Любовь Блонд – Ведьмин угол (страница 10)
– Что-то похолодало, красны девицы, – обратился он к веселым хохотушкам. – Никак морозы лютые начинаются.
– Не смеши, Ванюш! Посмотри, какое солнце – оно согреет. – рассмеялась одна из них и потащила парня в хоровод.
Тася тоже почувствовала едва заметный холодок на коже. Вот только что все это значило, так и не поняла. Был ли это знак суженого или, наоборот, ошибочное прикосновение? Кто ж разберет в мире мертвых за что отвечает? И старика не позвать – Тася не додумалась имя у него спросить. Но его слова про то, что везде надо искать подсказки, запомнила.
Так и пошла она по веселому хороводу всех подряд мужчин трогать – и молодых и старых. И все, как один, откликались холодом и сами жались от мороза внутри. С дюжину мужчин она перетрогала в тот день, даже стыдливо стало за распутство свое.
На следующий день все повторилось. Только теперь не среди песен и хороводов, а всех подряд, кого на улице встретит. Даже нескольких женщин коснулась в экспериментальных целях, но от них ни холода не было, ни других чувств. И дети тоже никак на прикосновения не реагировали.
К первой капели в Александровке не осталось мужчин, которых Таисия не касалась. К этому времени она уже и сама надежду потеряла. Что-то дедушка недоговорил, вот только что именно – непонятно. Надо искать подсказки? Так она искала, с утра до ночи голову ломала. И по ночам тоже, потому что про сон забыла, как только невидимой для мира стала.
Единственная подсказка – мужчины от ее касаний чуяли холод. Она предположила, что раз так, значит это все не суженые. Но ведь и всех мужчин в большом мире не перетрогаешь. Тем более, если за пределы Александровки не выйти.
Пришлось от горечи и скуки опять скитаться по домам и подглядывать за жизнью других людей. Так она думала напитаться житейской мудрости, чтобы находить новые подсказки.
Вот только в каждой избе мудрость была совсем иного толка. Крестьяне хлопотали перед посевной, а помещики днями напролет думали, как бы побольше монет в карман положить, да жить послаще. Никто из них понятия не имел, что делать невидимой девице и где искать жениха.
Однажды Таисия набрела на крестьянский дом, где возле печки суетился светловолосый мальчик. Он заправски подкидывал поленья и что-то кашеварил в маленьком чугунке. Девушка стояла в уголке, наблюдая за ловкими движениями. Все же крестьянские детишки росли куда быстрее помещичьих. Такой же мальчик в богатом доме едва научился портки натягивать.
В какой-то момент мальчик обернулся, чтобы взять что-то со стола, и замер на месте. Он смотрела прямо на Тасю, а девушка, не скрывая удивления, на него.
– Ты меня видишь? – прошептала она. – Или это я рассудок теряю?
– Вижу, конечно, – кивнул мальчик. – Как ты зашла?
Таисии нечего было ответить. Она так удивилась первому разговору с живым человеком, что на время потеряла дар речь. Ведь почти три года она ни с кем и словом не обмолвилась, а тут такое невероятное событие!
– Ты правда меня видишь? И слышишь?
Мальчик как-то странно побледнел и попятился назад. Потом начал усиленно креститься и бормотать богословские слова наугад. Молитв он целиком не знал, но что помнил, то и говорил.
– Ты чего, мальчик? – насторожилась Таисия. – Я тебя чем-то обидела?
– Знал, что и за мной придешь, – бормотал он в ответ. – Родителей изжила, сестренок изжила. А теперь за мной пришла.
– Да погоди ты, никого я не изживала! Что за глупости!
– Старуха костлявая, что б ты проклята была. Пришла ко мне в обличье девицы, чтобы не пугать. Ну-ка, покажи свое истинное лицо, ведьма проклятая!
– Угомонись ты уже! – зло ответила Тася. – Иди котелок лучше помешай, а то похлебка выкипит.
Мальчик вздрогнул и глянул на печку, там и правда вовсю кипел чугунок, требуя внимания. На несколько минут он отвлекся от девушки, умело подцепил ухватом посудину и поставил на стол. Тут взор его опять упал на Тасю и он отошел на несколько шагов, сверля ее недоверчивым взглядом.
– Тут еще?
– Где мне быть? – растерялась девушка. – И вообще, я уже три зимы разрешения ни у кого не спрашиваю, хожу, где вздумается. Но ты первый, кто меня увидел и услышал, и тут же проклинать начал. Это некультурно!
Мальчонка сжал маленькие кулаки и зло крикнул:
– А родителей моих кулюторно на тот свет сводить?
– Да я сама проклята злым женихом! Мне бы с собой разобраться, а ты на меня кого-то вешаешь! – Таисия резко выпрямилась и огляделась в пустой избе. – Если родители померли, то с кем ты живешь?
Мальчик насупился и долго молчал. Потом все же выдавил из себя:
– Ни с кем.
– То есть? Один? Но ты же еще малец совсем!
– Соседка иногда заходит. Но у нее своих ртов пять штук, не до меня. И я уже не маленький, в этот раз на посевную пойду со всеми.
