Любовь Белых – Попаданка (не) по правилам (страница 3)
Спустя несколько минут, меня начало откровенно потряхивать. Я то и дело отвлекалась от поисков вступительной работы погибшей девушки, чью личность собиралась украсть, следуя по пятам Алисы Вересовой, опасливо поглядывая на неподвижного Макконахэлла. Стоило поторопиться, но треклятый листок, так нужный мне, никак не находился.
– И нужно было в академию столько народа засовывать, а?! – рвано выдохнула я, не прекращая поисков. – Ограничилась бы какими-нибудь драконами или только эльфами. Нет же, размах взяла… Маленькая дурочка…
Нашла!
Не веря своим глазам, я поднесла ближе к лицу работу, на которой находилось всё необходимое – данные Лейлы и печать с радующей глаз надписью «Допуск».
– Оно… – восхищённо выдохнула я.
Раскрыла книгу, положила поверх первой страницы все честно стыренные документы и захлопнула книгу, внутренне ликуя. Книженция у меня, знаете ли, как выяснилось, покруче всякого сейфа будет. Вон как любопытных ректоров вырубает.
Обведя кабинет Ксандера лихорадочным взглядом, я отыскала дверь и тут же бросилась к ней, вцепившись подрагивающими пальцами в позолоченную ручку.
Было страшно до одури. Я будто в каком-то припадке это всё проворачивала. Мне хотелось и плакать, и смеяться, и бежать из этого места без оглядки, и поскорее заселиться в общежитие. Одно безуиме. В чистом виде.
Набравшись храбрости, я оттолкнула от себя дверь и против воли вздрогнула. Длинный коридор, подсвеченный настенными светильниками, был сплошь утыкан дверями. Светлое дерево удачно контрастировало с тёмным, создавая до жути сдержанный и однообразный стиль.
– Где-то должна быть лестница… – буркнув себе под нос, я сделала осторожный шаг вперёд.
Мне показалось, что меня вот-вот поразит молния или какая-то божественная сила.
Чувство тревоги усилилось, когда дверь неподалёку распахнулась, и низкорослая, коренастая женщина выплыла в коридор, устремив на меня взгляд раскосых, фиолетовых глаз.
– Тоже на заселение? – довольно властным голосом поинтересовалась она. Судя по направленному на меня взгляду, вопрос адресовался мне.
Неуверенно кивнула, прижав к груди книгу со всеми документами Лейлы.
– Ещё одна перепуганная. – пробубнила женщина. – Тоже второсортная, что ли?
Меня передёрнуло. Ладно ещё студенты из моего романа делят магию на сорта, откровенно принижая тех, кто не владеет одной из пяти стихий – огнём, водой, землёй, воздухом и металлом, но чтоб работница АПСа так откровенно об этом говорила, для меня было той ещё новостью.
– Прорицательница. – сквозь зубы процедила я, жалея, что я не прописала мерзкую комендантшу с огромными бородавками или немой.
Женщина фыркнула и махнула рукой в конец коридора:
– Идём. Заселю тебя. Я Марика Бауман. Завтра, чтоб устав общежития от зубов отскакивал. Лично проверю! Не выучишь, мигом вылетишь. Ректор любит порядок в академии.
При чём здесь порядок в академии и устав общежития, я не очень поняла. Для меня это были разные структуры. Собственно, я не поняла и то, чего это женщина так раскомандовалась, будто она правая рука Ксандера.
– Работа с печатью ректора, личная карта и заявление на заселение с собой?
Я в панике кивнула, не будучи особенно уверенной в том, что всё имеющееся в моей книге удовлетворит потребности строгого коменданта. Главное, ей заключение о якобы своей смерти не показывать. И вообще, сжечь бы его где-то поскорее!
Глава 3
Очень странное состояние. Мне бы радоваться, ведь нужные коменданту документы всё-таки отыскались и, написав короткое заявление, я получила ключ от своей комнаты, тонкий устав общежития – десятистраничную книжку в кричаще-красной обложке, и, наконец-то, была заселена. Омрачало успех завершённой миссии то, куда я была заселена.
Крошечный склеп с голыми стенами, выкрашенными тёмно-синей краской, нисколечко меня не вдохновлял на дальнейшие подвиги. Односпальная кровать навевала уныние прогнувшейся металлической сеткой и свёрнутым в рулон матрасом. Крошечный стол, – примерно, метр на метр, – придвинутый вплотную к грязному, крошечному окну, был из необработанного дерева. Собственно, как и стоящий под ним табурет. Я не со звездой во лбу, конечно, но могли бы лаком вскрыть или краской, зашкурив дерево. За таким рабочим местом не учиться, а занозы собирать попой и руками.
– Что-то нифигаськи мне не радостно. – вздохнув, я медленно приблизилась к столу, осторожно разложив на нём все свои вещи.
О! Повернувшись, я отыскала двустворчатый шкаф и двухъярусную книжную полку рядом с ним. На стене она бы, конечно, смотрелась уютнее, чем на полу, но не прибивать же мне её самой? Да и мне туда даже поставить нечего.
