Любовь Фомина – Босс (не) моих фантазий (страница 16)

— Хотите сказать, со мной слишком душно? Или я душный?

Боже мой, он знает такие слова! Должен был удивиться он, а удивляюсь я. Вот уж не ожидала, что Павел Сергеевич и такое умеет.

— Я этого не говорила.

— Ваше дело, Валерия. Но если это действительно так, то теперь работать вам станет еще сложнее. — Говорит он ровно, видимо, небольшая прогулка до окна оплаты его немного успокоила, мне же наоборот становится нервно при таких словах. Что теперь будет? Мне бояться? Или уже поздно?

— Почему? — Спрашиваю очень тихо, робко, как будто это изменит ситуацию.

— О, так я не озвучил вам свое предложение?

— Нет.

— С понедельника вы работаете со мной. В одном кабинете. Я распоряжусь, чтобы вам даже специально поставили отдельный стол, за которым вы будете работать, Валерия. Вот и посмотрим на вас в деле.

— А может не…

— Не надо? Я же уже сказал, что от предложений начальства не отказываются. А чтобы вы не стали апеллировать мне разного рода понятиями из энциклопедического словаря для первого курса юрфака, то в понедельник будет готова бумага о вашем переводе. Поздравляю, у вас, возможно, временное повышение. Всего за пару недель из помощника юриста в личные помощники директора. Круто, не правда ли?

Пол рухнул. Ноги потерялись. Ладошки вспотели. А голова пошла кругом. Это же… Так нельзя. Теперь меня на работе ждет ад.

А все почему? Надо учиться молчать! И всегда помнить, рядом с кем открываешь рот.

Глава 16

Еще никогда я настолько не боялась наступления понедельника. Вот уж точно, день тяжелый. Всю дорогу до офиса трясусь, даже несмотря на то, что на улице погода наладилась, и выдался жаркий день. А я иду в кожанке и трясусь. Озноб изнутри пробирает.

Когда прихожу в здание — ничего не меняется. Иду к своему кабинету, но на середине пути вспоминаю, что у меня новое рабочее место. Надеюсь, Павел Сергеевич не пошутил? А то получится как-то нелепо. Хотя насчет рабочей субботы у меня тоже были сомнения…

Ладно. Теперь главное не подавать виду. Поднять голову и гордо развернуться. Как будто так и надо. Точно-точно, я сделала так специально.

Ну вот зачем только я убеждаю себя в этом… Только я знаю то, о чем я же думаю. Для людей вокруг все выглядит совсем иначе. Так, нет, хватит думать обо всем, что происходит снаружи.

Подхожу к кабинету Павла Сергеевича. Собираюсь с духом — да, да, это очень важно. Вдох, выдох…

— Нет! — Орет откуда-то из-за спины секретарша директора. — Нельзя! Павел Сергеевич очень занят!

— Что? — Находясь в полнейшем недоумении, оборачиваюсь и вижу, как на меня бежит девушка на огромных каблуках, подгибая ноги в коленях, махая рукой.

— К Павлу Сергеевичу нельзя! У вас не назначено! — Подойдя совсем вплотную, продолжает она орать.

Я отпускаю ручку двери и полностью оборачиваюсь на девушку.

— А зачем мне назначать? Я же тут работаю, — развожу руками. — Да и к тому же раньше документы носила, таких проблем не возникало.

— Это тогда, а сейчас все иначе. Большой поток людей. Чтобы попасть к Павлу Сергеевичу, — называет секретарша имя с полным благоговением, — теперь нужно либо записываться, либо по электронной почте все отсылать.

— Писать письмо с просьбой зайти что ль?

— Да! Тогда Павел Сергеевич передаст это мне, а я уже назначу.

— О, нет, нет. Вы меня не поняли. Мне не нужно ничего назначать.

— Тогда идите!

— Да никуда я не пойду. Мне нужно работать.

— Вот и работайте, — прогоняет секретарша меня уже не только словами, но и руками.

— Тогда я пошла, — подергиваю плечами и поворачиваю ручку двери.

