Ляна Вечер – (Не) любимая жена Владыки драконов (страница 46)

Порываюсь немедленно отправиться в покои Аиши, но дух встаёт у меня на пути:

— Полный покой, господин, — напоминает негромко. — Аиша неплохо себя чувствует, не беспокойтесь. Но она должна отдохнуть — это слова главного лекаря.

Рыкнув, я возвращаюсь под навес. Рахат единственный во дворце, кому я полностью доверяю вопросы здоровья своего и близких. Если главный лекарь говорит, что девочка должна отдохнуть — пусть отдыхает.

Сегодня в саду Аиша вела себя странно. Мне показалось, что она серьёзно обижена на меня. Но не призналась. Только я не дурак — всё вижу и чувствую. Хотел поговорить с ней об этом за ужином, но теперь придётся отложить до утра.

— Прикажи слугам убрать еду со стола, — приказываю Меху. — И приведи ко мне Лейлу.

— Лейлу?.. — он делает большие глаза.

— Хочешь обсудить мой приказ? — хмурюсь.

— Я всё сделаю, владыка, — быстро исправляется джинн и исчезает.

Раз не удалось провести вечер в хорошей компании — проведу в плохой. Лейла сегодня пришла ко мне с предложение построить новый приют в городе. Не знаю, надоумил драконицу кто-то или на неё снизошло прозрение, но я намерен научить эту женщину доводить дела до конца. Недостаточно просто высказать хорошую идею.

Покинув балкон, я захожу в комнату. Перед камином стоит столик с ужином для двоих, но ужина не будет. Аиша не пришла, а у меня пропал аппетит.

Служанки убирают тарелки с нетронутыми блюдами, я готовлюсь к визиту драконицы. Затачиваю перья для письма, наполняю чернильницу и достаю с полки чистые листы бумаги. Но Лейлы всё нет. Не похоже, что она торопится к своему владыке.

— Лейла, господин! — объявляет Мех, высунувшись из вазы.

— Пусть заходит, — я сажусь на подушки.

Драконица переступает порог со склонённой головой, но даже в такой позе я вижу её улыбку. А ещё я понимаю, почему Лейла задержалась — она наряжалась. Для меня. Зря, я ведь её не для любовных утех позвал.

— Скройся! — шикаю на Меха, который торчит из вазы. — Я не хочу, чтобы нас беспокоили.

— Муж мой… — сладким голосом приветствует меня драконица. — Я счастлива, что вы позвали меня к себе.

— Не торопись радоваться. Присаживайся.

Жестом приглашаю её за стол, где недавно стояли блюда с яствами, а теперь расставлены писчие принадлежности.

— Зачем всё это? — жена опускается на подушки и с интересом разглядывает предметы.

— Для тебя, — начинаю из-за угла. — Сегодня ты предложила построить в Бушаре новый приют для сирот. Ты порадовала меня этой идеей.

— Спасибо, господин, — драконица теряет бдительность и снова улыбается.

— Всякая хорошая идея должна быть воплощена в жизнь. Этим и займись. Рассчитай, во сколько обойдётся казне новый приют. Я не прошу от тебя точности, но хочу увидеть примерные расчеты.

Лейла смотрит на меня абсолютно пустым взглядом. Хотя нет, не пустым. В нём есть едва уловимый ужас.

— Владыка, но… — она хватает ротиком воздух, — для этого у вас нас казначей…

— Всё верно, — киваю. — Но что если казначей захочет нас обмануть? А ты даже не будешь знать, сколько денег нужно на строительство приюта. Надо прикинуть расходы.

У Лейлы есть образование — читать, писать и считать она умеет. Бумагу, перья и чернильницу я приготовил. Осталось включить голову и начать. Я здесь и готов помочь. Если, конечно, увижу старания драконицы, а не продолжу слушать её глупые отговорки.

Лейла берёт перо, макает его в чернильницу и замирает. Она не представляет, с чего начинать…

…Через час я устаю от глупостей и нытья жены. Это невыносимо! Я и представить не мог, что Лейла настолько ленива. Драконица просто не хочет думать. Даже с моими подсказками она не продвинулась в расчетах.

— Из чего ты планируешь строить здание? — вздыхаю.

— Из камня, — хлопает ресницами.

— Прекрасно! Когда мы говорили о заборе, я упоминал, сколько стоит камень. Ты помнишь?

