Ляна Зелинская – Золотая кровь (страница 16)
− Ты его видел? Этот бриллиант? И где он сейчас? — негромко спросил Виго, подумав, что если это вдруг правда, то дядя и сам мог бы желать заполучить такое сокровище.
− Видел? Не-е-т, Алехандро так над ним трясся, что никому не показывал. Надо думать, он спрятан в сокровищнице, а ключ теперь от неё у Доменика.
− У Доменика? С чего вдруг? — удивился Виго.
− Он же старший мужчина в доме. Хотя какой он мужчина! Но, пока мой брат не преставился, а ты болтался бог знает где, он был хранителем ключа. Но открыть сокровищницу всё равно можешь только ты, − дон Диего затянулся и выпустил огромный клуб дыма, который почти полностью скрыл его лицо.
− Почему только я?
− Ясно, почему! Печать крови. Алехандро оставил это право тебе.
Виго откинулся на спинку кресла и задумался.
Что это за бриллиант такой, и откуда он вообще взялся? Кто придумал эту легенду с бессмертием, и почему все поверили в то, что это правда? Бред какой-то! А уж Доменик — хранитель ключа! Да он и муху не убьёт, уж у него отнять ключ проще простого! Правда, открыть без крови Виго сокровищницу никак нельзя, и, судя по всему, дядя уже пытался…
— А откуда вообще взялся этот бриллиант? — спросил Виго после того, как Делисия, расставив чашки с ароматным напитком, ушла, плотно притворив за собой дверь.
— А вот это, сынок, весьма запутанная история. И всю правду о нём знает только сам Алехандро.
Глава 9. Сердце Ангела
Когда дядя ушёл, Виго снова открыл окна, чтобы выгнать тяжёлый табачный дух, и какое-то время стоял на балконе, глядя на сад и цветущий у забора жасмин. Летучие лисицы возились в кроне высокого дерева и недовольно попискивали. Внизу садовник стриг разросшиеся кусты, методично лязгая ножницами, где-то кухарка орудовала деревянным молотком, делая отбивные… Звуки раздражали. Запахи тоже…
Первые признаки будущего приступа головной боли.
Виго выдохнул. Надо отправить служанку в аптеку, кажется, эти дни будут для него очень тяжёлыми.
Он взял у Доменика ключи от сокровищницы и спустился в подвал. Прошёл мимо хранилищ для продуктов и винных погребов в самый конец коридора. Тяжёлая деревянная дверь в железной окантовке подалась с трудом. Вот так запросто открыть её вору не удастся, да и у двери, поочерёдно сменяя друг друга, круглосуточно дежурили гварды.
В этой комнате не было окон или других дверей, а стены — сплошь из камня, как и арочный потолок. Проникнуть сюда было не так-то легко, так что, может, дядя Диего зря паникует.
Виго вошел в сокровищницу, чуть пригнув в дверях голову, и зажёг фонари. В комнате на полках стояла золотая и серебряная посуда, а на полу — малахитовые вазы. Золочёные доспехи какого-то прадеда висели на крюках, рядом — кираса и сабля, а чуть дальше расположились инкрустированные камнями шкатулки и ещё много чего, что не умещалось в парадных комнатах особняка и выставлялось только по праздникам.
Драгоценности хранились отдельно, в большом сейфе, частично замурованном в стену и пол. Этот сейф сам по себе был произведением механического искусства, и замок в нём стоил целое состояние. Ключей от сейфа было семь, и их нужно было сначала все вставить в замочные скважины, а затем повернуть по одному в правильной последовательности, которая составляла заранее придуманную схему. Ошибка в последовательности блокировала замок и все ключи, и это позволяло хозяевам узнать, что кто-то пытался пробраться в сейф без их ведома.
Виго запер дверь сокровищницы изнутри и развернул бумажку, которую дал ему Доменик. Семь ключей, семь нот. Последовательность его брат спрятал на видном месте, в композиции популярного танго. Умно, ничего не скажешь. Всё-таки его брат — художник, даже в деле придумывания таких вещей.
Виго нашёл подчёркнутый мелком фрагмент на нотном листе, вставил ключи в отверстия и последовательно повернул. Тихий щелчок, короткая трель… Создатель замка ценил эстетику и сделал что-то наподобие музыкальной шкатулки, где каждый правильный поворот ключа сопровождался приятной мелодией. И Виго вдруг подумал, что, наверное, неправильный поворот будет сопровождать барабанная дробь или похоронный марш, или что-то вроде этого.
Когда седьмой ключ повернулся в замке, осталось лишь открыть печать. Виго уколол палец специально взятой иглой и капнул каплю крови на светлый металлический диск. Печать крови — сплав механики и магии. Ну, или, может быть, химии. Просто секрет того, как заставить этот железный ящик понимать, что перед ним настоящий хозяин, изготовители печати никому не раскрывали. Диск потускнел, что-то снова щёлкнуло… Виго потянул дверь сейфа на себя, и она открылась.
