Ляна Вечер – (Не) любимая жена Владыки драконов (страница 22)

— Кто из вас Аиша? — спрашивает брезгливо у упавших на колени служанок.

Девушки, не сговариваясь, указывают на меня, и стройная красавица хищно улыбается. Она заходит в комнату, где я навожу чистоту, и закрывает за собой дверь. Не знаю, кто она, но страшно хочу отправить ей на голову вазу потяжелее. Очень уж надменный вид у восточной красавицы.

Красивая змея. И ядовитая. Её оценивающий взгляд я чувствую кожей.

— Аиш-ш-ша… — тихо шипит она и обходит меня. — Ты забыла поклониться госпоже, служанка, — давит с угрозой в тоне.

Не забыла, а не собираюсь. Не знаю, что мне грозит за подобную дерзость, но одна мысль о поклоне гадюке вызывает отвращение.

— Простите, но я не знаю, кто вы и что вам от меня нужно, — расправляю плечи.

— Я лишь хочу рассмотреть получше новую фаворитку моего супруга, — заявляет красавица и останавливается у меня за спиной.

По загривку бегут мурашки, нервы плавятся от накала. Эта женщина — жена владыки Ханара. Та самая Лейла, из-за которой пострадал малыш Муса. Несложно представить, что она может сделать со мной, если ребёнка не пожалела. Но страха перед ней я не испытываю.

— Я не фаворитка вашего мужа, — у меня на горле сжимается хватка злости. — Это сплетни.

— Неужели? — в тоне Лейлы играет ненависть. — Не припомню, чтобы владыка жаловал другим служанкам золото и приглашал их в свои покои.

— Я присмотрела за Мусой, и господин наградил меня за это.

— Решила, что можешь меня одурачить? — хмыкнув, драконица встаёт передо мной. — Разнюхала, что владыка души не чает в бастарде, и воспользовалась этим. Ты выбрала опасный путь, Аиша, — подцепляет пальчиком мой выбившийся из-под платка локон и плотоядно улыбается.

Угроза в шипении змеюки слишком явная, а у меня в сердце закипает обида. Сначала меня унизили служанки, потом эта гадюка. Никогда я не молчала в ответ на грубость и сейчас терпеть необоснованные обвинения змеи не собираюсь.

— Я тебя не боюсь, — перехожу на «ты», позабыв о манерах. — Я делаю свою работу во дворце, а сплетни меня не интересуют.

— Тебя интересует владыка, — цедит сквозь зубы Лейла. — Шахаан со своей безумной идеей жениться на служанке запудрил мозги прислуге. Видимо, ты решила, что и Ханар может выбрать себе в жёны простушку.

— Что? — кривлюсь. — Я не понимаю, о чём речь.

— Всё ты понимаешь! — Лейла срывается в крик. — Кто бы ни стал второй женой правителя, ей не удастся ослабить его любовь ко мне! Новая жена обречена стать нелюбимой! Запомни это, Аиша, — хрипит, сверкая злющими глазами.

На простушке Ханар не женится, но я — простушка — должна срочно запомнить, что вторая его жена будет нелюбимой. Логики у этой дамочки ноль. О том, зачем мне эта «ценная» информация, я даже не спрашиваю. Лейла в полном неадеквате.

— Мне это неинтересно, — бросаю холодно. — Я должна закончить работу.

Не получив в ответ эмоционального корма, драконица вздёргивает подбородок и, держа осанку, присаживается на идеально застеленную кровать.

— Говорят, ты из Керы и владеешь магией, — гнёт бровь. — Работай, служанка. Заодно развлечешь меня своими фокусами.

У меня кулаки сами собой сжимаются. Госпожа желает развлечься за мой счёт… Что ж, не смею лишать её удовольствия.

Я выпускаю из кончика пальца несколько искр магии, и они летят к вёдрам с грязной водой, которые я не успела убрать после мытья пола. Вёдра взмывают в воздух и словно птицы летят к Лейле. Она ехидно улыбается, думая, что я взялась за уборку. А я просто развлекаю госпожу — опрокидываю ей на голову содержимое вёдер.

— Ты что творишь?! — подскочив с кровати, вопит драконица.

Матрас придётся сушить, а бельё и покрывала менять, но оно того стоило. Вид разъярённой мокрой после грязного душа госпожи удовлетворяет меня полностью. Хотя… я бы продолжила. Шальная мысль опрокинуть на змеюку шкаф кажется очень привлекательной.

— Связываться с магичкой опасно, — прячу улыбку в уголках губ. — Запомните это, госпожа, — склоняю голову в издевательском поклоне.

Она бы мне ответила, а я ей — и неизвестно, чем бы всё закончилось. Но этого не происходит — Мех высовывается из вазы, которая стоит у окна.

— Что здесь происходит? — шепчет джинн и косится на облитую грязью госпожу.

