Любовь Блонд – По следам Эни. Страсть, любовь и зомби (страница 5)
Вода! Я бы убила за глоток. О еде пока не думала, не до неё, хотя негодяи демонстративно чавкали протеиновыми батончиками.
Блондинчик Дэн и вечно хмурый брюнет Макс. Теперь я хотя бы знала, как их зовут. Они вслух обсуждали те же мысли, что роились в моей голове: как отвлечь мертвяков, спуститься и добраться до тачки. Их пикап стоял в ста метрах от моей машины, и ключи они оставили в зажигании. Вот и дураки, а я додумалась их забрать.
А ещё дураки, что спустили последний патрон на меня. Перед глазами снова встал образ яростного Макса и наведённого на меня дула. Гнев новой волной заволок сознание. Нет, ну вы только подумайте! Как можно стрелять в выживших? Я же не мертвяк! Хотя чего ещё ждать от головорезов? Надо им как-нибудь отомстить. Всё равно они ничем не смогут ответить: оружия больше нет, а до моей крыши не допрыгнут.
Не знаю, что двигало мной сильнее: жуткая жажда под палящим солнцем или желание насолить головорезам. Пока солнце не спряталось за горизонтом, я спустилась по лестнице внутрь здания, стараясь издавать минимум шума. Разбитое окно не сильно интересовало мертвяков на улице, но любой громкий шум мог изменить ситуацию.
Я осмотрела всё помещение в поисках хоть чего-нибудь полезного. Но что можно найти на пустом складе? Чуть больше повезло со шкафчиками у дальней стены. Похоже, работавшие здесь строители бежали быстро, позабыв о личных вещах. Две мужские рубашки, почти новые кеды и рюкзак были брошены здесь три года назад.
Неизвестный работяга оставил в рюкзаке большую бутылку минералки (за что ему огромное спасибо!), пару чистых носков и старый будильник. Тот самый, механический раритет со звоночком и кнопкой на корпусе. Как он оказался в рюкзаке сложно представить, но в голове родилась поистине дьявольская затея.
Когда над мёртвым городом зашло солнце, головорезы включили расставленные по крыше фонари на солнечных батареях, уселись в кресла и долго о чём-то болтали. Я в это время пряталась за трубой, хихикала под нос и выжидала момента, когда они пойдут спать.
Ждать пришлось долго. Болтливые амбалы никак не хотели расходиться. Но стоило им уползти в тёплую палатку, как я приступила к реализации зловещего плана: завела будильник на скорое срабатывание (благо он механический и батарейки не требовались) и чётким броском закинула на соседнюю крышу.
Примерно через пять минут ночную тишину пронзили знакомые звонкие звуки. Головорезы вмиг повыскакивали из палатки с ошалевшими глазами. Они метались по крыше, пытаясь найти источник, и так громко чертыхались, что я не выдержала и в голос рассмеялась.
Кто-то из них нашёл будильник и шандарахнул по нему ногой. Раритетная вещица в последний раз звякнула и замолчала навсегда. Я же никак не могла успокоиться, хохотала до коликов в животе.
– С добрым утром, придурки! – крикнула перепуганным соседям.
– Дура ты безмозглая, не зря блондинка! Посмотри, что натворила! – рычал Макс и тыкал пальцем вниз.
Полная луна пробивалась сквозь тучи и освещала толпу суетливых мертвецов внизу. Звон будильника привлёк слишком много внимания. Если раньше они медленно ползали из стороны в сторону, то теперь заметно приободрились. А ещё, кажется, их становилось больше. Я видела, как трясётся под их натиском приколоченная к магазину фанера. Но пока всё хорошо, всё под контролем.
– Сам дурак! – фыркнула в ответ. – Не фига было за мной гнаться, сейчас бы мы здесь не торчали.
– Нефиг было за нами шпионить! – выпалил Дэн, направляя фонарик то на меня, то на стеклянные фасады склада. – Думаешь, мы бы не заметили разведчика?
– Кого? Это кто такие?
О разведчиках я никогда раньше не слышала. Элита, Вольные и Одиночки – вроде так мы друг друга зовём.
Дэн посветил на меня фонариком и с сомнением в голосе спросил:
– Ты никогда не… А ты вообще откуда, красавица?
– Да прям так и сказала, ага! А потом толпа головорезов спалит мой дом вместе со мной. Фигушки!
– Головорезы? С чего ты взяла? – Я почти не видела лица Дэна, но слышала нарастающее подозрение в его голосе. – Мы совершенно точно не отморозки. Остановились в кемпинге посреди леса, неподалёку от места, где тебя встретили.
– «Сосновый бор»? Там ещё розовые домики с верандами?
Дэн и Макс одновременно кивнули.
– Это совсем недалеко от меня. Я Одиночка, придурки, и никакого отношения к этим вашим разведчикам не имею!
– Твою же мать… – Макс глубоко вздохнул и сел на корточки, словно был готов упасть в обморок. – Мы кучу людей потеряли из-за чёртовой Одиночки!
Едва он закончил говорить, как стёкла склада затрещали под натиском гниляков. Фасады звонко бились один за другим, привлекая ещё больше внимания.
