Любовь Блонд – В Кольце (страница 65)

Настоящая мужественность, а не оголтелый героизм, не дается с рождения. Он взращивается на полях побед и фатальных ошибок, болезненных предательств, необходимостью принимать сложные решения, ответственностью перед другими людьми и честностью перед самим собой. Такие свойства личности в той или иной степени присущи им обоим.

Сидя за столом в ожидании завтрака, он украдкой наблюдал за Сашей. Не изменилось ли ее поведение, не стала ли она слишком отстраненной? Не жалеет ли о ночи, проведенной со старым, ворчливым мужиком? Странно, что эти вопросы роились в его голове именно сегодня. До этого утра его совершенно не волновало, что подумает о нем очередная подруга. На волнение просто не было времени. Теперь времени больше не стало, но появилось желание как можно скорее прожить рабочий день и вернуться в маленькую, неудобную кровать.

— Я могу прийти сегодня пораньше. — неожиданно произнес Константин, пока девушка накрывала на стол.

— Зачем?

— Если хочешь, конечно. Если что-то не так, то лучше скажи сразу.

Саша села напротив и снова залилась румянцем, вспоминая ночные приключения. Теперь-то стесняться смысла нет, но все равно как-то неловко.

— Мы вчера так и не договорили, ты прав.

— Не до этого было.

— Да, точно. — девушка покраснела еще сильнее. — Все в порядке. Это я про вчера. Мы же вроде взрослые люди, научились говорить ртом, уже большое достижение.

— Да что уж там, просто невероятное.

Саша нерешительно продолжила:

— Тогда и проблем не должно быть. Разве что немного неловко, потому что я ничего такого не планировала в отношении тебя. Я не хочу, чтобы ты подумал, что я пытаюсь что-то выпросить таким образом. Или что это благодарность за документы и контракт. Минутная слабость, не более.

Константин скривил недовольное лицо. Не такого ответа он ожидал.

— Минутная слабость? Что ж, неудивительно. Умные девочки редко ведутся на мудаков.

— Я не в этом смысле…

— Все нормально. Значит, мимолетная интрижка без обязательств?

— Я всего лишь хочу быть честной.

— Что ж, хорошо. Честность между нами я как раз и ценю. Так что, мне прийти сегодня пораньше?

— Я не против.

Весь день Константин только и думал, как зайдет в дом и даже откажется от ужина, лишь бы поскорее обнять девушку. Он отгонял от себя мысли о том, что лично был готов застрелить ее в том холодном доме. Что сам вызвал ребят из-за Кольца, чтобы они разобрались с беззащитной девчушкой. Даже раскрыв все карты, Саша не набросилась на него с кулаками. Словно что-то и так подозревала, но не хотела поднимать тему. Честность действительно великая сила. Она избавляет от множества проблем.

К своей дикарке из Кольца Константин летел на крыльях. Уже в шесть вечера он хлопнул дверью кабинета и предупредил помощника о важных делах. Прямо с порога, не успев толком снять ботинки, он уже жадно искал глазами девушку.

Однако дом был совершенно пуст.

Тогда Константин проверил спальни, заглянул на кухню и даже в туалет. Никого. При этом буржуйка горячая и посуда на столе мокрая. Словно Саша занималась своими обычными делами, а потом внезапно испарилась.

Прошло уже больше двух часов, а девушка так и не появилась. Буквально через час она должна привычно его встречать с горячим ужином на столе. Вот только ужином даже не пахнет.

Сбежала!

Надо же, как глупо, воспользовалась минутной слабостью мужчины, получила свое и убежала. Обычно бывает наоборот. Вот же негодяйка! Но здравый смысл быстро остудил негодование. Вещи Саши были нетронуты. Куртка висела на своем месте, теплая одежда на полках. Не могла же она сбежать в домашнем костюме?

Вторая мысль — с кем-то крутит на стороне. Уже больше похоже на правду. Сразу вспомнился утренний разговор, что их отношения не более, чем интрижка. Что ж, значит прямо сейчас она в объятиях молодого парня. Ему-то она наверняка об интрижке в уши не льет.

Константин уже рисовал в голове влюбленную парочку, жарко обнимающуюся в вонючем углу какого-нибудь склада. Ох, лучше им не попадаться на глаза в ближайшее время. И это не ревность говорит, а чувство собственного достоинства. Какую же дрянь он приютил в своем доме!

Разъяренный мужчина ходил из угла в угол, пытаясь справиться с нахлынувшими волнами гнева. Сам себя он убеждал, что гнев праведный, однако где-то глубоко в душе никак не мог понять, зачем он вообще так переживает? Не жена ведь и любовницей можно назвать с натяжкой. Но его до глубины души оскорблял тот факт, что девка из кровати значимого, солидного и уважаемого человека тут же побежала в объятия какого-нибудь солдатика-оборванца.

Константин так бы и сгорал от ярости до поздней ночи, но посреди его самых нелицеприятных мыслей о Саше в дверь осторожно постучали. Пришла, зараза. Увидела, что свет горит во всем доме и скребется, как мышка под плинтусом.

Однако на пороге стояла не Саша. Один из приближенных помощников — молодой, тощенький офицер со звучной фамилией Куц, испуганно смотрел на командира.

