Любовь Миронова – Антримексы. Часть первая. (страница 2)
– Да, милый, это правда, – как будто с каким-то угрызением совести говорила мама. – Нам нужно переехать. Я знаю, как тебе сложно это понять, но все это к лучшему. Там у тебя будет новая школа, новые друзья, – улыбаясь продолжила мама. – И знаешь, что, Макс? У нас будет свой дом! Помнишь, как ты мечтал о собственном доме?
– А как же мои друзья? – обиженно спросил мальчик, и на его глазах появились слезы, – Мне их всех забыть?
– Ты же можешь звонить им хоть каждый день, общаться по видео.
– Но ты же понимаешь, что это совсем не то мам, – мальчик загрустил еще сильнее.
Мама опустила голову вниз, она сама еле сдерживала себя, чтобы не заплакать. Но дело было не в переезде, это не было проблемой. Проблемой было только то, что у нее разрывалось сердце от того, как тяжело будет ее ребенку.
Макс грустно посмотрел на родителей и медленным шагом ушел к себе в комнату. Мама заплакала. Она понимала, каково это, начинать все сначала. Ведь в детстве ей тоже пришлось это пережить. К ней подошел папа, сел на корточки, взял ее мокрые от слез ладони и прижал к своим щекам.
– Не переживай, родная, все наладится. Макс еще ребенок, он быстро привыкнет к новому дому. Там будет новая школа, новые друзья и новые впечатления, вот увидишь, через месяц, он еще спасибо скажет, – очень ласково и уверенно говорил папа.
Мама посмотрела на него, вытерла слезы и улыбнулась, ей стало гораздо легче от папиных слов.
– Да, ты прав, там будут новые впечатления. Ладно, пойду еще поговорю с Максом, и будем собирать вещи.
Войдя в комнату сына, она увидела, что он лежит на кровати, уткнувшись в подушку. Она снова медленно подошла к его кровати и села рядом с ним, погладила его по голове и в полголоса сказала:
– Любимый мой мальчик, ты же знаешь как сильно мы с папой любим тебя и ни в коем случае не хотели сделать тебе больно. Ты даже не представляешь, каких сил мне стоило, сказать тебе об этом. Когда, я была маленькой, мы с родителями очень часто переезжали. И ты знаешь, за восемь лет мне пришлось сменить школу четыре раза. Ты представляешь, сколько раз я пыталась привыкнуть к новому дому, к новой школе. Зато у меня было очень много друзей, и ты знаешь, это огромный плюс в данной ситуации.
Макс медленно сел и посмотрел на маму.
– А где мы там будем жить? – тоскливо поинтересовался мальчик.
– Там у нас будет свой собственный дом. Дом моей бабушки, – улыбнувшись ответила мама. Она заметила, что Макс свыкается с мыслью о переезде и ему стало легче. Ее это очень обрадовало.
– Прости меня мам, что я так повел себя я не хотел обидеть Вас с папой, просто мне еще очень сложно в это поверить, – опустив голову, еле слышно произнес мальчик.
– Я все понимаю, вот увидишь, тебе там понравится, будешь обустраивать свою новую комнату, найдешь новых друзей и грусть пройдет.
– Наверное ты права. А когда мы переезжаем?
– Мы должны успеть к началу школьных занятий.
– То есть у нас одна неделя?
– Да, всего неделя, а работы еще очень много.
Макс улыбнулся и обнял маму.
– Поможешь нам с папой со сборкой вещей? – довольным голосом спросила мама.
– Конечно, – с натянутой улыбкой, но уже с более хорошим настроением ответил Макс.
«Спустя неделю активных сборов мы въезжали в наш новый маленький городок, вплотную уставленный двухэтажными домами. Каждый из которых смотрел на меня своими оконными проемами, будто огромными глазищами, так и мечтавшими проглотить. Настроения в этот момент не было от слова совсем. Где мы? Зачем мы здесь? Нет, нет, это не правда, увезите меня обратно, домой. Спустя несколько минут наших разъездов по городу мы наконец остановились возле какого-то странного, ничем не примечательного дома. Неужели это он?
