Любовь Фомина – Босс (не) моих фантазий (страница 60)

— Я не буду к тебе приставать. — Вполне серьезно произносит он. — Только если сама не попросишь, — смеется и тут же ловит подушку около своего лица, которую я запустила так метко, наверно, впервые в жизни.

— Вот и не попрошу!

— Значит, ты остаешься? — Он откладывает пульт в сторону, а сам придвигается ко мне ближе. Специально ведь соблазняет меня!

— Паш…

— Лер?

— Ну я не готовилась к такому сегодня.

— Я заезжал к тебе домой.

— Что? Зачем?

— Мы с твоей мамой все обсудили, но это не важно.

— Паша, еще как важно! О чем вы говорили? Что ты сказал маме?

— Лер, перестань. — Мотает он головой. — Сейчас не об этом. Я взял тебе пижаму, зубную щетку, одежду на работу и какую-то косметику. Тамара сама ее собрала, я не осмелился дотрагиваться до сокровищ.

— А все решить за меня ты осмелился?!

— Я только надеялся на лучшее, вот и все, — обнимает он меня. — Оставайся, — мурлычет он мне в шею, прикасаясь губами.

— Паш… Какой же ты все-таки!

— И я люблю тебя.

Я вновь таю, как шоколад под лучами солнца. Ну как так можно? Приходится согласиться, ведь мне и правда хочется остаться, хоть и страшно, что я вновь напортачу. Но раз обо всех моих “против” Паша позаботился заранее, то причин для отказа просто не осталось. Я сама для себя даже попыталась придумать веский повод, но так и не смогла.

И на утро даже не пожалела об этом! Мы посмотрели фильм, перекидываясь попкорном и смеясь над странными шутками. Паша завернул меня в плед, а после поднял, имитируя, что он меня крадет. Потом мы упали на диван и резко скатились с него, ведь кто-то решил, что самое время начать меня щекотать! Паша сделал мне наивкуснейший фруктовый чай, после которого я уже не захотела даже отомстить ему и перекощекотать, показав мастер-класс. Легли мы спать вместе, но никаких непристойностей не было. Паша меня лишь поцеловал на ночь и уснул в обнимку.

Он меня приятно удивил. Я даже осталась поражена его поведением. Неужели он и правда изменился? Или всегда был таким, просто тщательно скрывал свою сущность и подавлял всю жизнерадостность? Оказывается, он все-таки не робот. Он умеет быть человеком. Может смеяться и шутить, заботиться и любить. И в последнем я не сомневаюсь. Ведь его чувства сложно не увидеть и не почувствовать. Они в каждом прикосновении, в каждом вздохе и каждом взгляде на меня. Раньше я этого сторонилась и боялась, но… Теперь я рада, что все опасения позади. И я наконец-то счастлива. И Паша вроде счастлив. Я его не сломала, как и не сделал то же самое он со мной. И я могу только лишь надеяться на то, что эта идиллия будет продолжаться как можно дольше. А все неприятности, связанные с нашим прошлым, не станут портить нам жизнь.

И утро, когда я была по-настоящему счастлива, находясь рядом с Пашей, ничем больше не отличалось от предыдущих. Все так, как оно должно быть. Паша отвез меня на работу, а сам поехал по своим делам. Он заранее предупреждал, что весь день будет в разъездах. И даже несмотря на это я была счастлива, ведь была уверена, что вечером мы вновь увидимся, и я окажусь в его объятиях. Но я никак не могла подумать, что случится днем. Но этого было не миновать. Рано или поздно случилось бы то, что случилось.

Рабочий день начался, как обычно. Разве что Екатерина не так презрительно смотрела на меня. А это уже был звоночек, что надо начинать переживать.

Глава 55

Обед закончился, и я благополучно возвращаюсь к основной работе, которую на пару дней пришлось отложить. И как бы я ни хотела вновь реальное дело, нужно разгребать кабинет, иначе скоро и войти сюда будет невозможно. Все уже завалено бумагами, что создает немалую путаницу для меня. Я перекладываю папку в один угол, а рядом лежат другие документы. Все мешается, сваливается в одну кучу, которую вновь приходится разгребать. Приходится задействовать и Пашин стол. Он все равно сегодня работает вне кабинета, а к завтрашнему дню я постараюсь все разобрать, чтобы он не ругался лишний раз. А то ему только повод дай… Люди, конечно, может и меняются, но не настолько.

Смотрю на часы — время без десяти шесть. Пора бы уже начинать и расчистку директорского стола, до которого я только сейчас добралась, складывая на него заполненные делами папки, полностью готовые к передаче дальше по офису. Вновь мне приходится задержаться на работе. Но и от Паши пока никаких вестей, поэтому я, можно считать, ничего не теряю. Еще есть шанс, что я пойду не пешком до дома, а поеду на машине к Паше. Как же хочется его увидеть. И если не врать самой себе, то за день я безумно по нему соскучилась. И почему-то во мне есть уверенность, что это чувство взаимно. А пока… бумажки, бумажки.

Хлопает дверь кабинета. Неужели Паша внезапно приехал? Он может и так, без предупреждений. Оборачиваюсь. Передо мной стоит Ирина Васильевна, запыхавшаяся и явно чем-то взволнованная.

