Любовь Огненная – Академия Проклятых (страница 34)

Осколки зеркала слиплись, наложились на нижнюю часть формы с двух сторон рукоятью. Все изделие все еще было острым, висело передо мной в воздухе в защитном куполе - его создавали все без исключения на случай, если зеркало взорвется. 

Мне требовалось сгладить края, но не все - только там, где была рукоять моего импровизированного зеркального кинжала. Снова работа с формулой - теперь она занимала шесть строчек, а количество скобок поражало воображение. Больше не нужно было вливать магию. Теперь мне нужно было забрать ее, впитать в себя незначительные крупицы и... 

Завершив плетение, я замкнула контур и гулко выдохнула. Слишком громко в образовавшейся тишине. 

Повернув голову, я посмотрела на Бет. Девушка пораженно глядела на меня, не скрывая изумления в глазах, что сделались неестественно большими и круглыми. Уже понимая, что мне не понравится то, что я увижу, я пробежалась взглядом по аудитории. Последней, кого коснулся мой взор, была магесса Арвигдаль. 

Ее негромкие хлопки в этой тишине показались насмешкой, учитывая застывшую маской ярость на ее морщинистом лице. 

– К куратору. Немедленно. - произнесла она отрывисто и махнула рукой. 

В этот же миг прозвучал сигнал, оповещающий окончание занятия. Абсолютно все зеркала исчезли, защитные плетения растворились, но... 

Никто и не подумал встать с места. Некроманты и землевики продолжали сидеть, разглядывая созданный мною клинок, который по-прежнему висел в воздухе, но уже без защитного купола. 

Преподавательница махнула рукой еще раз. И еще раз. И еще раз. Заклинание, с которым я пока была не знакома, сорвалось с ее побелевших губ, но ничего не произошло. 

– Я внесла корректировки в структуру зеркала, чтобы укрепить его. - призналась я тихо. 

– Вон!!! 

Голос преподавательницы сорвался на крик. Схватив клинок, я в числе первых вылетела из кабинета. Даже не останавливалась, пока мчалась по коридорам. Сердце бешено колотилось, губы высохли, а холодный ветер ознобом щекотал взмокшую под одеждой кожу. Очнулась я только тогда, когда ворвалась в морг, в комнату, которая уже стала для меня привычной. 

Взглянув на меня лишь раз, преподаватель Вантерфул, стоящий рядом с открытым артефактом для переноса писем на расстояния, вновь углубился в чтение записки. Дочитав короткое послание, мужчина усмехнулся и обратился ко мне: 

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍– И где же этот предмет, “сорвавший занятие”? 

Свой кинжал, который до этого нервно прятала за спиной, куратору я тем не менее показала с гордостью. Потому что знала - он оценит. Пожалуй, единственный во всей этой академии. 

Перехватив орудие за рукоятку, он взвесил его на ладони и резко рубанул воздух скользящим движением. Далее смерти посредством кинжала подверглась записка. Листок без каких-либо проблем разделился на две неравные части. 

Его вердикта я ждала с нетерпением. 

– Превосходно. - оценил он мою работу, чем заставил зардеться. И тут же опрокинул головой в суровую реальность: - Но перед преподавателем тебе необходимо извиниться. Да-да, Павлиция, извиниться, и ни кривись так. Тебе нужны баллы для того, чтобы быть допущенной до экзаменов. 

– Магесса никогда не поставит мне необходимые баллы. Мои работы, как и работы многих других студенток, она попросту игнорирует. 

Перед куратором жаловаться мне было совсем не стыдно. Он отлично знал о том, какие трудности испытывали студентки на занятиях по бытовой магии. 

– И тем не менее тебе нужны эти баллы, так что придется заслужить хорошее отношение магессы. Постарайся хотя бы просто не выделяться на ее занятиях. Этого будет достаточно. В конце концов, большинство студенток переходят из курса в курс, несмотря на отношение магессы. Что же касается твоего... 

– Кинжала? - подсказала я, откровенно любуясь своим первым магическим творением. 

– Кинжала. - согласился мужчина. - Как тебе удалось его создать? 

– А можно я расскажу вам об этом в понедельник? - сделав просительный жест - соединив ладони перед собой, я с мольбой посмотрела на преподавателя. 

Мне действительно требовалось сегодня покинуть академию как можно скорее и дело было совсем не в подработке в конторе некроманта и огневика. Это было мое личное дело, с которым я желала разобраться в самое ближайшее время. 

Я хотела найти полуорчанку, которая смогла бы хоть что-то поведать мне о моем рождении. И о моих родителях, если она их знала. 

Улыбнувшись, куратор убрал мой кинжал в ящик шкафа. 

– Ты же не надеялась, что я тебе его отдам? 