Вот теперь дела были совсем плохи.
Макс вскочил на ноги, выхватил фонарик из рук Дэна и светил на моё здание. Мужчины долго молчали, наблюдая за движением толпы.
– Слушай, красавица, у тебя имя есть? – неожиданно спросил Дэн мертвецки спокойным голосом.
Ох, когда мужчины говорят таким тоном – это плохой знак. Я подбежала к краю крыши, встала на колени и осторожно перегнулась. Фонарик выдёргивал из темноты бесконечные тела. Привлекаемые шумом, возбуждённые мертвяки падали друг на друга прямо у фасада здания, создавая удобный подъём для других. Десятки тел медленно проползали на склад, разнося по округе хруст разбитого стекла.
Я в ловушке. Я никогда не выберусь с проклятой крыши.
– Эй, эй, красавица, смотри на меня, – Дэн перешёл почти на шёпот, чтобы не шуметь ещё больше. – Всё хорошо, всё под контролем.
– Отсюда больше никак не выйти, – бормотала я, не скрывая ужаса. – Я смотрела, клянусь. Других выходов нет.
– Да, хреновы твои дела, – довольно произнёс Макс, словно его радовало моё положение.
– Всё хорошо, не переживай, они до крыши не доберутся, – улыбался Дэн.
Надо же, два совершенно разных мужика и разных подхода к проблеме. Один ехидно улыбался, второй пытался успокоить. Вот только ни один из них ничем не мог помочь. Но Дэн не отступал и продолжал с улыбкой говорить:
– Слушай, незнакомка, сейчас уже темно и нет смысла суетиться. Попробуй отдохнуть, а утром придумаем, что делать. Ты имя-то своё скажешь?
– Эни, – прошептала я, словно от того, что они знают моё имя, что-то изменится. – С одной «н».
– Красивое имя, Эни, мне нравится, – голос Дэна стал слишком мягким, как у доктора, который сейчас сообщит, что отрезал не ту ногу во время операции. – Эни, сейчас голову ерундой не забивай, отдохни немного, хорошо? Утром вместе придумаем план, договорились?
Я неуверенно кивнула, отползла от края крыши и спряталась за трубой. Не знаю, что они там собрались придумывать, по-моему, и так всё очевидно: я в полной заднице! Но стоит признать, что голос у блондинчика приятный, когда не угрожает убить.
Голоса на соседней крыше медленно отдалялись. Должно быть, решили пересесть на другой край, чтобы наблюдать на мертвяками оттуда. Ну и пускай. Плевать на них. Завтра я найду способ спуститься, добраться до машины и вернуться домой, а они пусть вечно торчат на крыше и сдохнут на ней.
Шаги совсем близко заставили резко открыть глаза. Была глубокая ночь, тяжёлые тучи висели прямо надо мной, но я всё видела. Может дело в фонариках или в луне, что пыталась пробиться сквозь грозовые облака?
Две высокие фигуры медленно приближались ко мне.
Сердце замерло и не решалось запускаться целую вечность. Как они смогли перебраться на мою крышу? Что они задумали?
Я попыталась встать на ноги и отбежать, но мужчины мгновенно оказались рядом. Я так и осталась сидеть возле трубы, с ужасом разглядывая очертания исполинских фигур.
– Что ты там про член с мизинчик говорила? – спросила фигура, что стояла совсем близко ко мне. Я не видела лица, но почему-то знала, что это Макс.
– Да уж, девочка много чего наговорила, – усмехнулась фигура Дэна.
Я, должно быть, сплю. Как ещё объяснить резкую смену эмоций? Неожиданно ужас, натянувший до предела каждый нерв в теле, сменился расслабленной истомой. Головой понимала, что должно быть страшно до одури, но вместо этого похотливо улыбнулась и обратилась сразу в обоим:
– А вы, смотрю, мастера поболтать. Только это и умеете?
Макс громко усмехнулся, расстегнул ремень на штанах и медленно, словно издевался, вытаскивал его из петель. Я даже не могла предположить, что такое привычное действие, как ремень в руках, может завести до головокружения. Тело забыло как дышать, взгляд пожирал фигуры, любуясь то на Макса, то на Дэна.
Но всё хорошо, я же сплю, а во сне никто не запретит разглядывать очертания накаченных бицепсов в свете луны и сжимать ноги покрепче от нахлынувшего возбуждения.
Здесь не надо быть сильной и думать о завтрашнем дне. Ведь рядом со мной крепкие и смелые ребята, они не дадут в обиду. Не знаю, почему я так решила, но была уверена в них больше, чем в себе.
Макс опустился на корточки совсем близко со мной. Я чувствовала его запах, хоть и не понимала, чем именно он пахнет. Чем-то сильным, мужественным и не терпящим отказа.
– Пора научить тебя хорошим манерам, – произнёс он бархатным голосом, в котором больше не было гнева, только тягучая похоть, сочащаяся из каждой буквы.
8 глава
Шероховатые пальцы коснулись моего плеча и неторопливо поползли вниз, повторяя изгибы руки. Добравшись до ладони, Макс медленно поднял её над головой и привязал ремнём к какому-то выступу на трубе.