Ляна Вечер – Дракон и его человечка (страница 8)

— Кир…

Глава 7

— Кир!

Подо мной облака, до земли несколько сотен метров — она там, зовёт, но я слышу Стеллу: голос истинной в моей голове не замолкал. Мечтал вернуться в ту проклятую осень, умереть вместе с парой, но я давно мёртв. Сам себя закопал, своими же лапами, заживо. Во всех ипостасях сдох. Человечка не поможет. Девчонка просто похожа на мою пару: глаза — серые грозовые облака, пшеничные кудри… остальное я придумал, дорисовал, домечтал. Она не Стелла. Она пахнет, ведёт себя, живёт иначе.

— Кир…

Голос девушки, тихий и слабый, пробрал моего зверя до костей. Пошёл на снижение, а сердце вдребезги — не двинуть бы кони до посадки. Загнал себя, сдал совсем. Человечка… Я опустился на мягкий мох, с грохотом пронеся по земле, сложил крылья, а девушка даже не вздрогнула. Она лежала на спине, широко раскинув руки, глядя в звёздную высь. Женя — так её зовут, и «Заюша» у неё на связи — с этой мыслью я перекинулся в человеческую ипостась. Добрёл до горничной, уселся рядом, не зная, что сказать. Не говорить надо — трахать, так, чтобы кричала на весь лес, теряя рассудок, но вместо этого я слушал мерное дыхание — успокоилась. Хороша девка: хоть и человечка, но сокровище.

— Поговорю с твоим парнем. Исправлю ситуацию.

— Нечего исправлять, — горько улыбнулась. — Не моё.

Электричеством по позвоночнику это её — «не моё». Но и ты, девочка, не моя.

— Вставай. Домой пора.

Мы переместились в библиотеку загородного дома и я, демонстративно выдернув руку из лапы дракона, зашагала к выходу. Нечего порядочной девушке делать в тёмное время суток в одном помещении с голым мужиком.

— Выходной завтра, — бросил мне в спину Кир.

Вот спасибо, пошёл в жопу! Даже спокойной ночи не пожелаю — пусть будет не спокойной. Заслужил, козёл лысый! Повёл себя как титулованный самец — Вадика технично слил, меня в лес затащил, соблазнял «кинг-сайзом» и накаченной задницей, а потом устроил мне кросс и продинамил с сексом. Нормально? Шла в свою комнату с единственным желанием — завалиться спать, даже в душ не полезу, а ссадины утром обработаю. Проходя мимо спальни Катюхи, остановилась. Не спит, топает. Нервничает из-за Макса, наверное. Будь у меня хоть малюсенькая возможность ей помочь, помогла бы. А она?.. Знает тайну, связанную с Киром, и молчит. Нервное напряжение вылилось в злость, и я забарабанила в дверь кулаками.

— Ты чего? — Катя удивлённо выпучила на меня глаза. — Ох… Василевская, кто тебя так?! — она потянула меня за руку, вынуждая переступить порог.

Да, видок у меня тот ещё. Ноги в кровь, одежде помочь нечем, и выражение лица наверняка соответствует. Катюху проняло.

— Ты мне всё расскажешь! — я схватила её за плечи и впечатала в стену. Не больно, но ощутимо. — Сейчас!

— Что?.. — у Кати перехватило дыхание.

— Всё, — прошипела змеёй. — Я не шучу.

Катька девчонка умная, поняла, о чём я, и скандалить не стала. Набрала у себя ванну с пеной, сбегала ко мне в комнату за чистыми шмотками и сообразила чай с мелиссой. Опустившись в тёплую мыльную воду, я шикнула от саднящих по телу царапин и крепче сжала зубы.

— Очень больно? — устроившись на пуфике рядом, подруга трогательно свела брови. — Это кто тебя?

— Сама, — я фыркнула. — По лесу пробежалась. Рассказывай, давай.

— Пять лет назад была у Кира Юрьевича пара. Они поженились и уехали в свадебное путешествие, а когда вернулись, выяснилось, что девушка больна. Его жена сгорела за осень. Теперь каждый год с сентября по ноябрь у дракона жёсткая депра.

Я растерянно посмотрела на Катю — у неё талант превращать трагедию в пустяк. Надо же так сухо пересказать историю любви с печальным финалом. Я не жалела дракона — нет. Он мужик, ему по статусу положено быть сильным, стойко переносить все тяготы и лишения, но в груди ёкнуло. Та боль, что мелькала в синих драконьих глазах — вот в чём дело.

— Даже не знаю, что сказать… — я пожала плечами, стараясь не выдать настоящих эмоций.

— Нам не понять, — Катюха небрежно махнула рукой. — Потеряв пару, дракон больше никогда не сможет почувствовать вкус любви. Кир угасает.

— Мать, ты жестокая, — я вцепилась в бортик ванны, пытаясь подняться, чтобы посмотреть в глаза подруги. — Шанс всегда есть.

— Не всегда, увы, — она протянула мне чашку с чаем. — Забей, Жень. Не наше это дело.

Как сказать — не наше… Когда рядом с тобой гаснет чья-то жизнь, сложно оставаться равнодушной. Пусть Кир потерял свою истинную, но сердце у него осталось. Кто запретит ему любить и быть счастливым? Любовь, на мой взгляд, ничуть не хуже распиаренной драконьей парности.

