Взмывали птицы в неба высоту.
Я думала, там утонуло сердце.
Погибло. Но всем бедам вопреки,
Оно там просто тихо схоронилось,
Как между букв Есенинской строки.
Памяти Владлена Татарского (в миру Максим Фомин)
Я не могу поверить…
Разум в клочья.
Его больше с нами нет,
Точка.
На его пути больше нет
Строчек.
Не свезло до победы дойти
Прочерк.
Лица, улицы, города будут
Помнить.
В памяти навсегда живой
Образ.
Жизненный путь непростой смог
Выстоять.
Ушел в мир иной душой
Чистою.
Время лечит?
Потеря ˗ есть незаживающая рана.
Кровоточит, и сколько не лечи…
Сродни обрыву, пропасти, обману.
Помочь не смогут лучшие врачи.
Как часто повторяем: «Время лечит»,
А времени давно простыл и след.
Порой воспоминания калечат,
И мы их комкаем. Рассвет.
И реки слёз не смоют боль утраты,
И дней по кругу бесконечный бег.
Мы говорим себе: «Их души живы»,
Пока мы помним глаз любимых свет…
Кому молиться за животных?
Кому молиться за животных?
Ведь у животных тоже есть душа.
Идёт неспешно вдруг осиротевший,
Хозяин вдоль аллеи не спеша.
И с каждым шагом вновь воспоминания
Штурмуют память, разрывают грудь.
Тихонько катиться слеза отчаяния,
Ведь прошлого не суждено вернуть.
И вот уже грохочет тишиной
Нежданно опустевшая квартира.
И он надеется, что этот мир иной,
Не так далек, а лишь изнанка мира.
И, кажется, вот руку протяни,
И вновь в неё холодный нос уткнётся.
Как рассказать им о своей любви?
Тем, кто домой, сегодня не вернётся.
О возрасте
Наш возраст выдают глаза,
А не морщинки под глазами.
Наш возраст выдаёт слеза,
Горечь бессонницы ночами.
Наш возраст выдают слова,
Чья сила именно в молчанье!
Покой души и покаянье
Плетут узор из бытия.
Наш возраст выдаёт укор,
Так нелюбимый поколением,
Что возраст наш считает тлением
Потухшего костра. 
