Любовь Белякова – Сокровищница (страница 6)

– Мне надо книги в школе забрать. Это в соседней деревне. Можешь подвезти?

– Почему бы и нет! – задумчиво произнес Павел, смотря на сокровища. – Думаю, мы все успеем.

Павел заметил, как глаза собеседницы просто светятся от интереса, и от этого ее натура, преисполненная высокими нравственными ценностями, вдруг наполнилась некой детской непосредственностью. На это он и рассчитывал.

Они позавтракали в тишине. Каждый размышлял о свое. Маша была заинтригована. Уже несколько лет подряд кто-то присылал ей эти вещицы. И все же странно они выглядели. Ей нравилась только роза. Остальное было не очень симпатичным: паук был слишком мрачен, черная шкатулка не подходила по тону к ее сервизу в шкафу, а крест вообще был выполнен топорно.

– Доча!

Маша, услышав зов матери, очнулась от интригующих размышлений и пошла в комнату.

– Мам, привет, как сегодня?

– Ну как? Полночи заснуть не могла из-за этой жары!

– На завтрак каша, вареное яйцо. Цикорий или чай делать?

– Цикорий! У нас гости?

– Да, Павел зашел. Он с крышей поможет. И мы еще в школу съездим за книгами!

Александра Максимовна потянулась за ситцевым платьем, висящим на стуле. Неспешно надев его, она расчесала короткие волосы гребенкой. Пока она все это делала, Маша поправляла ее постель.

Для мамы гость создавал некоторое неудобство. Раковина у них была только одна, и та на кухне. Со сна ни умыться, ни зубы почистить при чужом человеке.

– Маша! Я на улице тебя подожду! – донесся голос из прихожей.

– Хорошо!

Закрыв дверь, Павел вышел на улицу, сел на лавочку, стоящую у торца дома. Отсюда было очень хорошо видно весь участок. Половина его была засажена картошкой. Остального было всего по не многу. Когда-то он проводил много времени на похожем участке. У матери был свой сад. И рядом были другие сады. Каждый участок отражал характер своего хозяина. Там где был хозяйственник – шло вечное строительство. Профессионал садовод держал каждый клочок своей земли в идеальном порядке. Были и заброшенные участки. В саду Марии Васильевны не было высоких теплиц, так как их некому было устанавливать. Между грядками пробивались свежие сорняки, под виноградником хозяйка дала волю траве. Для Маши посадки не были целью жизни.

Тут было совсем неплохо. Павел слышал через открытое окно приглушенные голоса женщин. Разговор был о повседневных вещах, такой, какой эти женщины ведут, наверное, каждый день.

Он задремал, чувствуя, как по кромке волос надо лбом бежит легкий ветерок.

– Паш, вставай! В школу пора! – сказала мама. Она сидела за круглым столом, который стоял посередине большой комнаты в их квартире.

Павел знал это утро. Утро прощания, тихое розовое. Уже вечером он и брат будут переданы в опеку, они больше не увидят ни маму, ни свой дом, ни друг друга. Брата не станет через три года после того, как их развели по разным интернатам.

– Мам, не надо было мне в школу уходить тогда! – сказал он.

Мама ничего не ответила, только улыбнулась.

И опять ветерок пробежался по волосам.

– Паш! Паша! – прошептал ласковый голосок.

Павел медленно открыл глаза, и рука молодой женщины замерла около его виска.

– Не хотела тебя будить! Но мы хотели ехать! – мягко произнесла Маша.

Павел медленно поднялся, пошел вслед за учительницей, у машины открыл для нее переднюю дверь. Ему не терпелось поговорить со своей новой знакомой начистоту. От этого разговора многое зависело.

Сев за руль, он аккуратно развернул машину и повел ее к выезду из деревни.

– Мария Васильевна, теперь давай поговорим! – сказал он, выворачивая на разбитую дорогу.– Кто же тебе подарки такие посылает?

– Не знаю. Про подарки эти могу только одно сказать: приходят они под новый год, упакованы всегда в розовую коробку, перевязанную серебристой лентой.

– Упаковку сохраняешь?

– Нет. Ах да! Еще открытки есть.

– Их тоже выкидываешь?

– Нет. Они у меня в фотоальбоме лежат.

Маша ладонями показала примерный размер открытки.

– На вид они более всего визитку напоминают. На всех четырех напечатано "Для Марии Васильевны Суворовой от благодарного ученика!", и все.

– Я остановлюсь в поле. Поговорим без свидетелей! – предупредил Павел.

В золотистом пшеничном поле рос старый одинокий дуб. Дорога огибала его и уходила с пригорка вниз. Павел остановился ближе к дереву.