— Что тебе? — рявкнул хозяин, одарив помощника таким взглядом, что тот был готов провалиться сквозь землю.

— Простите, Константин Михайлович, не хотел беспокоить в столь поздний час.

— Ну! Говори!

— Боюсь у нас небольшие проблемы.

— Проблемы, Куц, когда на тебя летят ракеты, а ПВО обосралось. Какая у нас сложность?

Офицер задумался на несколько секунд, пытаясь правильно перевести проблему в сложность:

— Нашу сложность в виде двух гражданских и девушки, которая у вас работает, только что остановили у пропускного пункта. Машут корочками и требуют выпустить. Я приказал пока задержать, но там очень буйные ребята.

— Что, черт возьми, за гражданские? И как они сюда попали?

— Свидетели говорят, что темно-зеленая машина подъехала прямо к вашему дому, вывели девушку, а потом долго стояли на парковке за крепостью. Сейчас их остановили на выезде, там скандал до небес. Наши их пока заперли в сторожке, но те буйные. Как бы чего не случилось.

— Что за дурдом тут происходит? Совсем, что ли, с ума посходили?

— Что прикажите?

— Подгони машину, будем разбираться.

К пропускному пункту Константин приехал с помощником и еще двумя вооруженными солдатами. Он пока понятия не имел, что за люди забрали Сашу, но хотел как можно скорее выяснить. Понятно, что тут они не просто так. И уж как белый день ясно, что кто-то нашептал, что девчушка из Кольца. Такое сложно скрыть, когда полсотни человек видели, откуда ее привезли. Вопрос лишь в том, кто эта крыса?

У пункта Константина Михайлова уже встречали пятеро ребят с растерянными лицами. Они не могли понять, что надо делать. Вроде инструкции до предела просты — стрелять во все, что не должно попасть на территорию, вот только неизвестные вели себя настолько борзо, прикрываясь каким-то приказом свыше, что ребята стушевались. Не каждый день тебе тычут в лицо какими-то удостоверениями и приказами, ведут себя как хозяева и отдают приказы.

— Приказы здесь могу отдавать только я. — фыркнул Константин Михайлович и направился к сторожке, где сидели задержанные.

И правда, двое гражданских, без каких-либо опознавательных знаков. Сидели за небольшим офисным столом, нервно постукивая костяшками пальцев по поверхности. Физиономии недовольные, взгляд наглый. А в уголке в тонких штанах и короткой футболке стояла перепуганная до смерти Александра, которая вообще не понимала, что происходит.

При виде Константина один из них лениво поднялся с места и невероятно надменно произнес:

— Ну что, Константин Михайлович, нажили вы себе проблем.

От такой наглости, стоявший за спиной Куц чуть не поперхнулся. Сам же Константин даже бровью не повел.

— Вы на моей же, закрытой территории решили мне поугрожать? Смело. Ценю смелых людей. А теперь скажите на милость, что мне помешает вас расстрелять прямо сейчас за незаконное проникновение?

— У нас есть приказ, который мы выполняем. И вы не имеете права нам мешать. Вот она, — он указал на Сашу, которая с мольбой смотрела на Константина. — была найдена на территории Кольца. Чрезвычайно опасный субъект, который подлежит ликвидации. Эта ваша прямая обязанность. Вы ее скрыли, тем самым нарушив приказ.

Константин повернулся к помощнику и наигранно спросил:

— Скажи-ка, Куц, мы находили кого-то живого в Кольце?

— Никак нет, Константин Михайлович. Живых в Кольце не осталось, всех эвакуировали много месяцев назад.

Командир повернулся к наглому мужчине и пожал плечами:

— Живых, кроме нас, в Кольце нет. Всех спасли год назад. Что же касается девчушки, то не скрою, мне нужен личный повар. Желудок, знаете ли, беспокоит в последнее время. Но распределение ресурсов исключительно моя компетенция, к которой ни вы, ни ваши красивые бумажки отношения не имеют.

— Нам достоверно известно, что она была тут до вашего прибытия.

— От кого известно?

— Именно она помогла сбежать за Кольцо нескольким опасным преступникам, которых, между прочим, до сих пор не нашли.

— Ну так и почему их не нашли? Ищите лучше.

Тут в разговор смешался второй товарищ, который до этого молча наблюдал за перепалкой:

— Вы же понимаете, Константин Михайлович, что мы найдем всех причастных? И вы нас не запугаете своим статусом. — он протянул два удостоверения и свернутую бумажку. — Ознакомьтесь.

Константин внимательно изучил предоставленные документы. Серьезные, бесспорно. Вот только о войне между Константином Михайловичем и уважаемым Виталием Семеновичем догадывались на самом верху, но вида не подавали. Пока оба офицера выполняют поставленные задачи, их вражда не вызывала вопросов. Удивляться такой политике не приходится. Оставшись год назад без ключевых фигур во власти, в том числе и военной, прямо сейчас ведутся ожесточенные подковерные бои за власть на всех уровнях. Рано или поздно война закончится, но проигрывать в ней Константин не собирался. Во всяком случае, пока не выполнит все свои обязательства.