Утром я проснулась и поняла, движение — боль. Вчера я скакала зайчиком по бурелому, вот только физическая подготовка у меня не звериная, и сегодня мышцы выворачивало.

— А-ай… — перевернулась со спины на живот. — О-о-ох, — сползла с кровати на пол.

На ноги я точно не поднимусь. Выходной? Да! У меня выходной. Кое-как вскарабкалась обратно на матрас и замерла. Нельзя шевелиться. На прикроватной тумбочке зажужжал телефон. Не-не-не… Я не буду отвечать. Звонивший не успокаивался, набирал снова и снова. Пришлось тянуться к смартфону, превозмогая адские муки.

— Алё… — прохрипела, даже не посмотрев, кто там такой настойчивый с утра.

— Отработала, шалава?

Голос Вадика, а вот фраза даже для него перебор. Я посмотрела на экран — точно Вадик…

— Офигел?! — подорвалась на кровати и чуть не взывала от боли.

— Наплела мне про Вятку, а сама в Империю укатила! — орал. — Я пробил твоего вчерашнего клиента. Кир Кощеев — дракон.

— И чо?! — у меня в голове звенело от его криков.

Вадим перешёл на ультразвук, я убрала телефон подальше от уха. Этот дебил решил, что я уехала в Империю работать шлюхой. Как до такого додумался вообще? Имбицил.

— …Жень! Солнышко… — он сбавил обороты, из динамика полилась мольба. — Малыш, ты меня слышишь? Они тебя на наркоту подсадили? Я приеду, Жень!

— Сюда слушай, — зашипела. — Не твоё собачье дело, где я и с кем. Не звони и не пиши мне.

Задавив пальцем значок завершения звонка, занесла Вадика в чёрный список. Боль в мышцах больше не беспокоила — меня трясло на адреналине. За что я когда-то полюбила этого придурка? Ни мозгов, ни характера… Романтик, в перспективе программист, играл на гитаре и поил меня домашним вином. Потом выяснилось, что Вадя романтичен только, когда захочет — хотел он нечасто, в репертуаре у него всего три песни, а студенчество, скорее, тяжёлая ноша, чем путь к сытой жизни. Вино, кстати, было из магазина. Правда вскрылась, но показалась мелочью — я влюбилась, как мартовская кошка. Слава богу, чувства отпустили раньше, чем успела выскочить за Вадима замуж. Как пить дать, повторили бы судьбу Кати и Олежки.

— Доброе утро, — голос у Кира мягкий, спокойный, но, чёрт возьми, неожиданно.

Хотя… Я начала привыкать к вероломным появлениям дракона — даже не взвизгнула. Подняла голову, посмотрела на вальяжно развалившегося в кресле хозяина дома и вздохнула. Чего опять припёрся?

— Доброе утро, Кир Юрьевич. Разве вы не дали мне выходной сегодня?

— Дал, — он сощурился, словно примеряя на меня какие-то мысли.

От пронзительно-похотливого взгляда синих драконьих глаз у меня заныл живот. Нет, Кир не мысли примерял — примерялся ко мне. Глазами стягивал одеяло, забирался под футболку, в которой я спала… Да он меня взглядом трахал!

— Прекратите.

— Что прекратить? — ухмыльнулся.

Засранец лысый… Понимает всё прекрасно и продолжает. У меня пересохло во рту, а губы вспыхнули желанием поцеловать. Невозможно же! Ещё немного — и я сама накинусь на него. Не смотри на меня так! Вчера надо было брать от жизни всё, а сегодня…

— Я по делу, — тон дракона деловее некуда. — Мне нужна твоя помощь вечером.

— О-о, нет! Нет-нет! Бегать я больше не буду, — заявила решительно.

— Ходить, — Кир снова улыбался, но теперь хитро. — Пойдёшь со мной на ужин.

— Вот ещё. Не пойду, — я фыркнула и, завернувшись в одеяло, побрела в ванную.

Как же всё болело, словами не передать. Зашла в душевую кабину, включила воду — холодная, надо было пролить заранее. Минус всех частных домов — никогда нельзя получить теплую водичку сразу… Я нарочно забивала голову всякой ерундой, чтобы не думать о драконе.

— Это не свидание, — Кир Юрьевич стоял за закрытой дверью душевой кабины. Хорошо, стекло не прозрачное. — У меня деловой ужин с партнёром. Ты идёшь со мной.

— Попросите Катю, — огрызнулась, вспомнив, что он приставал к моей подруге.

— Мне нужна ты.

И сердце моё ухнуло вниз. Как же круто прозвучало! Жаль, что речь об ужине.

— Это запрещённый приём, — пролепетала.

— У меня их целый арсенал, — дверь душа уехала в сторону.

Будь напор воды чуть сильнее, дракона окатило бы. Смешно… Нет, не смешно — Кир неспешно скользил по мне — голой — плотоядным, голодным взглядом. Хотелось прижаться к стенке и глянуть на дракона так, чтобы у него пах взорвался — я когда-то умела. В отличие от меня, он не стал размениваться на фантазии — вынул меня, словно лёгкую куклу, из душа и усадил на туалетный столик. По-хозяйски устроившись между ног, мазанул коротким мягким поцелуем в губы, оставил штрихи укусов на шее. Огромная драконья рука осторожно скользила по моему израненному бедру.

— Ноги разодрала, — тяжело прохрипел мне в ухо. — Зачем в бурелом полезла?

— Чтобы ты не нашёл.