Таисия села за стол, подперев подбородок бледными руками. Она не могла понять, жаль ей мальчика или нет. Вроде должно быть жалко, но все чувства притупились: ни волнительной радости, ни томящей злости. Словно все застыло посредине и стало безразличным. Только память иногда подсказывала, что надо делать.
– Но ведь одному тебе не выжить, ты слишком маленький. К барину ходил?
– Ходил, а толку? Он на соседку меня повесил. А она так и сказала: было бы что в доме взять, кроме тебя, я бы еще подумала. А у нас мешок овса, да две дохлых мыши по углам.
– Но это ведь неправильно, раз барин сказал…
– Мало ли, что он сказал! Он со своего барского стула не видит, что тут происходит. А тут вот так: некогда соседке за мной смотреть. И не надо, сам справлюсь.
Таисия неожиданно подскочила на ноги и начала расхаживать по избе. В голове рождалась важная мысль, но надо было придумать, как донести ее до ребенка.
– Слушай, мальчик. – Она замерла на месте и внимательно поглядела хозяина. – Давай поможем друг другу? Раз ты меня видишь и понимаешь, то пошли срочно к барину. Ты ему про меня скажешь, а я про тебя словечко замолвлю. Ты же и есть моя подсказка, малец! Поможем друг другу, а я, гляди, снова человеком стану.
– Да будет меня барин слушать, как же.
– Меня будет! Через тебя. Это ж дядька мой, Василий Соколов. Мой батюшка, Степан, ему родным братом приходится.
Долго Таисия уговаривала мальчонка на свою авантюру. Тот даже не скрывал, что барина побаивается. Тот, мол, суровый встал в последнее время, несговорчивый. Да и вообще ему помощь не нужна, он сам со всем справится.
Но все же сломался мальчишка под напором девицы. Одел дырявый кафтанчик, завязался материным платком и пошлим они в дядьке.
Первым из барского дома вышла старушка Февронья. Мальчик строго потребовал позвать барина по важному вопросу.
– Так нет его, в городе барин, – проскрипела старушка.
– В городе? – удивилась Таисия. – Чего он там забыл, интересно.
– А когда вернется? – не сдавался малец.
– Да кто его знает. Он же на похороны брата Степана поехал.
Девушка за спиной замолчала, глядя на то на старушку, то на мальчика. Как на похороны? Батюшка ведь молодой совсем был, здоров и полон сил. Никак всю семью проклятый Матвей проклял.
– А чего передать-то надо, раз вопрос важный?
– А барыня здесь? – не унимался ребенок.
Через несколько минут на пороге появилась Наталья, укутанная в яркий платок.
– Чего тебе? – властно спросила она, задирая нос.
Таисия не узнала родную тетку. Всегда приветливая и улыбчивая, с мальцом она общалась, словно с человеком третьего сорта. И надменный взгляд не прятала.
– Я про Таисию вашу. Передать она вам чего-то хотела.
Он обернулся на девушку, но та стояла как вкопанная, не в силах вымолвить и слова. Все мысли были заняты отцом почившим, да немного осталось на тетку, что изменилась в характере в худшую сторону.
– Эй, ну чего сказать-то надо? – прошипел мальчик.
– Я тебе скажу, чаго! – взревела хозяйка.
Она резко схватила мальца за ухо и, вереща на всю округу, повела вон со двора. Мальчик вырывался, молил отпустить, да вот только хватка у тетки мертва была. Чуть ухо не оторвала. И какими проклятиями сыпала! Таисия в жизни таких слов не слышала. Проклинала, на чем свет стоит, кричала, что племянница померла уже три года как и нечего тут к горю чужому подмазываться. Много чего она вслед мальчику кричала. А тот бежал по раскисшей дороге, утопая в колеях от телег, хныкал и проклинал в ответ Таисию.
Получалось, что нет никакого толку от того, что ребенок ее видел и слышал. Кто поверит, что дух девушки ходит по деревне? Это ж чертовщина. И дружба ее только горем для людей может обернуться.
Долго Тася бродила по лесам вокруг деревни в поисках старика. Хотела, чтобы он помог ей разгадать подсказку, вот только ни его, ни верениц людей она так и не повстречала. А когда вернулась к дому мальчика, увидела лишь заколоченные окна. Внутри никого не было, печь больше не горела.
Она к соседке – но и там его не оказалось. В дом к дядьке – но и там лишь злая тетка, да поседевший Василий. Похоже, слишком долго она бродила, счет времени потеряла. И понять никак не могла: сейчас весна или осень на дворе? Вроде снежок как таял с первой капелью, так и продолжает таять, да вот только листья опавшие по земле стелятся.
Как же она смогла целое лето пропустить?
9. Воображаемый друг
– И, представь себе, раньше девушки не могли выбрать жениха. Кого батюшка найдет, за того и пойдешь. Сейчас, конечно, все изменилось. Столько свободы – делай, что хочешь! Но, смотрю, ругаться стали чаще, расходиться по пустякам. Словно свобода, с одной стороны, счастье дарит, а с другой – еще больше горечи.