Любовь Кошкина – Пожалуйста, скажи мне «Нет»! (страница 1)
Любовь Кошкина
Пожалуйста, скажи мне "Нет"!
От автора
Добро пожаловать в мою новую книгу!
Сборник рассказов "Пожалуйста, скажи мне нет!" – но не в том смысле, о котором вы могли подумать!
Забудьте о драме границ. Наши герои – не жертвы давления, а неутомимые энтузиасты, готовые с головой нырнуть в самые оригинальные идеи! Они строят грандиозные планы, берут на себя неподъемные обязательства или проявляют такое усердие, что волосы встают дыбом. Они летят на всех парах прямо в пучину своей жизни.
И вот тут-то на сцену выходит спасительное "НЕТ!". Не как отказ, а как вовремя брошенный спасательный круг, стоп-кран или отрезвляющий окрик друга: "Остановись! Одумайся!" Это волшебное слово становится началом забавного хаоса, переосмысления и, как ни странно, трансформации к лучшему.
Важно: Все персонажи и их невероятные злоключения – плод авторской фантазии. Любое сходство с реальными людьми – забавное совпадение. Но! Сами ситуации – как легко мы перегибаем палку в благих (или не очень) порывах и как нам иногда критически не хватает того самого вовремя сказанного "нет" – встречаются сплошь и рядом. Так что смейтесь, узнавайте себя в этих историях излишнего усердия и помните: иногда лучшее, что можно сделать для друга (или для себя) – это вовремя и громко сказать: "Нет!"
«Операция оптимизация»
Жизнь Лики была расписана по минутам, как расписание сверхскоростного поезда, который вот-вот сойдет с рельсов. Ее девиз? "Оптимизировать нельзя оставить". И запятую она ставила строго после "оптимизировать". Всего. Всегда.
В то утро, когда солнце еще только зевало, Лика уже отметила три галочки в своем цифровом чек-листе: 20 минут медитации (экран с плывущими облаками настойчиво шептал: "Стань Океаном Спокойствия!" – а в голове Лики бушевал шторм: "Автоплатеж за курс 'Как полюбить брокколи' не отменила! Океан, Лика, океан!"). Потом была книга "1000 слов в минуту или смерть!" (с жвачкой для "синхронизации полушарий", которая предательски прилипла к виску на пятой странице). И, конечно, йога. Комплекс "Пробуждение Дракона". Лика замерла в "Воине III", лицо напряжено, одна нога дрожит в воздухе, а взгляд метнулся на фитнес-браслет: "Пульс 110… Оптимально ли это для сжигания… АЙ!". "Дракон" рухнул на коврик. "Эксперты говорят, падения стимулируют гормон роста!" – бодро констатировала она, потирая локоть.
Завтрак? Смузи. Цвета – что-то между болотной тиной и тоской. Рецепт "Супермикс №7: Шпинат, спирулина, куркума, льняное масло и щепотка какой-то билобы для фокуса!". Вкус – как будто лизнула влажную землю после дождя. Зато ОЧЕНЬ ПОЛЕЗНО. Рядом лежало яблоко. Спелое, ароматное, сочное. Лика посмотрела на него свысока: "Фруктоза. Гликемический скачок. Неоптимально".
Работа превращалась в поле битвы за всеобщую эффективность. Коллеги, увидев Лику, делали вид, что срочно зовет начальник или горит принтер.
"Предлагаю ввести 5-минутку молчаливого нейросканирования перед планеркой!" – огласила Лика на совещании. Тишина. Только Петя из бухгалтерии тихо постукивал лбом о стол.
"Коллеги, кофе – яд замедленного действия! Я принесла 'Бодрячок №3'!" – Лика торжественно поставила на стол термос с жидкостью ядовито-зеленого цвета. Через пять минут в курилке выстроилась очередь у кофемашины.
Увидев, как Вася из IT три лишних шага делает к серверной, Лика нарисовала на полу стрелки "максимально эффективного маршрута". Вася, погруженный в код, споткнулся о стрелку и уронил коробку запчастей. "Вася! – воскликнула Лика, – Тебе срочно нужен курс 'Осознанность в перемещениях офисного планктона'!". Вася пробормотал что-то непечатное про планктон и пополз собирать разбросанное.
Обед. Лика священнодействовала с контейнером, где каждая гречневая крупинка и кусочек куриной грудки были взвешены и учтены по КБЖУ. Рядом Маша из отдела кадров с аппетитом уплетала бутерброд с докторской. Лика не выдержала: "Маш, ты в курсе, что нитраты в этой колбасе снижают когнитивные функции на 0.3%? Дай я сброшу тебе гайд по полезным альтернативам из пророщенной чечевицы и тофу?". Маша сделала вид, что у нее зазвонил телефон, и убежала так быстро, что крошки от бутерброда взметнулись в воздух. "Неоптимальная скорость жевания", – вздохнула Лика.
Вечером, вместо того чтобы, как нормальные люди, завалиться на диван, Лика мчалась на семинар "Прокачка ума через танец мандалы". Кружась в ритме тибетских поющих чаш, она ловила себя на мысли: "Ага, вот это движение явно сжигает больше калорий, надо его добавить в утренний комплекс!". Дома, уже падая от усталости, она включила вебинар "Сон за 5 часов: Осознанные сновидения и Дыхание Победителя!". На 10-й минуте под монотонное бубнение ведущего ("…визуализируйте поток какой-то там энергии…") Лика отрубилась, уткнувшись лбом в клавиатуру. Ей снилось, что она бежит по бесконечному чек-листу, а за ней гонится гигантская пачка чипсов с лицом ее бывшего Андрея, приговаривая: "Лик, я очень хочу тупые сериалы и тебя обычную!".
