Любовь Фомина – Ведьма. Треугольник судьбы (страница 10)
- Поняла! – С необъяснимым для себя восторгом говорю я и начинаю шагать в показанном направлении. Кажется, что я марширую. Шаги получаются широкими и жесткими, ноги громко падают на мрамор, а руки активно работают «вперед-назад».
Закрываю за собой дверь и, только завидев раковину, склоняюсь над ней. Медленно и крайне методично очищаю руки даже от мельчайших крупиц земли. И когда основное дело оказывается закончено, опускаю голову еще ниже. Шум воды отрезвляет.
И что это на меня нашло? Что за детское поведение? Чувствую себя подростком, оказавшимся в школе. Серой мышкой, обделенной в общении, к которой подошел самый популярный мальчик в классе, а то и во всем городе, и начал что-то спрашивать.
«У меня есть Инир. У меня Инир. Инир» - проговариваю, словно мантру, я про себя, сама же не веря этим словам.
- Так-с, Инир… А фамилия, род, титул?
- Да зачем тебе? – Несерьезно спрашиваю я, будто работаю в больнице для психически нездоровых людей, и ко мне подошел один из пациентов с животрепещущим вопросом.
- В список запишу. – Вопреки моему равнодушию, слишком серьезно говорит Ванесса.
- Список?
- Да. Список тех, кого нужно истребить из любопытства и ради веселья. Обычно это одно и то же, - искренне хихикает она, что пугает при данных обстоятельствах.- Есть и другие списки. Хочешь выбрать более интересную участь? – С энтузиазмом начинает рассказывать ведьма. – Этих, как твой Инир, прости погибель мать за незнание полного имени, я обычно убиваю быстро, точным ударом в сердце. Весь спектакль строится вокруг совершенной смерти. Но можно и по-другому же! Существ из списка «Месть» я убиваю долго, истязаю их, медленно отрезаю по кусочку кожи, оставляя кровоточащие раны шипеть и гнить на солнце. – С бескрайним удовольствием говорит она. – Могу даже подвесить, чтобы струйка крови красиво стекала вниз. Люблю узоры. Список «Вежливость» не советую. На таких я насылаю заклинания порчи. Из них получаются скучные мертвеющие. Сначала происходит загнаивание всего организма, потом временная слепота, через годы отнимаются конечности, а умирают они от поноса. Ну, сама можешь представить, ничего интересного. Да и наблюдать за ними в какой-то момент устаешь. О! – С восторгом словно даже подскакивает ведьма. – Могу порекомендовать список «Неприятные». Там…
- Не хочу слышать. Ванесса, стоп, хватит. Не нужны мне твои списки. Инир там точно лишний.
- Многое упускаешь, - с громким вздохом, разочарованно шепчет она. – Но на полях я все же оставлю его имя. Вдруг передумаешь.
Мне остается только закатить глаза. И на всякий случай я умываюсь. Лишним не будет. Хотя бы буду верить в то, что водой вымыла из головы фантазии Ванессы.
- …или создать список «Лишние» … - проносится внутри головы задумчивое рассуждение ведьмы.
Я оказываюсь не готова возвращаться к Кристиану, но делать это нужно. И только я выхожу из рукомойно- умывальной комнаты, то замечаю его. Он стоит все на том же месте. Ждет. И ведь не упрека не выказал, пока я справлялась со внутренними голосами.
- Долго ты, - а, нет, все-таки выказывает. Просто ждал, чтобы сделать это в лицо. – Забыла, что такое вода?
- Скорее одиночество. – Вздыхаю я.
- Что ты делаешь?! – Возмущается Ведьма и шипит.
Кристиан же не выдает своего знания по этому поводу. Он прищуривается и, соблюдая все законы удивления, поднимает одну бровь вверх.
- Что ты имеешь в виду? – с недоумением спрашивает он.
- Да стоишь тут. – Начинаю я оправдываться, но добавляю нотки агрессии. Будто сейчас еще и Кристиану оправдываться придется за свои вопросы. – Ждешь, видите ли. Я что, сама дойти до еды не смогу что ли? Не маленькая! Хватит тут вообще следить за мной!
Я топаю ногой и взмахиваю руками. Не определившись с траекторией, я возвращаюсь к двери, ведущей к раковине, почти открыв ее разворачиваюсь в полушаге и нахожу глазами огроменные распахнутые двери, за которыми виден стол. Так же уверенно иду теперь туда.
Мысленно я громко и чистосердечно благодарю Кристиана. Он не издает ни единого смешка, явно наблюдая за всей этой картиной. Охотник молча следует за мной. Он даже больше ничего не спрашивает! Видит, что я запуталась в показаниях, и позволяет сделать мне передышку. А вот не касалось бы все это дело обмана ведьмы, уверена, он бы вел себя совсем иначе. Допытывался бы до каждого слова и не давал мне покоя колкими высказываниями и замечаниями. Но имеем, что имеем. И Кристиан показывает себя с наилучшей стороны.
Но стоит признать, все это тяжело дается. Да, двойного агента, оказывается, играть куда труднее, чем мне показалось с первого взгляда.
