Любовь Блонд – В Кольце (страница 28)

— Так и чего сидим? Пойдемте посмотрим? — предложим Максим, подрываясь с места. — Мне тоже на полу не в кайф спать.

— Нежные какие стали. — пробубнил Борисыч, приоткрыв один глаз.

— Тебе, дед, хорошо говорить, ты на диване спал.

— Ночью никто никуда не пойдет. — Сергей встал посреди гостиной, перекрывая Саше путь к двери. — Переездом займемся позже. Что у тебя за привычка делать все и сразу?

— О, извините, Сергей Батькович, может все дело в том, что я привыкла быть одна? — съязвила Саша и демонстративно бросила шарф на диван. — Для одного этого дома достаточно. Для толпы в шесть человек он до смешного мал. А если ты приведешь свою барышню с накрашенными губищами, то нам и повернуться негде будет!

— Барышня — это хорошо. — мечтательно пробормотал Борисыч.

— Да что ты привязалась к накрашенным губам? — взорвался Сергей громогласным голосом. Максим затих, Вадим оторвался от книжки и даже Борисыч открыл глаза. — Не надо все дела смешивать в одну кучу, только хуже делаешь. Дай время со всем разобраться!

Мгновение взгляд Саши источал ужас. В ее же доме, в ее маленьком мире, в котором все более менее работало как надо, какой — то мужик посмел на нее наорать. По какому праву? Сделав глубокий вдох, девушка ястребиный взглядом посмотрела на разъяренного мужчину и тихо, но четко произнесла:

— Никогда не смей поднимать на меня голос. Ни — ког — да.

Саша с трудом добралась до своего дома, хоть идти было пятьсот метров. Кромешная тьма на улице, ни света луны, ни фонаря. Только белый снег позволял видеть едва различимые очертания дороги и заборов.

Родной дом все еще хранил тепло камина. Саша на ощупь достала пару огарков свечей со спичками на кухне и поднялась в спальную на втором этаже. Здесь все было родное, каждый прибитый гвоздь, каждая деталь, вплоть до декоративных реек, которые она сама выкрашивала в цвет ореха. Только ворох одеял чужой и завешанные окна выглядят непривычно.

Зря она ждала Сергея. Давно бы переехала в этот большой, теплый дом. Сидела бы у камина в шикарном кресле. Пусть он и попахивает гарью. Мылась бы в горячей ванне, стирала бы белье в машинке в любое время. Если бы не те головорезы, все могло быть иначе.

Она бы вообще не встретила Сергея на лесной дороге. Запасов было много, не пришлось бы в лес каждый день ходить. А теперь гора еды осталась в том доме и надо придумать, как перенести ее сюда. Пусть этот напыщенный осел сам ищет пропитание себе и своей шалаве. И на солдат плевать. Где они были все полгода? Пряталась в части, пока Сашу чуть не убили в своем же доме? Тоже, блин, защитники.

Саша и не заметила, как заснула под ворохом одеял, в мыслях о проклятом Сергее.

Что сейчас утро или все еще ночь? В комнате тьма непроглядная. В том домике Саша спала на диване напротив которого висели часы и она хоть примерно знала, сколько времени. Здесь же часы только в гостиной. Но так лень выползать из — под теплых одеял.

За плотно завешанными окнами послышались голоса. Значит не просто так Саша проснулась. Вот что ее разбудило. Делегация пришла. Девушка различала густой бас Борисыча и восторженный голос Максима. Вроде голос Вадима тоже слышен. Обойдя дом по кругу, гости поднялись на большую веранду и без стука открыли дверь.

— Хозяюшка, доброе утро! — голос Борисыча эхом прокатился по первому этажу.

Борисыч снял одеяла с нескольких окон и с гордостью осмотрел гостиную. «Вот это неплохо», «велосипедные гонки можно устраивать» — тихо переговаривались солдаты.

Саша с заспанным лицом спустилась на первый этаж, сухо поздоровалась и направилась к камину. В доме за ночь заметно похолодало. Пока она возилась с дровами, сзади незаметно подошел Сергей и сел на корточки рядом с ней:

— Помощь нужна?

— Нет.

Сергей оглядел камин, посмотрел на разводку над потолком и, как ни в чем не бывало, произнес:

— Весь дом топит? Хорошая штука.

— Знаю.

— Прости меня за вчерашнее. — чуть тише произнес он, хотя его уже никто не слышал, все поднялись разглядывать спальни на втором этаже. Саша в ответ молчала. — Ты права, я нет. Если мы можем делать несколько дел одновременно, значит так и надо поступать. Мы закончим с завалами, а ты готовь дом. Сегодня будем здесь ночевать. Если ты не против.

Саша с укором посмотрела на мужчину:

— Вчера спокойно нельзя было обсудить? Или коньяк в дурную голову ударил?

— И коньяк, и все на свете разом. Меня приучили строго следовать приказу, не распыляясь на мелочи. Делать что — то одно. А ты полная противоположность, можешь хвататься за все сразу. Может поэтому и выжила. А остальные нет. И давай не будем ругаться из — за той женщины. Она того не стоит.

