Любовь Черникова – Мой темный палач. Печати Бездны (страница 11)

– Продолжайте, – поторопил я его.

– Сразу после вашего ухода Хеймрик почувствовал себя дурно, и я проводил его и Аду на террасу – на воздух. Затем мы поговорили и отправили девочек танцевать. Почти сразу же меня позвал Крейн, чтобы обсудить организационный вопрос. Отлучился я совсем ненадолго, но когда вернулся, то ни Хеймрика, ни его дочки на террасе уже не было. Не обнаружил я их и в бальном зале.

– Прости, папа, я тоже отошла всего на минутку. Припудрить носик… – Мило смутилась эльдина Морвеналь и пояснила: – Ада со мной не пошла. Сказала, что вернется к отцу.

– Хеймрику нездоровилось в последнее время. Я забеспокоился и отправился его искать, переживая, что ему нужен лекарь. Кто-то из слуг видел, как граф Вельрин заходил в библиотеку. Я даже не удивился, ведь мой друг никогда не любил шумные мероприятия. Он жил отшельником с тех пор, как его жена умерла при родах. Из близких у него осталась только Ада. Наверное, поэтому он так переживал, отдавая дочь вам…

– Вы нашли графа здесь? – вернул я герцога в нужное русло.

– Да. Я действительно отыскал его здесь… – Морвеналь покосился на тело друга.

– Ада была с ним? – задал я интересующий меня вопрос.

Мне было важно понять, что стало с украденным ею артефактом.

– Да! Они проводили какой-то ритуал с Когтем Ульдрахора! Я понимаю, в это трудно поверить, но собственными глазами все видел!

– Папочка, какой ужас! Как Коготь Ульдрахора мог оказаться здесь? – Эльдина Морвеналь закрыла лицо руками.

– Я тоже сперва оторопел, но потом попытался остановить Хеймрика. Потребовал, чтобы он прекратил немедленно, но граф на мои слова никак не отреагировал. Я попробовал вмешаться, и он швырнул в меня мощным боевым заклинанием. В этот момент вошла Лисси. Ушедшие боги, как же я испугался, когда ее задело рикошетом.

– Это просто царапина, папочка. Пройдет. Ты сам-то цел? – снова забеспокоилась эльдина Морвеналь.

– Со мной все в порядке, не переживай, – отмахнулся герцог. – Эльд Драгард, после такого я понял, что дело серьезное. Вряд ли ритуал, где используют Коготь Ульдрахора, может быть безобидным. Добраться до Ады я не мог, поэтому напал на графа. Мне пришлось. Речь зашла о наших жизнях.

– Понимаю.

– Да… И все равно мне так жаль, что пришлось пойти на крайние меры. Но знаете что? Мне показалось, что граф Вельрин одурманен.

– Одурманен? Что вы имеете в виду? – переспросил я.

– Понимаете, Хеймрик – ювелир, а не воин. Он отлично разбирается в драгоценностях, в том числе и магических, но ничего не смыслит в боевой магии. Я за восемнадцать лет нашей дружбы не видел ни разу, чтобы он ее использовал! Да и не было в этом нужды. А тут… Возможно, он выпил какой-то эликсир, усиливающий магию. Я в шоке…

Герцог Морвеналь потер лоб, словно бы у него голова разболелась.

– Тавис, вы знаете, что за ритуал проводил граф Вельрин?

– Даже не представляю! Тут был какой-то магический рисунок, но я не успел его рассмотреть, как следует. Все ярко светилось от магии. К тому же я вытаращился на Коготь Ульдрахора. Вы понимаете, какой эффект он производит…

Я кивнул и указал на выжженное черное пятно.

– Рисунок был здесь?

– Да. После того как я смог вывести Хеймрика из игры, Ада поняла, что я нарушил их планы, и сбежала.

– Она сбежала через Эфир?

– Не знаю. Наверное, нет…

– Что вы подразумеваете под этим ответом, герцог?

– Эльд Драгард, мой папа истощен. Ему нужно отдохнуть. Позже он ответит на все ваши вопросы, а сейчас…

– Лисси, цыц! – перебил ее герцог. – Простите мою дочь, эльд Драгард. Она просто перенервничала вот и несет ерунду.

Не удостоив девушку взглядом, я повторил:

– Как именно выглядел побег Ады Вельрин?

Герцог растерянно покачал головой.

– Я не знаю… Я как раз бросился проверить графа, когда вдруг рвануло. Меня оглушило и отбросило в сторону. Вон туда. По наитию я успел прикрыться магическим щитом, иначе мы бы с вами сейчас не разговаривали. К моменту, когда я выбрался из-под шкафа, Хеймрик был уже мертв.

– Ясно.

