Любовь Черникова – Огонь в твоих глазах. Испытание (страница 11)
– Нужно как можно быстрее отвезти сестру в Орден, – Нааррон со всей серьезностью отнесся к услышанному. – Если Излом и правда пробудился, где как не в Ордене Киррана будет в большей безопасности? Укрепленные силой стены, несколько сотен Защитников, дед.
– По моим расчетам, выходить следует не раньше, чем через две-три седмицы. Если повезет, у болот отыщем провожатого, который переведет нас через топи до того, как станут проходимыми основные пути. Слыхал, местные там круглый год шастают по гатям. А Киру до тех пор нельзя оставлять без присмотра.
– Я буду ночевать с ней в одной комнате, смогу выдернуть из транса, если подобное снова случится, – тут же отозвался Нааррон, и Защитники согласно закивали.
– Ну а днем будем заниматься, – обрадовался Пасита. – Здесь сколько учителей собралось. Молокосос, ты вот что еще умеешь, кроме как кулаками махать?
Глава 5
1.
«Я здесь уже чаще, чем дома ночую! Будет деревенским, о чем посудачить, – Кира усмехнулась, осознавая, теперь это ее совсем не трогает, а вот что действительно беспокоило, так это Излом: – Может, мне и правда все привиделось? Боги, хоть бы привиделось! – Охотница тихонько спустила ноги с постели, и осторожно выглянула из-за задернутой занавески: – Хм, не припомню, чтобы вчера она тут была».
Как и в прошлый раз Нааррон расположился на лавке под окном и сейчас еще сладко спал, приоткрыв рот и мерно посапывая. Защитников в горнице видно не было. Судя по неверному свету, пробивающемуся сквозь замороженное окно, утро уже наступило. Вчера она, рассказав о своих злоключениях мужчинам, очень быстро уснула. К великому облегчению, совсем без сновидений. Но, несмотря на вчерашнюю слабость, сейчас охотница чувствовала себя прекрасно.
«Нужно подумать…»
Она вернулась и присела на краешек постели. Все же бесплотное путешествие действительно произошло взаправду, и всему виной ее сила. Как-то странно и непривычно было осознавать, что у нее эта самая сила – есть, и она невольно сумела ее вчера использовать. Кира опасалась, что подобное может случиться вновь. С одной стороны, радостно, что не избу спалила, но и оказаться в Изломе, того не желая, сомнительное удовольствие.
– Ну уж нет!
Идея пришла сразу, навеянная местом, где она сейчас находилась: «А что, если поступить, как со снами? Матренино снадобье помогает хорошо, стоит попробовать пить его не только на ночь. Решено. Надо наведаться к знахарке как можно быстрее. Да вот хоть и прямо сейчас. – Кира снова подошла к занавеске и выглянула. Брат спал все в той же позе и, похоже, просыпаться не собирался. – Видать, мужики допоздна вчера засиделись». Памятуя, что Защитники расположились в сенях, в отгороженном закутке, аккурат под боком у еще теплой печки, охотница на цыпочках подошла к выходу, сняла с крюка куртку, взяла в руки сапоги. Крадучись выскользнула наружу, тихонько притворив дверь за собой. Уже хотела выйти на крыльцо, как вдруг замерла, услышав голоса.
– Я только посмотрю.
– Нечего смотреть. Спит она.
– Вот и проверю, – настаивал Крэг.
– Я сказал, не смей! – Пасита повысил голос. – В тебе сила говорит. Хочешь скажу, что именно? Пойди, возьми, защити, огради, сделай своей и только своей, уничтожь всех, кто помешает… Мне продолжать?
Кира не заметила, как оказалась у маленькой дверки, превратившись в слух: «Это они о ком же? Неужто обо мне?!»
Мужчины замолчали, но не успела она прийти в себя от услышанного, как Пасита заговорил снова:
– Ты и правда решил, что влюбился? Без глупостей, молокосос, но ты же Защитник. Не думаю, что для тебя сложно охмурить женщину. Выбери любую, в этой деревне их пруд пруди. Ты вон здоровенный какой, да и рожа смазливая. Они и сами рады будут, ты ж не я. – Он коротко хохотнул. – Да вот хоть бы и Глафира. Меня она больше не интересует, а девка красивая. Вы будете хорошо смотреться. Да и все, что надо, умеет. Я успел научить. Зачем тебе понадобилась Кира? Это ведь все из-за силы, она у нее – иная, лишает нас рассудка.
– А что насчет тебя, тин Хорвейг? – Крэг проигнорировал обидное прозвище и неприличное предложение.
Кира затаила дыхание, в надежде услышать, слова Паситы. Отчего-то она сомневалась, что ответ ей понравится, но предупрежден, значит, вооружен. Раздался тихий смешок.
– Да ты любопытен не в меру! Знай одно, я тебе ее не отдам. Ни тебе, ни кому другому. И да, я тоже схожу с ума, не меньше твоего, но держу себя в руках.
– Неужто влюбился? – передразнил его Крэг с деланным удивлением.
– Я тебя предупредил. – Голос Защитника прозвучал жестко, заставив Киру поежиться.