Я уже открываю дверь, вижу в щелку сидящего директора, который сразу же поднимает голову. И мы встречаемся глазами. Но тут щелка резко уменьшается, а потом и вовсе пропадает. И я оказываюсь стоящей впритык к закрытой двери.

— Да что такое! — Оборачиваюсь на долю секунды к девушке. — Мне нужно пройти!

— Я же сказала, что не пущу!

— Да успокойтесь вы. И перестаньте орать на меня.

— Вы меня по-другому не слышите. Говорю же, нельзя! Куда вы ломитесь? К Павлу Сергеевичу сейчас никому нельзя!

— А, так, значит, уже никому?

— Да! Только мне! Уходите. Я… я дам знать, когда можно будет.

Я разворачиваюсь уже всем телом к неприятной особе, опираюсь на дверь и складываю руки на груди, как будто я очень серьезно настроена. Главное, не подавать виду и не выдавать свое волнение. Это оставлю на потом, тогда же и поволнуюсь. А сейчас нужно отстоять се…

Дверь открывается, а я падаю, потеряв опору и всяческое равновесие. Могла бы пробежать вся жизнь перед глазами, но пока мимолетно пролетают стены, потолок, лицо директора… Лицо директора?!

Я падаю и оказываюсь у него на руках. Госпадиии, ну за что… Все так хорошо начиналось. Еще неделю назад. А сейчас что? План на все лет десять вперед выполнен. Надеюсь, я опозорилась настолько, что еще не скоро выдастся новая возможность.

— Что здесь происходит? — Не понимающе спрашивает директор, продолжая держать меня на руках.

А я и пошевелиться то не могу! Страх, волнение, растерянность, желание сквозь землю провалиться — все смешивается воедино, сковывая все тело.

— Эта девушка пыталась пробраться к вам! — Самодовольно отчеканивает каждое слово секретарша. — Но я не пустила. Вы же велели до обеда никого не пускать!

— Екатерина, а почему вы не пускаете человека на работу?

— Я? Да пускай работает, я то причем тут?!

Ой, будет неловко, если окажется, что слова директора были шуткой. Тогда даже увольнение мне не поможет отмыться от стыда.

— Валерия теперь работает со мной в одном кабинете. Я данную информацию написал вам в заметках. Вы что, даже компьютер не включали?

Вроде директор ничего плохого не говорит, никого не ругает… Но сквозь его слова чувствуется раздражение. А меня новой волной пробирает озноб. Холодок пробегает по всему телу. Ведь пока происходит этот разговор, я смотрю в потолок, находясь на руках директора в не самом потрясающем положении. Ну как теперь работать? Я после такого и шевелиться не могу… И не смогу. Неделю!

— Екатерина, займитесь своей работой.

Я слышу, как девушка тяжело и даже как будто рассержено вздыхает, а потом стук каблуков отдаляется…

— Валерия, все хорошо? — Павел Сергеевич наклоняется ко мне. И смотрит на меня. Прямо вот смотрит. И его лицо так близко… Даже двусмысленно близко.

— Э-э-э… да. Нет. Не знаю.

— Встать можете? Не ударились?

— Наверно. Не знаю. Давайте попробуем.

— Я вас сейчас отпущу. — Усмехается директор.

— Да, да… Отпускайте. Я сейчас встану.

Павел Сергеевич аккуратно возвращает меня в стоячее положение. Я вновь вижу стены. А в голове пустота, пока по телу в очередной раз пробегают леденящие мурашки.

— Вы не ушиблись?

— Ой, нет. Все хорошо. Вы очень умело меня подхватили. Часто девушек ловите?

Лера, ну что ты говоришь! Молчи. Молчи! Не рой сама себе яму, потом не вылезешь.

— Таких редко, — уже в открытую смеется директор. — Проходите в кабинет.

— Я, кажется, лишнего сказала… — Понимаю, что поздно, но все же зачем-то пытаюсь вернуть слова назад, зарывая себя все глубже. Стыд и позор.

— Все хорошо, у вас шок. Такое, — разводит он руками, — случается.

— Даа-а-а, точно шок. Я то думаю, что это, а это шок.