Любовь Белякова – Василёк (страница 8)

– Я стану твоим надежным проводником в новом мире! У тебя есть шанс справиться! Я дам тебе несколько уроков! – шептал голос в темноте.

Василиса яростно замотала головой. Не нужны ей были никакие проводники. Сейчас она хотела лишь одного – чтобы ее, наконец, оставили в покое. Она не видела этого человека, однако тепло исходящее от его тела проходило через футболку.

– Первый урок! Всегда будь на стороже, будь готова отразить нападение! – нагнетал обстановку Феликс, он прижал девушку к себе еще сильнее.

Дрожащие пальчики были у его скул, но не прикасались к коже. Голова Василисы замоталась так, словно ее сознание начинало давать слабину.

Феликс наблюдал за своей «добычей», видел, что ей плохо. В этом маленьком человеке уживались две противоположных тенденции. С одной стороны Василиса была очень доброжелательной и заботливой. Она любила яркие цвета, а значит, следовало согласиться с Зинаидой Андреевной в том, что когда-то девушка видела, слепота не была с ней с рождения. С другой стороны Василиса боялась людей. Она чувствовала себя комфортно в обществе одного или двух собеседников. Стоило появиться в их разговоре Зинаиде Андреевне, и вот девушка уже спряталась, она стала молчаливой, начала искать более комфортную зону для общения и ушла с ним в комнату. Боязнь прикосновений была однозначно. Да, вполне вероятно, что она подвергалась насилию как психологическому, так и физическому. Это было ее слабое звено в крепости самообороны.

– У тебя мизофобия?

Василиса понятия не имела, что такое мизофобия. Единственное, что ей сейчас хотелось сделать, так это уползти, например, под кровать и побороть приступ паники, от которого ей было просто ужасно дурно. Сил не было совсем, она безвольно висела на руках Феликса, ее ладошки ослабли, опустившись на его широкую грудь. Он не дал ей места для маневра, второй рукой полностью прижал хрупкое тельце к себе. Голова девушки упала ему на плечо, она глубоко несчастно вздохнула, а потом задержала дыхание.

– Отпусти. Мне плохо! – тихо произнесла она.

– Если ты подпишешь контракт, я больше не буду до тебя дотрагиваться. В моем офисе ты будешь в полной безопасности, там тебя никто не обидит! – шептал он ей на ушко.

Чтобы окончательно добить ее, Феликс осторожно провел ладонью вдоль узкой спины, дважды мягко погладил маленький, но вполне приятный на ощупь задок. «Дите малое!» – вынес он вердикт щуплой фигуре девушки, вернув руку на талию.

– Подпиши договор, и я отпущу тебя!

Глаза Василисы закрылись, дыхание стало поверхностным, девушка не пыталась отбиться от его посягательств, скорее она была близка к обмороку.

Феликс понял, что с уговорами надо заканчивать быстрее. Втянув сладкий ягодный запах, идущий от волос, он осторожно прикоснулся губами к ее щеке.

Он хотел еще что-нибудь сказать, но тут девушка резко отклонилась и сделала резкий выпад рукой, хорошо заехав ему в челюсть. Этого он не ожидал! Его голова ушла назад, зубы щёлкнули, прикусили губу до крови. Обычно девушки в его руках были более сговорчивы, эта же уже второй раз за вечер умудрялась ему влепить.

– Я, я согласна! На год только, не больше! – выпалила жертва произвола.

Феликс разжал руки. Договор формально был заключен, он мог спокойно спать, все прошло по плану. Василиса, шатаясь, дала деру на кухню. Стоило ей скрыться, ее мучитель лег на спину и быстро заснул, довольствуясь легкой победой.

Тишина, лунный свет бежит по бескрайнему белому полю, серебрит его. Он заходит в окна дома и падает на белые волнистые волосы девушки, даря свое безмолвие. Буря ушла, однако покоя не было, все замерло, тревожно поблёскивая серебром. Рядом с хозяйкой на коврике примостился верный друг. Что он мог ей сказать? Ничего! Однако Елка чувствовала тяжесть атмосферы, старалась развеять черноту так, как умела. Девушка, сжавшись, сидела на полу за кухонным столом, ее колени намокли от слез. Василиса поняла, что Феликс очень расчетливый и крайне неприятный человек. За один вечер он смог распознать ее чувства, проникнуть в ее мир, рассмотреть детали. Он воспользовался ее слабостью, точнее она позволила ему это сделать. Но больше всего девушку расстроило то, что несколько минут назад она предала себя. Она позволила постороннему человеку дотрагиваться до себя, делать со своим телом то, что ей совсем не нравилось. Она могла закричать, разбудить Виталия, но почему-то этого не сделала. Именно из-за этого она попала в эту неприятную ситуацию. Теперь ей придется ехать в Москву, ибо Феликс, зная ее слабые места, опять может приняться за нее. Конечно, Василиса понимала, что таким способом мужчина лишь добивался желаемого: он хотел, чтобы она работала на него. Однако ее бесили способы, которые он использовал. Проплакав полночи, она взяла себя в руки и попыталась разобраться в себе.