– Боитесь, что пораню кого-нибудь? - и вот кто бы знал, почему я так широко улыбаюсь. 

– Боюсь, что ты поранишься сама. - поправил меня мужчина и внезапно подошел ко мне, сократив то незначительное расстояние что было между нами. 

Прикоснувшись пальцами к моим волосам, что вызвало во мне волну непонимания и... пока еще необоснованные опасения, куратор Вантерфул продемонстрировал мне пожелтевший листик, каким-то чудом затесавшийся в моих распущенных волосах. 

– Жду подробный рассказ в понедельник. - мягкая полуулыбка тронула его губы, коснулась темно-синих глаз. - Ты формулу-то записала? 

Пришлось признаваться, отрицательно покачав головой. 

– А уверена, что до понедельника не забудешь? 

Пришлось снова признаваться и мой ответ снова был отрицательным, потому что да, видоизмененную до неузнаваемости формулу с новыми вводными до понедельника я запросто могла забыть. 

Жестом указав мне на свой стол, что находился за его спиной, мужчина пропустил меня вперед. Стоило мне занять глубокое мягкое кресло, появившееся в морге совсем недавно, как куратор занял место у меня за спиной. К тому, что он наблюдает за моей работой, я уже привыкла, поэтому негативных чувств по этому поводу не ощущала. 

Чернила пачкали бумагу. Я пыталась писать быстро, а потому выходило небрежно, но прочитать написанное можно было без труда. Поставив точку, я отложила писчую палочку и взглянула на преподавателя. 

Его лицо стало сосредоточенным, меж темных бровей появилась складка. Да, успешный результат своих расчетов я уже видела, но для меня все равно было важно узнать мнение галеция, получить его одобрение. 

– Знаешь, сколько законов магии ты разнесла в пух и прах одной своей формулой? - произнес он озадаченно и вдруг вынудил меня подвинуться в кресле. 

Усевшись на самый край рядом со мной, мужчина взялся за писчую палочку и притянул к себе чистый листок. Его расчеты были не менее грязными, потому как он тоже писал торопливо. Записи заняли сначала один листок, потом другой, а я нервничала все больше. 

– Не переживай. - легко распознал он мое состояние и наконец поставил точку. - Закон номер шесть? 

– Нельзя вносить изменения в уже существующее плетение. - припомнила я общий смысл. 

– Нет, Павлиция. В существующее плетение можно вносить изменения, если хочешь образовать нечто новое, другое из его основы, но это не твой случай. Ты внесла изменения в плетение и не изменила его основу. Твой кинжал по-прежнему остается зеркалом, тем, чем ты создавала его изначально. Не понимаешь? 

– Нет. 

– Если бы ты изменила плетение и преобразовала свое зеркало в горсть песка, в горсть осколков, в прозрачное стекло, ни у кого бы не возникло вопросов, потому что это возможно. Но из зеркала ты создала зеркало, изменив его форму и твердость, что невозможно, согласно шестому закону магии. А теперь вопрос: как ты додумалась сделать расчеты внутри формулы? Откуда взяла три вводные, которых в этой формуле ранее не существовало? 

– Я воспользовалась законами математики. - ответила я на первый вопрос и поспешила разъяснить то, что куратору было не ясно: - Я разделила изначальные вводные на две составляющие. А последнее - это ширина. В первичной формуле вместо нее стояла двойка. Толщина любого созданного мною зеркала равнялась двум миллиметрам, поэтому я поняла, что это значение ничто иное как ширина. Какой еще закон магии я нарушила? 

Ответил преподаватель не сразу. Он все также рассматривал мои и свои расчеты, сравнивая их. Смяв свои листки, мужчина перевел свой взгляд на меня. 

– Нельзя создавать плетения, в которых используются не целые деления. Использование подобного плетения может привести к самым разным последствиям, где погрешность даже в сотую часть смертельно опасна. Маги редко обладают такой концентрацией. 

Порывисто поднявшись, мужчина спрятал мой листок в книгу, снятую с верхней полки, а сам вернулся ко мне и вновь взялся за писчую палочку. 

– Ты должна запомнить формулу, которую я сейчас запишу. Ты не создала свой кинжал из одной основы. Ты создала четыре основы и соединила их вместе, поняла? Одна часть - лезвие, еще три - рукоять. 

– Куратор Вантерфул, мои манипуляции видели две группы первокурсников и преподаватель. Объясните мне, что не так? - воскликнула я, абсолютно не понимая, что происходит. ‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Замерев, оторвавшись от своих записей, мужчина медленно обратил свой взгляд на меня. Создавалось полное впечатление того, что отвечать на этот вопрос он желанием не горит.

– Эти две группы видели твои записи? 

– Я не делала записей. Мои расчеты были исключительно в моей голове.