В сенях резко похолодало, или ей это только показалось? Охотница решила, что услышала достаточно и тихонько на цыпочках вышла на крыльцо. Натянула сапоги, накинула куртку. Полночь обнаружилась в стойле. Оседлав ее, Кира направилась прямиком к знахарке. Радуясь, что дом Защитника стоит на площади и не огорожен, она вскочила на лошадь и галопом вылетела на дорогу. На крыльце возник Крэг и что-то закричал вслед, Кира сделала вид, будто не заметила. Разволновавшись, она едва не сбила с ног дородную тетку Алексу. Та, грузно переваливаясь, несла ведра на расписном коромысле. Вода плеснула через край и вслед донеслось:
– Совсем сдурела! Вот я матери-то скажу!
Осадила Кира лишь у Матрениной калитки. Заскочив на двор, затарабанила в резную ставню.
– Кто это там в такую рань? – раздалось ворчание из приоткрывшейся двери. Впрочем, Матрена не выглядела сонно, она уже была одета и явно давно на ногах. – Кира? Случилось что? – Тон женщины разом изменился. – Да входи же, не стой столбом!
– Матрена, помощь мне твоя надобна.
– Ой неужто ирод этот… – всплеснула было знахарка руками, и Кира едва не топнула от досады.
«Как же надоело! Будто все только и ждут, пока Пасита меня обрюхатит!»
– Нет-нет! Мне другое зелье надобно.
– А-а, то от ночных страстей, значится которое? – Кире показалось, что в голосе знахарки промелькнуло легкое разочарование.
– Оно самое. Да еще совет.
– Ну?
– А если его днем принимать, что будет?
– А что же, тебе теперь и наяву сны снятся?
Кира не собиралась пугать женщину и рассказывать ей про Излом и свое видение.
– Нет! Но если как-то можно заглушить силу…
– Тс-с! – испуганно зашипела Матрена. – Храни тебя Киалана! Никак дурное замыслила? И думать забудь! Пасита с тобой и без мощи своей совладает, тебе ли не знать? Разве что спящему глотку умудришься перерезать. Но ты о матери подумай, что с ней тогда станется? За убийство Защитника Князь всю деревню изведет.
Кира подивилась такой кровожадности, и немного досадно стало, что ей подобное самой в голову не пришло.
– Матрена, что ты! И в мыслях не было! Я для себя прошу.
– Ах, для себя? – Казалось знахарка в растерянности. – А тебе-то на кой такое снадобье?
– Сила шалит, не справляюсь я. Не знаю толком как. Боюсь, чтобы беды не вышло. – Охотница почти не соврала, но и всей правды тоже не открыла.
– Ой, дочка, мощь у тебя и впрямь великая. По деревне до сих пор всякое болтают. И что волков ты по берегу раскидала, да и самим Защитникам досталось. А уж про то, как вожак явился, так чего только не насочиняли!
Кира пожала плечами, всем видом показывая, что не ведает, как это все могло произойти.
– Мне бы зелье или отвар, чтобы сила присмирела и спряталась, будто ее и нет вовсе. Ну так что, знаешь такое?
Матрена крепко задумалась, наморщив лоб, почесала пальцем под косынкой. Прибрав прядь выбившихся седых волос, что-то забормотала себе под нос, совершенно непонятное:
– Та-ак… Разрыв связей… парис мелантиас? Нет лучше квадрифолия… Доза? Храни Киалана, что творю?
– Что? – переспросила Кира.
– Ничего! – вдруг рявкнула знахарка. – Узнает еще кто! Молчок про это, понятно? И про силу, и про зелье. Чтобы не одна живая душа!
Кира удивленно закивала.
– Ни Защитники, ни братец твой новоявленный про зелье мое знать не должны! – не унималась та.
– Никому не скажу. Керун свидетель!
– Завтра вечером приходи.
– А пораньше никак? – Тяжелый взгляд знахарки послужил достаточным ответом, чтобы пропало желание настаивать. – Хорошо. Спасибо тебе, Матрена. Храни Киалана твой дом. – Кира поклонилась и вышла.
К собственному двору охотница подъезжала не спеша, погрузившись в мрачные думы и рассеянно отвечая время от времени на приветствия встречных, провожавших пытливыми взглядами. Подслушанный разговор не выходил из головы: «Так что это, получается, все дело в моей силе? А сама я и не нужна никому?» – Кира горько усмехнулась. Если бы речь шла только о Пасите, она бы до конца жизни благодарила богов, но вот Крэг… Она и сама не понимала, что чувствует к курсанту. Ну, как и он ей тоже из-за силы понравился, а она-то себе уже напридумывала?
«Прав Пасита, я всего лишь наивная девчонка…»
Домой охотница поспела как раз к завтраку. Нааррон уже сидел за столом. Уставившись на нее, он строго спросил:
– Кира, где ты была?
Отчего-то вопрос вызвал раздражение. Давно ей никто не указывал, и менять что-то охотница не собиралась.
– Где была, там уже нет, – грубо откликнулась она, усаживаясь напротив.
Анасташа, недовольно качая головой, поставила перед ней миску пшенной каши, с добрым куском масла. По ее молчанию Кира сделала вывод, что Нааррон успел рассказать, почему они не ночевали дома. Едва покончили с завтраком, как хлопнула калитка, и во дворе появились оба Защитника.