепилась в его плечи. Там, внизу – внутри – все пульсировало, сжималось и разжималось уже без моего участия.

Я не могла контролировать собственное тело. Лишь поддавалась этому дикому удушливому жару, что в единый миг очертил хребет и ворвался в затылок миллионами, миллиардами колющих иголочек. Я не стонала, я кричала во весь голос, цепляясь за реальность, за плечи мужчины, а он пил мои губы, заглушал стоны и ускорялся. Ускорялся до темноты, до полного отключения от реальности…

Сил не осталось ни на что. Я даже думать не хотела о том, что нас слышал не только весь дом, но и вообще все вокруг. Так и замерла, устало прижавшись щекой к плечу мужчины. Антон пах невероятно. Чисто мужской запах пота смешался с терпким парфюмом и ароматом масел, которые были добавлены в воду. Двигаться вообще не хотелось. Мы по-прежнему были соединены, и никто из нас не торопился подниматься.

– Все хорошо? – шепнул Антон, чуть отстраняя меня, чтобы заглянуть в глаза.

– Все великолепно, – ответила я искренне, а на губы легла чуть усталая, но довольная улыбка.

– Вода остыла. Пойдем под душ?

Я только и смогла, что кивнуть. Не сопротивлялась, когда Антон выбрался из ванны и взял меня на руки. Была благодарна ему за заботу. Ноги мои подрагивали, и я навряд ли сейчас смогла бы сама добраться до ванной комнаты. Разве что вползла бы обратно в гостиную, и на этом мой энтузиазм закончился бы.

Ощущала себя беспомощной, когда стояла под теплыми струями в душевой кабине, привалившись к груди Антона. Мужчина ласковыми движениями осторожно омывал мое обнаженное тело, а я млела, тихонько слушая стук его сердца.

– Ты совсем спишь, – коснулся он моей щеки, убирая пальцами пену. – Давай вытираться.

Расставаться не хотелось даже на ночь, но Антон и не предлагал. С его помощью мы перекочевали в его же спальню. Глаза щипало от той нежности, которой он меня окружал. Уложив на кровать, накрыл нагое тело одеялом до самого подбородка. Короткий поцелуй достался припухшим губам и кончику носа. Он обещал, что скоро вернется, и я честно ждала, но насыщенный день совсем не оставил сил. Только прикрыла веки и тут же провалилась в вязкое марево сна, который не отпускал меня до самого утра.

– Просыпайся, карамелька, – шепот прозвучал совсем рядом, но я бессовестно спрятала голову под подушку, не желая вставать. – Это кто у нас тут такой вредный?

– Антон, а помнишь, ты хотел послать все лесом? – проворчала я, пытаясь не дать ему отобрать у меня одеяло.

– Ты согласна? – голос стал мягче, протяжнее, словно рядом со мной мурлыкал наглый котяра, опасающийся спугнуть податливую мышку.

– Нет, но предлагаю остаться в кровати. Не хочу никуда идти. Все болит, – пожаловалась я, одним глазом выглядывая из-под подушки.

Мышцы действительно ломило, будто по мне вчера туда-сюда раз десять проехал каток. Ну, или трактор. Идти куда-то? Сродни самоубийству. Да я даже с постели не сползу без посторонней помощи.

– Так уж и все? – прищурился он с хитринкой во взгляде, нависая надо мной так маняще близко.

– Ну, скажем так, одна часть моего тела не против, чтобы ее поэксплуатировали, – выдала я задумчиво, мысленно прикидывая ближайшие перспективы интимного характера.

– Значит, завтрак, эксплуатация, телевизор и сборы? – переспросил он, явно наслаждаясь моим смущением.

– А можно сначала эксплуатацию? И желательно, если мне будет разрешено полежать бревном.

Бревном мне, конечно, никто полежать не дал. Мы так увлеклись изучением друг друга при свете дня, что только и успели позавтракать до того, как за нами приехала машина. Собирать было почти нечего. Моя новая одежка отлично уместилась в чемодан Антона, а о сувенирах я даже не думала. Зато вовсю наслаждалась видами, когда мы летели обратно. Потрясающая природа. Интересно было бы посмотреть на Куршавель летом. Наверняка в это время года тут тихо и безлюдно.

Всю обратную дорогу в машине мы с Катей развлекали Антона песнями. И если Екатерина пела более-менее сносно, то я орала во всю глотку и даже не старалась вытягивать гласные. Правда, мой мужчина стойко выдержал проверку и ни разу не поморщился. Местами подпевал, глядя на меня со шкодливой улыбкой. Понимал, что я решила показать себя со всех сторон, чтобы мои недостатки потом не стали для него сюрпризом. Терять Антона мне не хотелось.

– Кстати, времени у нас впритык, – вдруг подала голос Катя, копаясь в своем телефоне.

– В каком смысле? – обернулась я, пытаясь вспомнить свое расписание.

– Я же говорила вам вчера. Со дня на день должен приехать продюсер, поэтому нужно отснять как можно больше, чтобы у нас были запасные дни на экстренный случай. Сейчас вернемся – и сразу на свидание.

– Так я же никого еще не выбирала, – удивилась я.

– Там по сценарию второе свидание выбирают телезрители, так что за вас уже все выбрал режиссер, – без каких-либо эмоций отозвалась ассистентка.

– И… кого? – настороженно спросила, а сама косилась на Антона.

– Артема и Дениса.

Глава 22.

Без лопаты никуда

Не зря моя пятая точка чувствовала неладное, когда мы ехали с Катей к месту свидания. Мой сегодняшний наряд меня удивил. Обыкновенные джинсы, кроссовки, куртка и водолазка. Мне даже кепку выдали, а из волос наскоро соорудили высокий хвост. Такая простота могла бы обмануть кого угодно, но я всеми фибрами души ощущала, что меня ждет какая-то подлянка. И не ошиблась.

– Я вас тихо, но от всей души ненавижу, – воскликнула я, едва выбравшись из автомобиля перед самым большим кладбищем Парижа.

Полная луна могла бы отлично осветить все кладбище разом, но мешали высокие деревья. Да и мощные склепы бросали тени, так или иначе скрывая часть захоронений от освещения. Честное слово, я только по кладбищу еще ночью и не шлялась. Так и хотелось спросить: «Где лопата?» И вот не факт, что придется копать. Я бы ставила на то, что придется отбиваться. Если не от восставших зомби, то от охраны точно.

– Да ладно тебе, – ядовито выплюнул Артем. – Такое романтичное место.

– Себе-то уже ямку выбрали? – огрызнулась я, все-таки оборачиваясь в поисках лопаты. Очень захотелось хоть кого-нибудь ей огреть за мои мучения.