— Мне на нее плевать. И на тебя тоже. — безразлично ответила Саша, хотя в груди бушевал огонь.

— Ну мне — то не ври.

Сергей растянул на лице хищную улыбку и достал из — за пазухи блокнот в яркой обложке. На мгновение сердце Саши остановилось. Мужчина положил дневник на пол рядом с камином и обнял Сашу так крепко, что она забыла, что хотела покраснеть.

— Спасибо, что ждала. — прошептал он. — И спасибо, что благодаря тебе живы все мы.

Он не юлил. Вся история Саши в Кольце была на страницах яркого блокнотика. Читая строчку за строчкой к нему пришло осознание, что эта девушка боролась каждый день. Вопреки всему и всем, городская девчонка взяла себя в руки и методично следовала цели. Цели выжить. Не каждому здоровому и подготовленному мужику такое под силу. Тем более в одиночку. Ее не сломили ни смерть единственного человека рядом, ни попытка убийства, ни воровство еды, ни голод, ни выпадающие волосы. Каждый раз она находила силы встать и начать с нуля.

И как полная противоположность Саше, перед глазами стояла Лена. Шикарная, но совершенно бесполезная в новых условиях. Сергей не хотел замечать, но то ли от коньяка, то ли от хорошей компании, он отчетливо понял, что Лена ловко использовала его. Не в плохом смысле. Просто она не умела и не хотела ничего делать. Сначала сидела на шее Петра и бабы Ани, а встретив Сергея, ловко сделала его своим личным слугой. Она могла целыми днями сидеть в кресле и красить ногти. Максимум пользы — подбросить дров в печку. И даже такую простую задачу иногда могла забыть. Сын постоянно находился со старушкой или гулял сам по себе. Да даже поесть она готовила нехотя и через раз, предпочитая зайти в гости к кому — то из оставшихся соседей. Поэтому и шаталась по брошенным домам в поисках еды. Принесет пачку гречки и вроде как ее работа на этом выполнена.

Природное очарование давало ей право на многое. Одна улыбка, одно ласковое слово и даже старичок Петр не мог на нее злиться, хоть и называл Стрекозой. Чего уж говорить о Сергее, который потерял голову от одного прикосновения. Облачко белых волос, упругая грудь и горячая кожа Лены стояла перед глазами. Но за всей этой шикарной завесой непроглядная, пугающая пустота.

12

Жизнь налаживалась семимильными шагами, благодаря сплоченной работе. Саша не успевала замечать изменения, так быстро они происходили. Вроде еще вчера переезжали в новый дом, а уже сегодня соседи собираются по утрам на большой кухне, вместе завтракают и строят планы на текущий день. Никто никому не мешает в большом доме, у всех есть личный уголок.

Хозяйскую спальню отдали солдатам. Саша сначала долго сопротивлялась, но под натиском логики сдалась. Их трое в одной спальне, так что она должна быть самая большая. Борисыч где — то раздобыл раскладушку и занял кабинет на первом этаже. Мол, нога у него больная, да и ночные позывы частые — по лестнице не набегаешься. Саша и Сергей заняли свободные гостевые спальни, чем немного удивили остальных. При распределении мест все были уверены, что одна спальня останется, но что — то молодые, хоть и помирились, сближаться не спешили. Поглядывали друг на друга, шутили, но не более того.

Гору продуктов перенесли в новый дом. Пришлось раскрыть секрет, ибо когда живешь под одной крышей гору припасов скрыть невозможно. В итоге коробки перенесли в подвал побольше и разложили по наспех сколоченным стеллажам. Количество коробок поражало, но Саша сразу предупредила, что на всех не хватит. Как только появится свободное время, все вместе наведаются в магазины, там еще осталось что взять. Тем более она так и не смогла открыть дверь склада. Там наверняка тоже что — то припрятано.

Дрова три дня таскали Саша и Борисыч, в то время как остальные разбирали завалы и хоронили погибших. Саша порывалась помочь, но Сергей на корню обрубил предложение — не надо молодой женщине на это смотреть. И без нее пока справляются.

На шестой день в часть отправились уже все вместе. Во время разбора ребята наткнулись на кое — какие продукты на складе, пару уцелевших автоматов и коробки с патронами. Удивительно, как в этом аду они не детонировали. Словно ждали новых хозяев.

Погибших мужчины похоронили в братской могиле. Нашли всех. В память о них посреди плаца возвышалась земляная куча в перемешку со снегом и небольшая табличка. Вот и все, что осталось от почти семидесяти человек.

Борисыч долго плакал у этой кучи. Солдаты тоже ходили поникшие. Впервые с той самой ночи они позволили себе эмоции. Только Саша стояла в стороне и с грустью наблюдала за плачущими мужиками. Жалко ли погибших людей? Конечно. Но не до слез. Словно внутри что — то оборвалось и больше не вызывало печаль и грусть в таком количестве, чтобы заплакать.