— Здравствуйте, — дежурно улыбаюсь я. — А Павла Сергеевича сейчас нет.

— Я знаю, — пытается говорить она мягко и ласково, но просачиваются нотки тревоги в голосе. — Я к тебе.

— Ко мне? — Глаза мои округляются, и я уже надеюсь на худшее. — По какому вопросу?

— Надо поговорить. Ты должна мне помочь. Это касается Паши.

— Что-то случилось? — Пока не делаю я никаких предположений, а от того и не подхватываю переживание его матери.

— Конечно! У Паши вечно что-то случается! — Падает Ирина Васильевна на диван. — Он делает полнейшую глупость! Это испортит жизнь не только ему, но и всем нам.

— А что произошло то?

— Ты знаешь, что произошло! И должно помочь мне убедить Пашу не делать глупостей!

— Я вас пока не очень понимаю, — сажусь я на свой стул, пытаясь все же быть подальше.

— Они с Лизочкой просто созданы друг для друга. А он испугался этого. Боится, что из-за чувств забудет о работе. Ох, их надо помирить. Мы обязаны это сделать!

— Но причем тут я? Они взрослые люди. Да и Павел Сергеевич уже принял решение, как сказал на том ужине.

— Да ничего он не принял! Это просто слова, чтобы досадить мне. Нужно узнать, почему они поссорились. И срочно помирить!

— Я все еще понимаю, зачем вы просите об этом меня.

— Лера, я уверена, что у вас была интрижка с Пашенькой. Я тебя не виню за это. Ты молодая девочка, которой нечего терять. Ну подумаешь, спала с боссом. С кем не бывает? Да и Пашенька хоть и виноват, но понять можно. Молодой, умный, красивый, богатый, а ему жениться пора. Вот он и испугался, что доступ к женщинам после свадьбы будет закрыт. Погулял, вот и хватит. Пока за голову браться. Ты должна мне помочь образумить сына.

Так и хочется ответить, что я никому ничего не должна, а ее доводы — всего лишь фантазии, надуманные для ее же комфорта. Но какой смысл сейчас объяснять человеку, где правда, а где вымысел, если она уже убедила себя во всем, а мое слово, в данный момент, ничего не изменит. Только еще больше вызовет переживаний. Правильного ответа я не нахожу, но и помогать не планирую. Беру со стола телефон.

— Вы не против, я напишу маме, что задерживаюсь на работе, а потом продолжим разговор? — Обосновываю я телефон в руках во время важнейшего диалога.

— Да, да, конечно, я пока водички глотну.

Я быстро строчу смс, но не маме, которая сегодня на сутках, а Паше.

“Твоя мама в офисе. Приезжай скорее”

Откладываю телефон и надеюсь на скорейшее спасение. Тем более уж не я точно должна говорить Ирине Васильевне о том, что я не девушка на ночь, а потенциальная невеста, как бы смело оно ни звучало. Да и сказки о том, что мне не нужны деньги или статус, эта женщина слушать не станет. У нее уже есть планы на жизнь, и она явно придерживается их, пускай распланированной оказывается и жизнь Паши.

— Так ты мне поможешь? — Вновь садится она на диван.

— Я правда не понимаю, чем я могу помочь.

— Лера, давай ты поговоришь с Лизочкой? Объяснишь ей все. Она поймет. Она умная! Скажешь, что все это время Пашенька любил лишь ее, а интрижка с тобой была лишь ошибкой. Ты просто хотела себе хорошую должность и почувствовать красивую жизнь в ресторанах. Никаких серьезных отношений. Это же так просто!

— А вы уверены в своей правоте? — Мягко намекаю я, что ее убеждения в отношении меня целиком и полностью надуманы.

— Конечно уверена! Лизонька точно его простит! — Явно не слышит или не понимает меня Ирина Васильевна, отвечая на более понятный (и более реалистичный) для нее вопрос.

— А может не стоит влезать в это? Пускай они сами все решат.

— Лера, как же ты наивна. Конечно нужно влезать, иначе они сами ни о чем не договорятся, а потом будут жалеть спустя много лет о своем глупом решении. Мы обязаны им помочь.

Я пытаюсь отвертеться, убедить Ирину Васильевну не лезть в жизнь Паши, но ничего не выходит. Она, как зажеванная пластинка, твердит все об одном и том же. А я не хочу в этом участвовать, причем говорю это прямым текстом. Но Ирина Васильевна этого будто не слышит. Уверена, если я соглашусь, то она и не вспомнит, сколько раз я сказала свое “против”. Но я не сдамся. Не в этот раз.

— Кстати, Катенька говорила, что вы с Пашенькой за руки держались. Это правда? Ты его настолько очаровала? Катюша мне столько наговорила про вас, мне после даже плохо стало. Неужели ты настолько глупа, чтобы показывать всем в офисе, что спишь с моим сыном?

Я гневно выдыхаю. Даже тут всплывает имя секетарши, которая только мечтает о том, как бы поскорее от меня избавиться. И нападки со стороны Ирины Васильевны мне тоже надоели. То она якобы хвалит меня, убеждая помочь ей, то называет глупой, обвиняя невесть в чем.