Этот дом принадлежал маминой бабушке. Она умерла, когда маме было восемнадцать, и дом перешёл к ней по наследству. Он был старый, но в нем можно было жить, если многое отремонтировать. Дом небольшой, двухэтажный. На первом этаже была гостиная, кухня, ванная комната и спальня. Запах пыли и застоявшегося воздуха смешивался с едва уловимым ароматом выцветших обоев и древесины, пропитанной временем. Гостиная, самое большое помещение на первом этаже, была заставлена старой мебелью, покрытой толстым слоем пыли. Тяжелые бархатные портьеры, выцветшие почти до серого, не пропускали почти никакого света, создавая атмосферу полумрака. В центре комнаты стоял большой дубовый стол, за которым, по маминым рассказам, собиралась вся семья на праздники. На стенах висели потемневшие фотографии, изображающие неизвестных людей, – родственников бабушки, чьи лица казались призрачными и далекими. Кухня была не большая, но уютная. Старая плита, похожая на реликвию, стояла в углу, не далеко от буфета, переполненного старой посудой. Каждый предмет хранил в себе частичку истории семьи. На стенах висели полки, уставленные разными банками. Ванная комната была самой современной частью дома, хотя и она нуждалась в ремонте. Старая ванна с пожелтевшей эмалью стояла в углу, рядом с умывальником с потрескавшейся раковиной. Трубы шумели, издавая странные звуки, словно жалуясь на свой преклонный возраст. Спальня на первом этаже была маленькой и скромной. Простая деревянная кровать стояла в центре комнаты, покрытая пыльным покрывалом. Рядом с кроватью стояла тумбочка, на которой стояла пожелтевшая фотография молодой женщины – маминой бабушки. Ее улыбка казалась такой живой и такой теплой. Воздух в комнате был пропитан запахом лаванды и древесины, запахом времени, запахом жизни, которую дом хранил в своих стенах. Поднявшись на лестницу, скрипучую, как старая колыбель, мы с мамой поняли, что работа будет огромной, но и наградой будет возможность воссоздать в этих стенах новый дом, наполненный жизнью и теплотой, храня при этом память о прежней жизни…»
Сегодня…
– Ну все, мам, я побежал! Опаздываю ужасно, – поцеловал маму в щёку и выскочил за дверь.
Макс мчался, сломя голову, и в своей спешке совсем не смотрел по сторонам. Как вдруг, врезался в девочку, которая, погрузившись в предвкушение любимых мелодий, включала музыку на телефоне. От неожиданного толчка телефон вылетел у нее из рук.
– Ох, прости пожалуйста! Я тебя не заметил, – с искренним раскаянием проговорил мальчик и кинулся поднимать злополучный гаджет.
– Смотри куда идешь! Это же мой новый телефон! Если он сломался, мне не жить, папа меня живьем закопает!
Макс, чувствуя себя виноватым до глубины души, поднял телефон и с трепетом в сердце стал его осматривать.
– Вроде бы цел…
– Дай сюда! – девочка лихорадочно включила телефон. Фух, работает! Слава Богу!
– Прости меня, пожалуйста! Я правда не хотел…
– Да ладно, забудь. Мне пора, я в школу опаздываю, – она резко рванула вперед.
– Стой! А можно с тобой? Я тут новенький, никого и ничего не знаю.
– Ладно, пошли. Меня, кстати, Лили зовут, а тебя?
– Макс. Давно здесь живешь?
– Нет, мы с родителями месяц назад переехали, так что я здесь тоже как белая ворона. А ты?
– Мы только вчера переехали, даже вещи ещё не разобрали. Папа здесь работу получил. Поэтому придется жить здесь, – с тяжелым вздохом промолвил мальчик.
– Понятно. Совсем немного осталось. Вот и наша школа.
Она поражала своими размерами. Огромная, в два этажа, она возвышалась, словно крепость знаний. Насыщенный темно-красный цвет стен контрастировал с белоснежными рамами больших окон. Вокруг раскинулись могучие деревья, создавая уютную тень. А прямо перед входом журчал прекрасный круглый фонтан, вокруг которого, как пчелы вокруг цветка, расположились ученики на лавочках.
– Да, для нашего города – просто дворец!
– Ну, идем, – с легким подталкиванием в плечо поторопила девочка Макса.
Несмотря на первый учебный день, жизнь в школе уже кипела и у ребят были занятия.
Внутри школа оказалась еще более впечатляющей. Высокие потолки, украшенные лепниной, широкие коридоры, наполненные гулом голосов и топотом ног. Сердце его бешено колотилось от волнения и предвкушения. Что ждет его здесь? Сможет ли он влиться в этот новый мир?
– У нас сейчас алгебра. Кабинет двести пять. Скорее всего, на втором этаже, пошли.
Макс, доверившись ей, двинулся следом.
Поднимаясь по широкой лестнице на второй этаж, Макс невольно замедлил шаг. Каждый звук, каждый взгляд казался ему значимым. Он чувствовал, как его руки начинают слегка дрожать. Но рядом была она – его новая подруга, ее уверенный взгляд и легкая улыбка придавали ему сил и уверенности.
– Ну вот, двести пятый, – пробормотала Лили, голос ее дрожал от волнения.
Дверь слегка приоткрыта, из нее доносятся приглушенные голоса учеников. Макс глубоко вдохнул и, почувствовав легкое подталкивание в спину, шагнул внутрь.
– Фух, успели, – выдохнула Лили с явным облегчением, словно груз с плеч свалился.
Они вошли в класс, где уже собрались все ученики. Свободными оставались лишь несколько последних парт в самом конце комнаты. На удивление, в классе царила тишина, обычно несвойственная таким моментам. Ребята, будто предчувствуя что-то важное, тихо переговаривались между собой.
Кто-то остался равнодушен к их появлению, но многие обернулись, чтобы рассмотреть новых учеников – Макса и Лили. В их взглядах читалось любопытство, смешанное с легким пренебрежением. Они оценивающе осмотрели их с ног до головы, но промолчали, словно взвешивая, стоит ли тратить слова на этих новичков.