Наступили выходные. Лика, как заправский боец, отправилась на передовую – к маме, Ольге Сергеевне. Мама встретила ее в своем легендарном халате с вышитыми котиками, который был символом нерушимого домашнего уюта и, как оказалось, тихой силы. А на столе… на столе стоял ПИРОГ. Настоящий. С яблоками. И, о ужас, САХАРОМ! Аромат свежей выпечки ударил Лике в нос. Нокаут.
"Мама! – ахнула Лика, отшатнувшись, будто от открытого люка в метро.
– Это же углеводная бомба! Гликемический индекс зашкаливает! Дай я покажу тебе рецепт суперфуда – пирог из нута и стевии! Твой халат… он такой… нефункциональный! Я закажу тебе умную одежду с подогревом и встроенным трекером осанки!".
Мама, невозмутимая, как скала в океане Ликиного безумия, налила чай в две старомодные кружки. "Ликуша, сядь. Съешь кусочек пирога. Обычного," – сказала она спокойно, но в голосе звучала сталь.
"Не могу! – запищала Лика, судорожно глядя на умные часы. – У меня пищевое окно только через час двадцать минут! И пирог не вписывается в мою кето… Мам? МАМ!".
Ольга Сергеевна молча положила на тарелку дочери ОГРОМНЫЙ, сочащийся соком, дымящийся кусок пирога. Лика замерла, глядя на него, как кролик на удава.
"Но мама! Мой план! Моя эффективность! Мои биох…!"
"ЛИКА."
Мама встала. Котики на халате вдруг показались свирепыми львами. Ее глаза, обычно теплые и добрые, смотрели на дочь с такой силой, что Лика физически отпрянула.
"НЕТ."
Одно слово. Короткое. Ясное. Как удар колокола. Оно повисло в воздухе, сметая все чек-листы, приложения, смузи и вебинары. Лика моргнула. Ей редко говорили "нет". "Интересно", "оригинально", "ты с ума сошла?" – да. Но не это короткое, твердое, родительское "НЕТ".
Мама смягчила взгляд, но голос оставался непоколебимым: "Нет твоим курсам, от которых ты ходишь как зомби. Нет твоим зеленым болотцам вместо еды. Нет попыткам улучшить весь мир, пока от тебя шарахаются даже голуби во дворе. Нет этой бешеной гонке за каким-то призраком "идеала", который съедает мою девочку заживо! Посмотри на себя! Ты – как белка в колесе, и колесо это ты сама раскрутила до безумия! Остановись. И съешь мой пирог. Пожалуйста."
Лика смотрела то на пирог, то на маму, то на свой навороченный браслет, мерцающий тревожным голубым светом. Что-то щелкнуло. Не в голове, где обычно кипели формулы оптимизации. Где-то глубже. В душе. Или в желудке, который вдруг громко заурчал от вида теплого теста и яблок.
Она медленно, будто снимая оковы, поднесла палец к браслету. Щелк. Экран погас. Она вынула из уха крошечный наушник, из которого доносился навязчивый шепот: "…синхронизируйте тета-волны для супервосстановления…". Щелк. Тишина. Настоящая, сладкая, пугающая тишина.
Лика взяла вилку. Ткнула в пирог. Отломила крошечный кусочек. Поднесла ко рту. Прожевала… Яблоки, корица, сахар… тепло… детство… Она взяла еще кусочек. Потом еще. Потом – О ГОСПОДИ! – отломила кусок побольше. Съела. Это было… неописуемо. Сладко. Вкусно. По-человечески.
"Мама…" – голос Лики дрогнул. Губы были в крошках, а глаза вдруг стали мокрыми. – "А помнишь… твой хлеб с вареньем? Пышный такой? Без суперфудов и гайдов?"
Ольга Сергеевна сияла. Она молча достала из буфета баночку малинового варенья и нарезала пару ломтиков белого батона. "Как же не помнить, доченька? Держи. И запомни – самое полезное умение говорить себе 'СТОП'. Хотя бы иногда."
Лика намазала варенье на хлеб. Густо-прегусто. Так, как делала в десять лет. И откусила. Вкус взорвался воспоминаниями: солнечные зайчики на кухне, смех, мамин теплый голос, и никаких "оптимальных протоколов". Это был вкус покоя. Вкус разрешения быть собой. Не лучшей, не идеальной. Обычной Ликой. Уставшей, немного нелепой, но вдруг… счастливой.
Она сидела на маминой кухне. На столе – крошки пирога, пустая тарелка из-под варенья и выключенный телефон, на экране которого застыло последнее уведомление: "СуперСон 5.0: Начни вечерний ритуал!". Лика посмотрела на него, потом на маму в халате с котиками – неувядающем символе человеческого счастья и уюта. Она взяла телефон, уверенно ткнула в "Отложить", а потом и вовсе засунула его в карман джинс, подальше от глаз.
"Знаешь, мам, – сказала Лика, сладко потягиваясь, – я, кажется, сегодня возьму… и посплю. Долго. Безо всяких мандал и нейрофидбэка. Как обычный, ленивый человек."