Рвано выдохнув, приблизилась к шкафу и распахнула его. На меня смотрели два пустых отделения. Первое – для вешалок и верхней одежды. Второе – три небольших полки для других вещей. А вот на правой дверце отыскалось зеркало, которое и заинтересовало меня больше всего остального.
Может, я не только в роли Алисы Вересовой здесь, но и с её внешностью?
Струсила я знатно. Даже шкаф закрыла, не имея смелости проверить своё предположение сразу же.
Для начала потрогала взлохмаченные и не до конца высохшие, после заботливого умывания ректора, лохмы, оттянув жёсткую прядь.
Кажется, волосы всё-таки светлые. Мои. Так уж вышло, что я одна из многочисленных героинь анекдотов – блондинок. К тому же натуральная. Порой сдаётся, что натуральный некуда.
– Да и что я теряю? – собравшись с духом, я опять распахнула шкаф, прильнув к зеркалу на его дверце. – Видок ещё тот. – присвистнула, глядя на гнездо на своей голове. – Расчёску бы…
В целом, я осталась довольна. Хотя бы внешность осталась моя. Голубые глаза – мои. Аккуратный нос – мой. Губы, чуть-чуть припухлые и бледные, тоже мои. Лоб… Лоб, кажется, тоже мой. Всё моё. Я это я.
Вроде и ещё одна причина для радости, а меня совсем накрыло.
Как я здесь оказалась? Это же чистейший бред, вот так взять и угодить в свою же книгу. Ещё и давно забытую книгу. Я героиня своего же романа, которая откровенно до заявленной не дотягивает. Ректора разжалобить не смогла. Заручиться его поддержкой тоже не удалось. Не получилось с ним даже расстаться на дружеской или хотя бы нейтральной ноте.
Даже не представляю, что будет с Ксандером, когда он обнаружит пропажу документов или столкнётся со мной в коридоре АПСа. Тяжело здесь не столкнуться – коридор-то один! Это общежитие на втором этаже, подальше от кабинета ректора, а вот все аудитории и столовая – на первом. Помнится, ещё должны быть лаборатории. На нулевом этаже. В подвале.
Не прихлопнул бы меня ректор раньше времени.
– Что за отвратительное платье? – сделав несколько шагов назад, я осмотрела большую часть себя в зеркальном отражении.
Чёрное платье средней длины, определённо, было не моим. Накрахмаленный белоснежный воротник, так и вешал ярлык «служанка». Даже кружевные белые манжеты не смогли изменить моего впечатления о своём наряде.
Не знаю, к строгим платьям делового стиля я всегда так относилась. Те, что я стала бы носить, мне было попросту некуда надеть, а подобие того, что на мне было надето, вообще бы ни за что не надела.
Хотя, стоит признать, это вполне может быть и какой-то униформой.
Только откуда у меня униформа? Я ни дня в жизни не работала, а об ученической и говорить нечего.
В довершение к образу, я рассмотрела и балетки, в которые бы тоже ни в жизнь свои ноги не сунула. Обычные, классические чёрные балетки, из мягкой и матовой кожи… Были бы, если б не огромный бант спереди.
– И как такой распрекрасной и нищей выгребать-то?
Гардероб мне Ксандер не предоставит. Золотишко не выдаст. Предметы гигиены мне тоже взять негде…
Я не Алиса Вересова… Совсем не она.
Ладно. Отставить истерику!
Стоит освежить в памяти все плоды своей фантазии. Из полученных знаний и развития сюжета вполне себе можно извлечь пользу. Где нужно будет смолчать – смолчу. Где высказаться – выскажусь. Где отхватить люлей – от… отхватит кто-то за меня. Вон как меня водой ледяной окатило, мне ещё не хватает для полного “счастья” помереть в этом книжном мирке. Я не Вересова – могу и не выдержать всех нападок и проблем, запланированных коварным автором. Мной, то есть.
Стоило только собраться с мыслями и раскрыть книгу, как из коридора раздался до жути неприятный голос комендантши.
«Гадюшник, не посмотрю, чей ты сын, к отбою» – всё, что мне удалось разобрать из её криков.
Захлопнув книгу, я приблизилась к двери, прислушиваясь к доносящимся из-за неё звукам. Даже ухо приложила, а так ничего и не услышала.
Но мне же любопытно!
Показав из-за двери свой любопытный нос, я приметила кочующего от двери к двери парня, что всем своим видом выражал крайнюю степень растерянности.
Против воли, начала рассматривать незнакомца. Да и к тому же, судя по всему, ещё и студента.
Высокий, очень симпатичный, гладковыбритый, темноволосый – он мог оказаться кем угодно из моего романа. Абсолютно, кем угодно. Ну вот не писала я ни о ком таком, особо приметном. К примеру, с большим носярой, косыми глазами или хромым, немым и далее.
Я и Ксандера не сразу-то признала в… Ксандере.
– О! – замерев перед дверью в нескольких десятках метров от моей, парень повернул в мою сторону голову. Убрал руки в карманы идеально выглаженных брюк и вызывающе улыбнулся. – Подзаработать не хочешь?