Я обошел пятно по кругу. От него шли стойкие эманации магии Бездны. Но и магия Эфира тоже присутствовала. Ну что ж, после всего, что тут произошло, это ожидаемо. Жаль, что все следы ритуала уничтожены. Теперь придется постараться, чтобы разобраться, так ли все было на самом деле, как рассказывает герцог.

– Эльд Драгард, не хочу, чтобы этот инцидент опорочил имя Морвеналей. Вы поможете?

– Вам не о чем беспокоиться. Рекомендую не предавать огласке случившееся, а я обязательно докопаюсь до сути. Преступники понесут заслуженное наказание, уж поверьте.

Глава 6

Тьма дышала и пульсировала, а неестественная тишина пугала. И только боль была настоящей. Она-то и привела меня в чувство.

Сознание вернулось, словно морской прилив, вырвав меня из блаженного забвения. Тело ломило, а суставы выкручивало. То там, то тут простреливало так, будто в органы вгоняли раскаленную иглу. Я то и дело вздрагивала от остроты ощущений.

Но постепенно боль выпустила меня из когтистых лап, и я смогла открыть глаза.

В реальности тоже оказалось темно. Пахло пылью и старым деревом. То и дело слышалось подозрительное шуршание, и раздавались еще какие-то звуки, природу которых я не могла осознать.

В голове было мутно. Никак не получалось понять, что происходит. Куда делся помпезный бальный зал, гости? Где папа?

– Где я? – прошептала, едва ворочая одеревеневшим языком.

Последнее, что я помнила, это бал…

Бал… Помолвка… Коготь Ульдрахора… Ритуал… Отец!

Воспоминания обрушились безжалостной лавиной и погребли меня под своей неимоверной тяжестью.

– Папа… Папочка… – прошептала я.

Мой отец погиб, а меня обвинили в преступлении, которого я не совершала. Мне придется за это ответить, и вряд ли я смогу оправдаться после всего, что произошло.

Тавис Морвеналь притворялся другом нашей семьи столько лет, а оказался настоящим чудовищем! Он походя отнял у меня отца, отмахнувшись от него, как от надоедливой мухи. Разрушил всю мою жизнь!

Я должна была стать женой Вольфа Драгарда, а теперь в его глазах я – преступница. В том, что Ртутные выйдут сухими из воды, свалив на нас с отцом все шишки, не было сомнений.

Перевернувшись набок, я подтянула колени к груди и сжалась в комочек. Слезы жгли щеки, оставляя на губах соленый привкус бессилия. Не знаю, сколько я так пролежала, тихо всхлипывая, но, похоже, довольно долго. По незнакомому дому, где я оказалась благодаря брошке, гуляли сквозняки, и я основательно продрогла в бальном платье.

Невольно я прислушивалась к звукам внутри дома и за его стенами. Скрипнула половица где-то наверху. Завыл за окном ветер… Или это никакой не ветер? А тогда что? А это кто ухает? Птица?

Лежать дальше стало невыносимо, а рыдать – бессмысленно. Надо было как-то жить дальше.

Морщась и кряхтя, точно столетняя бабка, я заставила себя сесть и осмотреться.

Укрытая чехлами мебель представлялась затаившимися в полумраке чудовищами. Из окон лился мертвенный зеленоватый свет, только усиливая степень жути. Обхватив себя за плечи, я завертела головой, все больше приходя в отчаянье. Усугубляло ситуацию и то, что я не смогла привычно подстроить зрение. Драконьим глазам темнота не помеха, но я плохо видела…

 Это так видят мир простые люди?

Брошь, подаренная отцом, должна была перенести меня в безопасное место. Значит, бояться не стоило, но было страшно: с этим домом явно что-то не то. Что, если папа ошибся? Вдруг здесь совсем небезопасно?

Но как я не гнала от себя ужасную действительность, приходилось признать: дом здесь ни при чем. Я вижу теперь так плохо, потому что больше не чувствую свою драконью суть. Надеясь, что ошибаюсь, потянулась к Эфиру и… Ничего! Похоже, ритуал, который провели Морвенали, заблокировал или выжег мою магию!

От осознания степени кошмара стало дурно. Казалось, хуже уже быть не может, и на тебе!

Хотя… Что может быть хуже того, что уже с нами случилось?

Непосильная тяжесть опустилась на мои плечи, и на миг я пожалела, что не позволила герцогу завершить ритуал. По крайней мере, сейчас я не мучилась бы от боли и горя…

Взгляд упал на что-то темное, лежащее совсем рядом.

 Проклятущий Коготь Ульдрахора перенесся сюда вместе со мной?!

– Нет… Только не это! – протянула я и вся сжалась, испугавшись звука собственного голоса.

В этот же миг где-то под полом раздался вой, а затем послышалось рычание вперемешку с визгом, перешедшим в нечеловеческий крик.