– Прогуляемся? – спросил он.

Они вышли на дорогу, неспешно пошли от машины к дубу. Ветер был достаточно сильным, и от того поле можно было сравнить с водной гладью, которую волнует ветер. Темные оттенки желтого цвета смешивались и сталкивались со светлыми. Волна уходила вниз с пригорка в ложбинку и только там затихала.

– Кто может быть тем самым "учеником" по-твоему? – спросил Павел, всматриваясь в высокую крону дерева.

– Не знаю! У каждого моего ученика свой взгляд на жизнь. В некотором роде это отражается в поделках, которые они мне дарят. У этого человека странный вкус. Он не любит что-то делать своими руками, вместо этого он как будто преподносит мне свои случайные находки. Шкатулка – что в ней такого? Крест вообще топорно сделан. Паук отвратителен. Я все это убрала в нижний ящик, но могла и выкинуть.

Павел засмеялся, представляя, как драгоценные камни оказываются в мусорном ведре. Воистину, человек – невежественное существо по большей части из-за отсутствия знаний. Для того чтобы эти знания относились к материальной сфере более всего необходимо внимание к естественным наукам. Мария Васильевна, в силу своей деятельности, была обогащена больше духовным опытом. «Вот, к примеру, это поле, – думал Павел. – Она с легкостью опишет то, как оно волнуется от ветра, увидит некую грусть в этом одиноком дереве, возможно, припомнит несколько поэтичных строк. И при этом она не сможет определить направление ветра и сорт пшеницы. Не отличит она и необработанный алмаз от стекляшки. Готов руку дать на отсечение, у нее даже мысли нет искать в этой ситуации выгоду! Вывод один – человек, что хранит сокровища в этом доме, знает Машу очень хорошо, он совсем рядом!»

– А что ж не выкинула? – продолжил Павел беседу.

– Я не выкидываю подарки от учеников….

– А вот за это стоит зацепиться. Преступник отлично знает тебя. И потому искать его следует совсем рядом. Я, Маша, должен тебя предупредить. Этот человек не только изощрённый вор, но и хладнокровный убийца. В эту ночь у меня была встреча с информатором, и ровно через четверть часа информатора этого не стало.

Павел остановился и практически сразу заметил панику в глазах Маши. Этого он и хотел добиться. Она должна быть начеку.

– Мама, как же мама? Она там в доме одна с этими… этими подарочками!

– Спокойно, Мария Васильевна. Не одна она, за ней присматривают.

– Кто? – удивилась Маша.

– Проверенные люди. Они в моем доме, следят со стороны.

– Мне от этого не легче! Может, заберешь эти безделушки, и дело с концом?

Павел закачал головой.

– Нет, Маша. Не может быть все так просто. Преступник обрел драгоценные камни и розу не для того, чтобы продать или обогатиться. В наше время не так уж и просто выкрасть историческую ценность из частных владений. Легче, наверное, деньги с чужого счета снять.

– Зачем он мне их присылает?

– Все просто. Он знает тебя, твою семью. Знает, что ты не выкинешь эти вещи, а тетя Шура будет сидеть около них еще не один год. Гости у вас не часто бывают, а если и бывают, то долго с тетей Шурой не сидят. Идеальное место для хранения несметных сокровищ.

– Ну а если….если кто-нибудь все таки в дом залезет, и вещички эти прихватит! Он как это контролирует, следит за нами?

Павел пожал плечами.

– Камеры слежения пока не искали, но они наверняка есть! Тут другое что-то, я не понял пока что. Когда дело непростое, не стоит сразу предпринимать активные действия. Стоит осмотреться.

– Я все же о маме беспокоюсь. Надо что-то делать!

У Павла появилась неплохая идея. У него был знакомый, которого он некогда спас от скандала и краха карьеры. Каждый раз этот чин напоминал ему о том, что он готов долг вернуть сполна. Он жил в Подмосковье. Дом его стоял особняком, хорошо охранялся. Отличное тихое место для отдыха.

– Думаю, ей будет неплохо у моего знакомого. У нее будет отдельная комната, телевизор, огромный участок для прогулок и отличная компания. Там проследят, чтобы она принимала лекарства, измерят давление. Место хорошее, тихое, тете Шуре будет там хорошо.

Маше эта идея совсем не нравилась. Мама ведь никогда не покидала свой дом. Даже на отдых не ездила. «Как я все это ей объясню? Не станет ли ей там хуже?» – думала она.

Павел перебил ее беспокойные мысли:

– Завтра в деревне появится следователь. Он будет проводить опрос жителей для установления всех обстоятельств гибели моего информатора.