Только вопрос он задал мне. Мне и отвечать…

— Я немного промазала, — переминаюсь с ноги на ногу, — с магией.

— Она врёт! — воет драконица. — Эта служанка специально вылила на меня грязную воду!

С Лейлы стекают мутные ручейки. От былой красоты не осталось и следа. Теперь статная драконица выглядит как обычная мокрая курица. И мне не стыдно.

— Это правда, Аиша? — джинн скрещивает руки на груди.

— Тебе недостаточно моего слова?! — Лейла не даёт мне рта раскрыть. — Накажи эту служанку немедленно! Тридцать ударов плетью!

— Со всем уважением к вам, госпожа, — дух кланяется, — но я не могу этого сделать.

— Хочешь, чтобы я приказала запереть тебя в вазе на века?! — у Лейлы окончательно сдают нервы — её трясёт. — Выполняй приказ!

— Теперь любое наказание прислуги происходит с разрешения владыки, — Мех разводит руками. — Я лишь могу передать господину ваши слова… — замолкает на пару мгновений. — Но тогда придётся рассказать, что вы были в покоях Мусы.

Ой, кажется, что-то пошло не так. Лицо драконицы покрывается красными пятнами от злости. Она тычет пальцем то в меня, то в джинна и хватает воздух ртом, как рыбка. Может, ей воды не хватает? Мысль меня веселит, и я, хрюкнув, прикрываю рот ладошкой, чтобы не добивать драконицу улыбкой.

— Вы мне за это заплатите! — орёт Лейла. — Оба!

Выстрелив в нас с джинном угрозой, она покидает покои бастарда. И я этому несказанно рада! С уходом змеи даже дышать становится легче.

— Прости, — сведя брови, я смотрю на джинна. — Она говорила гадости, и я не сдержалась.

— Драгхалла, Аиша! — округлив глаза, восклицает Мех. — Ты нажила себе опасного врага!

— Понимаю, — вздыхаю. — Но что сделано, то сделано. Лейла может навредить тебе?

— Ты переживаешь за меня?! — у духа на лице крайняя степень удивления.

— Конечно, — пожимаю плечами. — Я не хочу, чтобы тебя заперли в вазе на века.

— Ай, — отмахивается, — госпожа не сможет этого сделать. Я личный джинн владыки и главный над прислугой. Моя пропажа вызовет вопросы, а Лейла не сможет на них ответить.

— Почему?

— Вскроется, что она была здесь. Владыка запретил жене приближаться к Мусе. Накажут её. Я пока ничего не скажу владыке, чтобы не раздувать из искры пожар.

Да-да… Или для того, чтобы в будущем иметь козырь в рукаве, которым можно шантажировать госпожу. Мех далеко не простак и способен просчитывать ходы наперёд.

— У меня есть магия, — я выпускаю из пальца светящуюся горошину, — могу за себя постоять. Не переживай.

— Ай-ай-ай, — джинн качает головой. — С Лейлой шутки плохи, будь внимательна.

Он прячется в вазе, а я остаюсь в комнате наедине с беспорядком, который мне предстоит убрать. Я наделала себе лишней работы, зато не дала себя в обиду.

Глава 15. Правда, но не совсем

Глава 15. Правда, но не совсем

Сегодняшний день я провёл за делами. Встречи с советниками и министрами, доклады, приказы. К вечеру чувствую лёгкую усталость и удовлетворение от работы, а предвкушение ужина с красавицей Аишей дарит силы для ещё одного рывка перед отдыхом.

В зале советов собрались самые влиятельные драконы Бушары, чтобы поведать мне о проблемах города, спросить совета и получить из казны деньги для нужд жителей. Мы о многом сегодня поговорили, решили важнейшие вопросы — пора расходиться.

— Почтенные драконы, — встаю с подушки и окидываю взглядом собравшихся мужей, — все ли ваши прошения я сегодня выслушал?

— Владыка, позвольте мне сказать, — на ноги поднимается советник по продовольствию.

— Говори, — разрешаю, но воодушевления не испытываю.

— Сезон дождей в этом году должен случиться раньше, иначе мы потеряем урожай, — с поклоном вещает советник.

Плохая новость.

Чтобы над Бушарой собрались тучи и пошёл дождь, хватит моей силы, но для затяжных дождей, которые вскормят будущий урожай, одного меня недостаточно. Во времена правления отца животворящей влагой занимались другие драконы, но чума забрала их жизни. Теперь в городе остались лишь два мастера, способных создать сезон дождей — я и мой брат Шахаан.

— Насколько всё серьёзно? — тру бороду, размышляя о брате, и кошусь на советника по продовольствию.

— Всё очень серьёзно, владыка. У нас не больше трёх дней, — дракон с сожалением качает головой. — Потом урожай спасать будет поздно.

— Я подумаю над этим, — обещаю, и по залу проносится негромкий рокот драконьих голосов.