Любовь Арзамасцева – Загадки Библии. Часть восьмая (страница 5)
Ар – начало движения. Но идёшь сам.
И тут два пути. Или путь домыслов, или начало движения вслед за Христом, хотя и в том и в другом случае, никого не видишь рядом с собой.
Домыслы наш мир хорошо знает, а вот истину понять трудно.
Те, кто идёт путём домыслов, получают поддержку от тех, кто домысливает.
Бубновая дама в руках пса – бубнит. От этой бубновой трудно избавиться, так как она бубнит уже не одно тысячелетие.
А для того, чтобы начать Новый путь, нужно старый бубнеж разбавить хотя бы немного новой водой истины. Невозможно сразу перевоспитать закосневшее мышление.
А для того, чтобы появилась новая вода, нужно читать Трактаты о божественном.
А для того, чтобы читать их и не падать в обморок от всех страстей, нужно душу сжать в кулак, а это уже большое мужество для новичка. Но оно никогда не придёт, если не выберешь себе в руководители Христа.
А когда выбрал себе в руководители Христа, и Он взял тебя в ученики, тогда появляется первая капля мужества, которая и позволяет поначалу читать печальные и жестокие истории, и при этом не падать в обморок. То есть в обморок падаешь, но поваляешься маленько, встаёшь и опять к станку. Без Христа этого сделать невозможно.
Христос поддерживает всегда, и когда очередная печальная история показывает своё истинное лицо, ты и покрываешь карту противника. И нервы получают передышку.
В сценарии сна Марии показали, какой может быть дама бубен у противника.
Эта бубновая дамочка пришла к ней в образе её же матери, но вид такой, как будто она только что вылезла из болота. Платьице на ней болотного цвета. Она встала в ногах кровати и попросила, – Расскажи мне о твоем боге.
Мария обрадовалась. Кто-то стал интересоваться её делом. Отвечает, – Столько страдания!
Дамочка удивилась и тотчас исчезла. Мария опять осталась одна.
Вдруг она вернулась, но платье изменило цвет с болотного, на серо-болотный. На сей раз, она встала напротив Марии, почти рядом, и тут Мария вспомнила, что она уже давно мертвая.
Она испугалась, но не сильно, и сказала ей, – Ты же мертвая!
Дамочка начала что-то говорить, и тут Марии стало страшно. Она жует одними губами, не открывая рта. Бубнит беззубым ртом: «Бу, бу, бу…».
Мария ничего не понимает. Начала ее крестить. Слышит изнутри, – Это бесполезно!
Раньше, когда в своих снах Мария крестила незваных гостей, они исчезали, а тут и это бесполезно. Тогда Мария сказала ей, – Уходи!
Она подчинилась приказу, но пошла очень медленно и неохотно, шаркая ногами. Обогнула постель с правой стороны, дошла до изголовья, и вдруг с ревом и уханьем полетела в какую-то бездну, которая разверзлась рядом с постелью. Рев становился все глуше и глуше, все дальше и дальше.
Мария проснулась от изумления, но все еще слышала замирающие звуки этого рева.
Конечно, она и до этого уже насмотрелась всяких страстей и попривыкла к ним, но после этого сна ей было страшно еще минут десять. Вот какова эта дама «Бу!». Пугает до смерти своим бубнежем.
И она бы не ушла, если бы не было у Марии Защитника.
Глава 16. Свет безмерен
«Я люблю тебя безмерно».
Любовь не измеряется никакими вещами мира.
Песнь песней – Большие воды не могут потушить любви, и реки не зальют ее. Если бы кто давал все богатство дома своего за любовь, то он был бы, отвергнут с презреньем.
Свет безмерен Сам в Себе.
Мир это понимает. За любовь отдается все, в том числе и жизнь.
Глава 17. Разница между делом и работой
Думается, что есть разница между делом и работой. Работа творится, а дело делается.
Дело это бизнес, а работа – это функция. Работу невозможно оценить валютой, но человек придумал бизнес.
Сон и слова: «Дух Божий сотворенный имеет желание творить и получать радость от творчества. А нижние имеют желание пользоваться творчеством».
И Огонь Желания упал в Воду и зажёг её тем же желанием. Огонь Желания это еще не работа. Это еще только Желание. Это как начало функционала.
Глава 18. Хрисеида и Брисеида
– Есть ли истина в поэмах Гомера?
– Есть. Гомер просто гениально описал деяния Салона- Олимпа и тот страх, который нагнали князья мира сего на простых нижних людей.
И есть там еще кое-что. Это короткие сведения о жреце Аполлона Хрисе, о его дочери, Хрисеиде и о прекрасной Брисеиде.