Утро было туманным, на улице минус сорок. Василиса поставила чайник. Ей надо было начинать собирать вещи, а она все никак не могла придумать, что ей с собой взять, а что оставить. «Если мне придется работать в офисе, нужна соответствующая одежда. Из того что имеется в моем гардеробе подойдет разве что коричневый прямой сарафан и бежевая водолазка. С уличной одеждой сложнее, в наличие только комбинезон. Хорошая вещь на минус пятьдесят, но в городе она будет смотреться странновато», – размышляла девушка.

Выпустив Елку на короткую утреннюю прогулку, она нашла в кладовке пуховик для собаки. Все, что было нажито за три года, останется здесь, но Елку оставлять нельзя, потому что без нее ей в принципе не справиться. Веселая озорная собака была отличным поводырём, точно выполняющим ее команды. Обычно они ходили до бани Зинаиды Андреевны или к реке, куда по выходным приезжал на снегоходе торговец продуктами. И стоило Елке услышать команду «домой», она поворачивала к дому. Василиса собаку никогда не одевала, но тут был другой случай, в санях им придется преодолеть большое расстояние. Ветер в студеную погоду будет неприятен даже Елке с ее густой шерстью.

В кухню зашел один из мужчин. Василиса прислушалась. Поступь тяжелая, Феликс.

– Доброе утро!

– Доброе! – ответил отрешенно приятный голос.

– Завтрак сейчас будет! Я делаю яичницу и гренки, – сказала Василиса. Феликс оценивающе посмотрел на своего нового работника. Под глазами девушки залегли темные круги, веки покраснели. Она стояла к нему лицом и подсознательно готовилась к нападению, сжимая руки в кулачки.

Феликс вернулся в комнату, достал ноутбук, подключился к сети, проверил почту, ответил на самые важные сообщения. Ребята из компании ждали новостей о Васильке. «Девушка», – сухо ответил он. Тут же пришло новое сообщение: «Симпатичная?» Его он проигнорировал.

Мужчина зашел на сайт по поиску недвижимости, снял квартиру в центре Якутска по своему вкусу и внес за нее предоплату на месяц вперед. Покончив с самыми необходимыми делами, он закрыл ноутбук, бросил его на кровать.

Нужно было собираться. Феликс пересел к компьютеру, начал отсоединять от системного блока монитор, клавиатуру Брайля, принтер. Эта аппаратура стоила хорошие деньги, а главное быстро ее не достать. Стоило взять оборудование с собой, чтобы Василиса могла этот месяц работать в Якутске.

– Виталий, просыпайся! Нам надо успеть вернуться к полуночи в город! – сказал он, отсоединяя кабели.

Виталий почесал макушку, сощурил глаза, смотря на ослепляющий белый свет, идущий из окна.

– Ты разбираешь комп? Что-то изменилось?

– Ничего, все идет по плану, ключи от съемной квартиры вы должны забрать сегодня в шесть.

Виталий достал из-под подушки очки, надел их.

– Она передумала?

– Да, мы поговорили, и она передумала. Между прочим, это твоя работа делать так, чтобы интересующие меня профи работали на меня.

Виталий повел шеей, кажется, ему только что сделали выговор. Надо было исправляться, и он пошел на кухню. Там гость сухо поздоровался с хозяйкой и, не дожидаясь приглашения, сел за стол. Завтрак опять был приготовлен на двоих.

Девушка стала молчаливой, пока они ели, она убирала постели и собирала сумку. Потом пришло время заняться Елкой. Собака не очень хотела лезть в пуховик. Однако хозяйке она все же уступила и, поскуливая, дала себя одеть. Теперь белая псина выглядела более чем странно. Из толстого розового пуховика торчали белый пушистый хвост, лапы и розовый нос. «Свинособака!» – подумал Виталий, с пренебрежением смотря на дворнягу. Он довел бегунок на молнии куртки до верха и вспомнил ряд зубов, которые чуть не вцепились в его ногу вчера.

– Эй! Хозяева! – послышался снаружи окающий говор, принадлежащий отцу Зинаиды.

Виталий открыл дверь. На крыльце стоял сухощавый дед в валенках, фуфайке и заячьей шапке ушанке.

– Я вот пришел вам дорогу показать! Снегоходы сюда можно привести, не надо тогда будет вещи тащить к пристани!

Виталий вышел из дома, последовав за стариком. Снаружи слышался скрипучий говор деда. Он любил поговорить, его настоящее всегда переплеталось с воспоминаниями о прошлом. Этот человек был уютным, словно растопленная русская печка в холодную зимнюю пору. Он грел человека своим теплым говором. Жалко было с ним расставаться.

Сев на табурет, Василиса достала из коробки зимние ботинки и, надев один из них, начала нащупывать отверстия для шнуровки. Шнуровка ботинок была достаточно простой задачей даже для нее, всего лишь надо попасть в дырочки. Она не спеша занималась этим делом, слыша, как шуршит зимняя одежда Феликса. Он последний раз проверял упаковку оборудования.