— Умоляю, владыка, перестаньте меня мучить… — шепчет Лейла и опускает голову.

— Мучить?! — грохаю кулаком по столу, и она вздрагивает. — Быть женой владыки — это не только трапезы у бассейна и дорогие украшения! — срываюсь на крик. — Сегодня я обрадовался, услышав от тебя о приюте, — заметив, что жена побледнела, я убавляю громкость. — Но это лишь слова… — вздыхаю тяжело. — Посмотри на Аишу, Лейла. Она встретила на базаре детей и приняла решение привезти их во дворец. Больше того! — поднимаю вверх указательный палец. — Аиша не испугалась и не поленилась отстоять своё мнение передо мной. Я уважаю такие поступки.

— Будто она считала, сколько казне обойдётся содержание этих детей во дворце, — фыркает драконица.

— Дело не в этом, — качаю головой. — Дело в желании помочь своему народу. У тебя его нет.

— Вы позволили Аише называть вас по имени, — у Лейлы дрожит подбородок. — А я… За всё время, что мы в браке, вы первый раз позвали меня в свои покои.

— И это было моей ошибкой. Впредь такое не повторится. Уходи.

Лейла хочет возразить, но, поймав мой суровый взгляд, решает не доводить дело до изгнания. Невозможно стать доброй и хорошей, если в душе плещется чёрная зависть.

Глава 31. Сплошные неожиданности

Глава 31. Сплошные неожиданности

— Какой ужас… — шепчу, разглядывая себя в зеркале.

Моё лицо, шея, плечи и руки похожи на контурную карту мира, которую кто-то раскрасил ярко-розовым фломастером. Рахат назвал это безобразие сыпью. Но сыпь — это точки или пятнышки! А тут…

— Простите, госпожа, я не знала, что вам нельзя есть тыхму, — Дамла уже полчаса рассыпается в извинениях.

Я и сама не знала. И вообще, это может быть не тыхма, а сладкий напиток, которым меня угостил Али. Или всё вместе. Откуда знать, на что у моего нового организма аллергия?

Я так разволновалась, увидев этот кошмар на коже, что забыла поговорить с Рахатом о Гюле. Но он обещал вернуться с мазью. Главное — снова не впасть в панику.

Боже, унесите отсюда зеркало! Я просто не могу перестать разглядывать себя!

Но есть и плюс — у меня нашлась причина не идти на ужин в покои мужа.

— Оно ещё и чешется, — едва не в кровь раздираю себе плечи ногтями.

— Госпожа, потерпите, скоро придёт лекарь, — успокаивает меня Уле.

— Ох… скорее бы, — ложусь на кровать. — Как Муса? — приподнимаю голову.

— Мальчик в порядке, — джинна демонстрирует мне голопопого мальчишку. — Сейчас поменяю пеленку, и будет совсем хорошо.

Что бы я делала без Уле? Она — моя спасительница. Особенно сейчас.

— Простите, госпожа… — Дамла снова заводит извинительную песню.

— О-о, не надо! — скорее прошу её замолчать. — Я не сержусь на тебя. Перестань причитать, пожалуйста. Лучше ужин мне принеси.

Есть я не буду. Просто хочу, чтобы служанка отвлеклась. А то совсем расквасилась и меня нервирует.

— Дождь стих, — джинна выглядывает в окно, — вынесу Мусу в сад. Пусть подышит свежим воздухом перед сном.

Я остаюсь в комнате одна. Стесняться некого, и я ползаю по кровати, пытаясь терпеть зуд. Но это невыносимо! Пятна ужасно чешутся. Хочется содрать с себя кожу.

— Госпожа? — в дверь заглядывает Рахат.

— Почему так долго?! — у меня нервы на пределе.

— Я ждал за порогом, когда ваша джинна объявит о моём визите… — оправдывается старик.

— Уле гуляет в саду с Мусой, — хнычу. — Спаси меня, Рахат! Всё дико чешется!

Лекарь семенит ко мне, согнув спину. Он принёс какую-то страшно вонючую мазь. Но я сейчас и навозом готова обмазаться, лишь бы помогло.

— Вам легче, госпожа? — интересуется лекарь минут через десять.

— Вроде бы…

Ещё немного чешется, но это ерунда. Терпеть вполне можно.