«В Фивах захватил Ахилл в плен прекрасную дочь жреца Аполлона Хриса, Хрисеиду, и прекрасную Брисеиду. Хрисеида была отдана греками царю Агамемнону.
В начале десятого года осады Трои прибыл в стан греков жрец стреловержца Аполлона Хрис. Он молил всех греков, и прежде всего их вождей, вернуть ему за богатый выкуп дочь Хрисеиду.
Агамемнон не соглашался вернуть Хрисеиду. Он сказал, что Хрисеида всю жизнь будет томиться в неволе.
На греков наслали моровую язву и только после этого Хрисеиду вернули отцу.
Взамен Хрисеиды Ахилл отдал Агамемнону Брисеиду».
У Марии появилось недоумение. Почему Хрис просил вернуть ему только Хрисеиду, и ни слова не сказал о Брисеиде.
Ответ пришел во сне. Марии показали Хрисеиду и Брисеиду. Очаровательные девицы.
Хрисеида миниатюрная и прекрасная, как Психея. Лицо овальное, нежное, глаза голубые.
Брисеида немного покрупней. Она, как копия Хрисеиды, но глаза черные.
Через какое-то время Мария опять увидела этих девиц.
Хрисеида стоит в центре хоровода, а вокруг нее множество Брисеид.
И тут Мария вспомнила, что сказали о хороводе Махатмы.
Махатмы: «В древних культах всегда оставались признаки духовных учений. Даже старый хоровод сохранил начало духовности. В середине круга помещалась избранная, реже избранный.
Кругом нее шли ритуальные движения и хор. Серединная избранная оставалась как бы в бездействии. Но все движения и обращения делались как бы к ней. И она несла на себе смысл выражения всех устремлений. Так же и в учении Духа. Ученик получает озарения радости. Получает бездну исканий. Получает лед одиночества. И затем должен пройти тягость средоточия. Как бы один, как бы безгласный, как бы без помощи, Он несет на себе тягость всех. И так же спокойный, как во льду одиночества, Он ждет и с готовностью принимает тягость обращений. Как бы основа здания, молчаливо он дает окружить себя. И удесятеряет руки свои, и умножает сердце свое, и должен вырасти духом на всех обратившихся.
Но не боится он. И знает, что его время приходит. И стучащиеся, и пугающие, и отягчающие, они должны прийти. И он должен встретить их. И временно он окружен ими, и закрыт выход его. Но нет вечного испытания. Но близка возможность ближайшего пути. Такова тягость средоточия. И благо, если тянутся к вам руки друзей. Если хоровод сплетается из добрых желаний».
Насколько поняла Мария, без Хрисеиды нет центра, потому что ожерелье красивое появляется только там, где есть красивая шея. А шея – символ соединения внутреннего разума с внутренним чувством. Если шея открыта для внешнего мира, то является разврат, или разверстые ворота, в которые летят как мухи на мед, все бесы мира. Ток между ближними перекрыт. На чувстве оседают чужие, душа становится бесплодной.
Разум осаждают гражданки всех мастей из всех волостей, но исчезла единственная голубица чистая, единственная она у матери своей, отличенная у родительницы своей.
Да и внешний мир знает, как сифонит сквозняк в открытую шею, и сколько болезней приносит этот сквозняк.
Брисеиду перевела для себя как Брисе- легкий ветерок Бриз.
Наша шея – подобие Хрисеиды. Легко и свободно дышит шея, когда воздух чист и свеж. Легко и свободно дышит здоровый человек и не замечает своего дыхания. И только легкий ветерок разносит свежее и ароматное дыхание здоровья вокруг себя.
Ожерелье – живые Брисеиды, которые воспринимают здоровое дыхание, поднимаются и опускаются в такт дыханию Хрисеиды. Но тоже незаметно, как незаметно все, постоянно здоровое и постоянно растущее.
Песня Песней: «…шея твоя – как столп Давидов, сооруженный для оружий, тысяча щитов висит на нем – все щиты сильных;…».
Но одинокая Брисеида, отделенная от живой шеи, не спасет отца греческой демократии Агамемнона от злой участи, так как, где нет Хрисеиды, там нет здорового движения.
Когда Хрис получил обратно свою дочь, он попросил Аполлона прекратить моровую язву среди греков. А это вещь коварная.
– Что такое, моровая язва?
– В переводе с английского – Плагуе. Мария перевела, как плагиат.
Плагиат [<лат. plagiatus похищенный] – присвоение чужого авторства, выдача чужого произведения или изобретения за собственное.