Внутри располагалось несколько отсеков. На верхних полках лежали облигации, деньги и ценные бумаги. На нижних − украшения его матери и донны Виолетты, медали деда — рубиновая звезда и награды королей. Семейные реликвии, переходившие из поколения в поколение. А на средней полке стояли шкатулки. Виго стал открывать их все по очереди. Рубины, сапфиры, изумруды, алмазы… Камней было много. Отец вкладывал деньги в редкие экземпляры, считая это лучшим сохранением сбережений.
В последней шкатулке лежало несколько особо крупных и, видимо, самых дорогих камней. Большой кровавый рубин, несколько сапфиров густой индиговой синевы, россыпь идеальных изумрудов, огромный чистейший жёлтый топаз и бриллианты. Самый большой бриллиант лежал отдельно, в углублении, на тёмной бархатной подкладке. Виго взял его в руки и положил на ладонь.
Сердце Ангела. Да, в этом названии что-то есть.
Камень поймал отблеск света и заиграл им, переливаясь. Действительно, великолепный камень. Очень чистый и большой, огранённый в форме капли, или груши, как называют её ювелиры. Но… и только. Если бы не его размер, это был бы самый обычный бриллиант.
− И что же, в тебе действительно спрятано бессмертие? — произнёс Виго, чуть покачав ладонью и разглядывая игру вспыхнувших отблесков.
Но камень, разумеется, не ответил.
Виго положил его обратно и задумался. Вся эта история с отравлением отца и камнем с самого начала выглядела странной, а теперь запутывалась всё больше. А особенно странным ему показалось бурное участие дяди в этом деле.
Дон Диего, скорее всего, тоже будет выгодоприобретателем после смерти дона Алехандро, и немалый кусок состояния отойдёт ему, ведь отец лишил Виго наследства. Но главное, дон Диего знал о камне и не мог до него добраться, ведь ключ подвластен только Виго. И уж точно дон Диего был бы не против избавиться от подагры и обрести бессмертие. Как там говорил Морис — вот вам мотив. То, что дядя появился в доме сразу же после отравления, нанял охрану, притащил сюда своего сына, собак, филинов… Да, с одной стороны, это защита дома, но с другой…
За ним во Фружен послала Оливия, а вовсе не дон Диего. Вот это показалось Виго подозрительным.
И придуманная им легенда о том, что камень распилят, чтобы привлечь в дом настоящего охотника за этим камнем… Не слишком ли дядя поторопился? Всё это тоже выглядело поспешно состряпанным планом, как будто дядя спешил привнести в этот дом ещё больше хаоса, чем в нём есть сейчас.
Виго тщательно запер сейф и протёр металлический диск специальным раствором, чтобы на нём не осталось следов крови. Затем убрал в карман связку ключей и протёр ещё и дверцу сейфа, чтобы не осталось даже следов от его пальцев.
Всё это очень и очень странно. Как вор сможет достать камень отсюда? Никак. Так зачем провоцировать вора лезть в дом? Что-то дядя темнит…
Но, если за предстоящим ограблением стоит именно дядя, значит, он поможет вору это сделать. Что же, если так, то стоит «облегчить дяде задачу» и камень из сокровищницы достать заранее.
Глава 10. Знакомство
Эмбер шагнула на территорию особняка и ощутила какое-то нехорошее предчувствие. Очень нехорошее. Словно внутренний голос прошептал: «Не входи!» Вот только предчувствия нужно анализировать, а не слепо следовать им. А анализировать было некогда.
Но, когда глаза поймали знак рыцарского ордена на двери — стилизованный клинок, лезвие которого плавно перетекало в рукоять и гарду в виде трёхлистного клевера, Эмбер поняла, почему вдруг ожило предчувствие.
Семья Агилар состоит в Ордене Санта Требол, и дон Алехандро его возглавляет…
Этот лист клевера с клинком вспороли кокон забвения и безразличия, который так долго и старательно она плела вокруг себя, пытаясь защититься от воспоминаний. И вот теперь от одного только взгляда на этот знак кокон треснул и раскололся, легко, как яичная скорлупа, всколыхнув в памяти тот день…
Не день, вечер…
Эмбер стиснула зубы.
Она пыталась подавить воспоминания, глубоко вдыхая и задерживая воздух в лёгких, и просто шла за гвардом, глядя вперёд, словно в тумане. Даже ноги ступали на мозаичную плитку дорожки, будто в вату. Она сжала руку в кулак, вонзая ногти в ладонь, но боль действовала слабо. Хорошо хоть гвард шёл впереди и не оглядывался, а то бы, наверное, даже этот громила по её лицу понял, что с ней что-то не так.
Конец ознакомительного фрагмента.
Продолжение читайте здесь