Любава Вокс – Драконье наследство (страница 2)

– Привет, – хором отвечаем мы.

Эрин швыряет в угол класса кожаный рюкзак с нашивками и шипами. Сама плюхается на заднюю парту. Вопрошает лениво:

– А остальные где?

– На больничном, – мирно отвечает ей Алисана.

Эрин морщится, кривит лицо в пугающей гримасе и наконец оглушительно чихает, не потрудившись даже рот прикрыть ладонью.

– Будь здорова, – дежурно кидаю я.

– Таблеточку дать? – заботливо интересуется добрая Клара.

– Не… – Эрин снова морщится, косится на входную дверь. – Я тоже заболеть хочу. Только хрен там было. Здоровье лошадиное.

– Вообще-то лошади – довольно хрупкие животные, – несвоевременно подмечает Алисана, после чего ловит на себе сердитый взгляд.

– Угу, – соглашается вдруг Эрин и грозит кому-то кулаком в пустоту. – Вот козлы! – подумав, добавляет более мягким тоном: – И козлихи.

– Кто? – недоумевает Клара, а мы с Алисаной выжидающе молчим.

– Одногруппнички наши, – жалуется Эрин. – Надо ж было так нас четверых подставить!

– Подставить? А поподробнее можно? Мы не знаем чего-то? – принимается за расспросы насторожившаяся Клара.

– Мимо деканата ща шла… – Эрин громогласно шмыгает носом. Рассказывает дальше: – А там Фуксик наш, чтоб ему провалиться, замдеканше по воспиталке обещает, что четырех человек обязательно отдаст. Смекаете? Нас сегодня всего четверо.

– Кому, прости, отдаст? – В дрогнувшем голосе Клары звучит неподдельный страх.

– Представителями от универа. На Драконий Праздник. Стихи читать со сцены, все такое… Скукотища, пипец.

– Правда, что ли? – грустнеет на глазах Алисана. – Это же на пару дней мероприятие. А я завтра в спортзал после учебы собиралась, пока абонемент не просрочился…

– А я в библиотеку, – поддерживает ее Клара.

Я ничего не говорю, только вздыхаю картинно. Не хочется идти против общего мнения. Мне ведь, говоря честно, хочется сейчас лишь одного – перестать думать про Берта. Если заучивание унылых стихов и вся эта официозная суета помогут отвлечься – почему нет?

В кабинет, шаркая и кряхтя, входит профессор Фукс. Его лысина, кокетливо прикрытая залаченными жидкими прядями, распускает по стенам солнечных зайчиков. Пытаясь выглядеть солиднее, чем позволяет тщедушное крохотное тельце, профессор носит костюм на пару-тройку размеров больше, а его не в меру длинные штанины прячут под собой ботинки на платформах и каблуках.

Фукс шлепает по столу журналом и вопрошает:

– Та-а-ак-с, кто у нас сегодня присутствует?

Начинается перекличка:

– Шари.

– Лав.

– Блэк.

– И Хэшмин Райа, – объявляет мое имя профессор, ставя точку в журнале.

Я все еще в прострации, поэтому опоздала назваться. Сижу теперь, глазами с глупым видом хлопаю.

– Судя по вашему растерянному виду, вы не подготовились к занятию? – радуется коварный Фукс и потирает крошечные красные ручки. – Вот и идите. И отвечайте.

Профессор любит поиздеваться над нерадивыми студентами, но сегодня он, так сказать, промазал. Я прекрасно подготовилась к занятию. Еще бы! Это ведь еще вчера было, когда я, окрыленная взаимной любовью, чуть ли не по воздуху летала.

Счастливая…

Выхожу к доске, над которой висит старая картина с огромным ало-черным драконом. Достаю стопку листов с моим докладом. Он посвящен Первому Явлению, произошедшему в горах Оливы, когда группа туристов-походников впервые увидела дракона и даже смогла пообщаться с ним.