Глава 14
Обед проходит обычно. Мы едим, молчим и иногда поглядываем друг на друга. Несколько раз я замечаю дрожь руки, когда бульон выливается за края ложки, не доезжая до рта. Но мы этого не обсуждаем.
- А почему ты не любишь цветы? – Не выдерживаю я настолько длительной тишины, когда обед подходит к концу. А ведь я так была близка к успеху!
- Почему я их должен любить? – Прилетает мне ответный вопрос от Кристиана. Он откладывает в стороны все приборы и опирается на руки, ставя их локтями на стол.
- Ты можешь относиться к ним нейтрально. Но чтобы прям не любить… - Корчу я лицо. – Явно должно было что-то произойти.
Мужчина молчит. Его взгляд пробегается по столу, стенам, потолку и возвращается ко мне. И скромно так, по-мужски, он тихонько говорит:
- Ванесса считала цветы бесполезными сорняками.
- Ну! Какой хороший мальчик! – Гордится ведьма своим … назовем так… учеником. Ка…детом.
- А своего мнения ты не имеешь? – Возражаю я этому бесцветочному культу, отвечая сразу обоим собеседникам. Одну очевидному, а другому бестелесному.
- Не смей говорить Крису свою глупую чушь! – Тут же вопит ведьма.
И сразу становится понятно, у кого реакция лучше. Кристиан продолжает молчать, словно именно этот вопрос застал его врасплох.
- Я просто привык так думать, - пожимает он плечами. – Меня вполне устраивает это мнение.
- Да! Молодец, мой мальчик. – Словно мать, восхваляющая своего сыночку, радуется Ванесса и хлопает в ладоши. - Моя стрелка без часиков. Моя горошинка без червячка. Мой синячок без царапинки, - выписывает она комплименты. И мне даже страшно подумать, чем Кристиан их заслужил.
- Угомонись, - думаю я Ванессе, ведь она не останавливается на достигнутом. Продолжает и продолжает хвалить опаснейшего охотника, называя его то бусинкой, то ботиночком. Но в этом обзывании она приближается уже к моему мнению. По конкретным частям обуви осталось только пройтись.
- Будто ты не радовалась бы, если б Инир, прости погибель мать за незнание полного имени, не отстаивал твое мнение перед всяким сбродом. – Пафосно говорит она, видимо, совсем не задумываясь, что находится сейчас в голове этого «сброда». А точнее, в голове вполне существенной единицы общества, которая единственная может вернуть ее к жизни в телесной оболочке.
Смысла что-то отвечать, объяснять или продолжать обсуждение я не вижу. Во всяком случае, с Ванессой. А вот Кристиан – вполне интересный кадр для продолжения надвигающегося спора.
- И ты даже не пытался изменить это мнение? Дал бы шанс цветам. – Обращаюсь я исключительно к Кристиану в полной боевой готовности игнорировать ведьму.
- А зачем? – Действительно не понимая всю суть претензии, спрашивает он, не давая мне ответа на поставленный вопрос.
- Они растут, никого не трогают, глаз радуют. Что плохо-то?
- А хорошего? Много чего глаз радует.
- Что, например?
- Блестящий чистый пол. – Задумчиво произносит он, сбавляя громкость голоса до минимума и переходя на горловой бас. – Красивое женское лицо.
- Спасибо, что не мужское, - не удерживаюсь я и прихихикиваю.
- Пожалуйста. – Отвечает Кристиан, а только потом начинает понимать, на что он ответил. Брови сразу же сгущаются на его лице, а открытые ладони сжимаются в кулаки.
- Бэ-зо-бид-ная шутка, - по слогам проговариваю я, словно это его как-то успокоит.
- Сначала научись, а потом шути. Шутница хренова, - закрывается мужчина от любого рода дискуссий. И именно в этот момент я решаюсь его добить.
- Но цветочки-то ничего плохо тебе не сделали. Давай простим их?
- Простим за что?
- Да за все! Поймем их, простим и станем на них любоваться на закате. М? – Опускаю я голову на бок и смотрю настолько безобидными глазами, что даже если Кристиан сейчас ответит «нет», то потом все равно ему придется согласиться.
Но он поднимается с места, ничего не отвечая. Задвигает за собой стул. Отряхивается.
- На закат я не согласен, - говорит он и скорее покидает зал.
Фактически он дает мне согласие на посадку! Настроение подскакивает до самых вершин, где сидит сам прости хоспади. Ну что за день, что за результаты! Еще немного, и я пугающего всех до дрожи в подмышках охотника превращу в нормального человека!
Будет мне цветы покупать, на рынок со мной ходить, потом мы перекрасим все комнаты в его доме, будем звать гостей на ужин. Кристиан поможет Дебе купить соседний участок, и мы станем дружить семьями. Откроем детский сад и …
Сама себя не понимаю, как меня понесло с такими планами на жизнь. Вот в фантазиях мы с Кристианом воспитываем детей, нанимаем няню, чтобы я могла спокойно учиться магии, а где-то далеко моего согласия на знакомство с родителями ждет Инир.