Перечисляю состав туристической группы, имена, даже цвета их курток и рюкзаков. Не забываю самое главное – марку зажигалки, с помощью которой туристы смогли совершить первый контакт. Глава группы, девушка по имени Мария, первой шагнула навстречу огромному существу и в знак дружбы зажгла на вытянутой руке крошечный огонек…

…и дракон, вскинув голову к небесам, сделал то же самое…

– Мария Феста получила тогда награды от нескольких государств, пожизненную пенсию и орден, – сообщаю я, закончив доклад важным фактом. – А фирма «Прометей», изготовившая ту самую зажигалку, стала самой известной в своем сегменте. Теперь их продукция считается элитной, невероятно дорого стоит, а на зажигалки той самой «драконьей» модели нужно записываться в очередь за год.

– Ладно, все, – останавливает меня преподаватель. – Вижу, что готовилась.

Он чертит напротив моей фамилии жирнющий плюс.

Алисана и Эрин синхронно улыбаются мне и показывают большие пальцы. Я хорошенько потянула время, и их теперь точно не спросят.

– Можно? – Зубрилка Клара нетерпеливо тянет руку. – Я тоже готова.

– Уже не нужно. Хватит, – отмахивается Фукс. – У нас тут с вами дело важное нарисовалось. От вашей группы требуются выступающие на Драконий Праздник.

– А почему именно от нашей? – пытается возмутиться Эрин. – Других групп, что ли, нету?

– Другие уже ходили, – раздраженно сообщает профессор.

– Когда успели? – продолжает спорить наша бунтарка.

Она окончательно достает препода, и тот грубо рычит на нее:

– Когда надо. Все. Хватит разговоров. Вот… – Он так возмущен отсутствием у нас энтузиазма, что даже руки дрожат. Пальцы никак не могут откупорить железные застежки старомодного портфеля-дипломата. – Вот! – Фукс вытягивает из глубин шелковой дипломатовой пасти какие-то листы. – Это отрывки из торжественной поэмы. Нужно выучить к завтрашнему дню. Проверю. Назубок. И быть перед воротами главного корпуса ровно в шесть утра. Ясно?

– Угу-у-у… – уныло тянем мы.

Фукс наконец проявляет милосердие и отпускает нас с пары пораньше.

Минут на пятнадцать.

– Выучить хорошо. И парадная форма. И снять всякие эти ваши… Поняла, Блэк? Это тебя касается. Чтоб прилично выглядела! – кричит вслед, когда мы быстрым шагом спешим к лестнице, чтобы после спуститься в столовую и перехватить там чай с пирожком, пока очереди нет.

После звонка туда хлынут оголодавшие за пару студенты, и сесть будет негде…

Эрин плюхается на голубой диванчик, что стоит между окном и пальмой в кадке. Сует мне деньги.

– Хэш, возьми мне кофе, будь подругой.

– Буду, – ворчу я, деньги беру. Мне несложно принести две бумажные кружечки вместо одной. – Пирог с картошкой хочешь? Угощу.

Эрин морщится.

– Не-а. Кусок в горло не лезет. Надо ж было так попасть?

– Ой, да ладно тебе, – успокаивает ее Алисана. – Подумаешь, стишок рассказать. Да проще простого. Дети на утренниках справляются, а мы чем хуже?

– У нас не стишок, а великая поэма великого поэта Макса Зорри «Явление». А это та еще… – Клара запнулась, подбирая слово, вежливое и оскорбительное одновременно, но так и не подобрала.

– … хрень, – завершает ее мысль менее тактичная Эрин. – Говорят, этому Зорри кучу денег за его унылое детище заплатили. А по мне так это халтура из халтур. В нашей рок-группе солистка в миллион раз круче тексты пишет.

– Да неважно это, – подбадривает всех Алисана. – Мы же в столицу поедем. Бесплатно. Увидим достопримечательности, и, я уверена, нам выделят за наши труды свободное время на то, чтобы пробежаться по местным магазинам и барам.

Алисана, похоже, уже совсем позабыла про свой просроченный спортзал и пересмотрела приоритеты.

– И музеям, – строго добавляет Клара.

– И музеям, – иронично поддерживает ее Эрин. – Куда уж без музеев?

Клара обижается, поджимает пухлые губы:

– Ничего смешного. Не все относятся к культуре так, как ты.

– Я самым прямым образом отношусь – в рок-группе играю, – напоминает Эрин. – И обидеть я тебя не собиралась. Мне правда в музей интересней будет пойти, чем с Алисаной за шмотками.