Лууле Виилма – Книга надежды. Книга духовного роста, или Высвобождение души. Лууле Виилма. Любовь лечит тело: самый полный путеводитель по методу Лууле Виилмы (страница 2)
Наибольшая усталость вызывается чувством вины перед самим собой. Постоянно переживая за других людей, человек полностью пренебрегает собственными потребностями в угоду чужим желаниям, покуда не ощущает, что подобная жизнь не имеет смысла. В такую минуту на человека может навалиться тяжёлый, непробудный сон. Если сон приходит вместе с жалостью к себе, то разбудить человека не сможет никто. Не исключено, что человек погрузился в летаргический сон.
Нередко уставший человек обращается к врачу. Если болезнь не обнаруживают – стыд-то такой! Следуя примеру окружающих, уставший человек принимается себя подстёгивать. Лучше всего действует на него плётка, именуемая страхом
Физическая усталость – это усталость тела. Усталость эта приятная, она дарит человеку крепкий сон и бодрость для новых свершений. Душевная усталость – это усталость от чувства вины. Усталость эта изматывающая, не дающая покоя даже ночью. А если заставлять себя спать, она превращается в душевную муку, которая не даёт человеку спать – заставляй себя или не заставляй.
Физическая усталость вызывается физическими действиями.
Душевная или духовная усталость возникает как следствие нереализованных желаний. Если желания высвободить, они перестают быть нереализованными.
Участь постыдной усталости
Ужасный стыд за собственную усталость порождает
Чувство усталости не является привилегией лишь трудяги, вкалывающего, подобно ломовой лошади. Усталость, испытываемая ленивцем, даже опаснее по сравнению с усталостью работяги, поскольку за время сна ни на йоту не уменьшается. Ленивцам достаётся самая чёрная брань, ибо в обществе, где принято выслуживать любовь, лень считается одним из самых страшных пороков. Поэтому число ленивых растёт как на дрожжах. Если человека лишают права быть самим собой и делать то, ради чего он рождается на свет, то он уже с детских лет становится ленивым.
Человек, который надеется избавиться от непробудного сна тем, что старается выспаться, зарабатывает репутацию лентяя. Живя в окружении героев труда, он вынужден испытывать постоянный стыд за свою лень, покуда не делается бесчувственным.
Самая великая лень – это леность мысли. Она возникает вследствие того, что человек становится жертвой ближнего, который всё воспринимает трагически.
Наивысшая леность мысли характерна для летаргического сна.
Вам, вероятно, доводилось на себе испытывать такое состояние, словно у вас внутри что-то умирает на несколько минут, а всё из-за истерических причитаний человека, который всё видит в трагическом свете. Мысль не движется, эмоции отсутствуют, сила воли куда-то испарилась, и вам даже не хочется, чтобы она к вам вернулась. Так спокойнее. Всё вокруг как бы отходит на задний план, и Вы остаётесь один в своём мире, в который не проникают трагические переживания ближнего. Если жертва человека с трагическим мироощущением захочет от всей души помочь бедному и несчастному собрату, то в какой-то момент он может испытать столь огромную безнадёжность, что сам погружается в настоящий длительный летаргический сон.
В детстве мне самой довелось пребывать в летаргическом сне на протяжении нескольких недель, и я знаю, что, находясь по ту сторону, человек видит и слышит всё происходящее вокруг. Что из этого остаётся у него в памяти – индивидуально для каждого. Мне запомнилось всё, но об этом я не рассказывала, дабы меня не посчитали сумасшедшей. От летаргического сна человек пробуждается, когда преисполненный трагизма ближний уже не столь трагически воспринимает события – тогда у спящего летаргическим сном возникает вера и надежда на то, что так будет и впредь. Таким образом, вера, надежда и любовь оказываются сильнее смерти.
Чтобы меня не истолковали превратно, подчеркну: истинная вера, истинная надежда, истинная любовь. Если бы на том свете я не ощущала, что во
Участь постыдной лени
Ужасный стыд за собственную лень рождает
Комфортабельная жизнь прельщает всех. И в самом деле – к чему истощать свои силы изматывающей умственной либо физической работой, если есть разум, способный изобрести способы облегчения жизни? Разве для восстановления здоровья нужно вновь вернуться в лес, чтобы жить, как люди жили в незапамятные времена? Нет. Удобства, которыми мы пользуемся, призваны экономить то, что нам необходимее всего, – время. Сбережённое время даёт нам возможность совершенствовать себя как человека соответственно данному уровню развития. Если это время используется с пользой, мы сумеем управиться и там, где отсутствуют какие-либо удобства, и не станем говорить, что это место плохое. Человеческое отношение к удобствам не судит о ком-либо либо чем-либо по наличию удобств и не делит по этому признаку людей или предметы на хорошие и плохие.
Как хорошо быть богатым и похваляться комфортабельной жизнью!
Кто не богат, тот думает иначе. Если он ещё не потерял совесть, ему стыдно стремиться к удобствам, ибо на свете столько горя, бед, нищеты, голода. В то же время человек, стесняющийся материального комфорта, не замечает, что его начинает в той же мере тянуть к душевному комфорту. Душевный комфорт хуже всего, так как человек перекладывает все проблемы и всю ответственность на других людей. При этом его материальный достаток не играет никакой роли. Удобнее всего вообще не шевелить своими мозгами.
О богатстве мечтают все, однако любой бедняк скажет, что все беды происходят из-за денег. Из-за критического отношения к деньгам их у него и нет. Как нет и комфорта, ибо свою жизнь он вверяет в чужие руки, полагая, что тем самым являет себя хорошим человеком, который достоин счастливой жизни. Покуда счастье его запаздывает, он будет всерьёз стыдиться буржуйского комфорта. А чуть разбогатев, будет жутким образом стесняться своей комфортабельной жизни перед любым, кто хоть чуть-чуть беднее его. Неискренние извинения воспринимаются окружающими как кокетство и бахвальство, вызывая злобу.
Кто действительно стыдится комфорта, тот делает все, чтобы не было удобств. Например, оставляет в последнюю минуту все дела незавершёнными, желая показать, что цель его работы заключается отнюдь не в создании комфорта. Так, люди могут годами ходить по дорожке, по той или иной причине не доделанной на пару метров. Рядом будет лежать куча гравия – её даже не растащили – однако никто не удосужится довести работу до конца. Люди скорее готовы покалечиться. По тому же принципу всюду будут бросаться в глаза какие-то бытовые недоделки – тут не прибито, там просело, а вон там просто валяется – причём дело вовсе не в нехватке времени, денег либо рабочих рук. Такое отношение вызывает недоумение у любителя комфорта.
В будничной жизни стыд за комфорт выражается в том, что человек не доводит до конца повседневные работы либо откладывает их завершение на неопределённое время. Например, встаёт утром с кровати, а постель не застилает. Утром-то что? Закрыл дверь в спальню – и с глаз долой. Вечером же вид не застеленной постели может вызвать возмущение. Если от этого зрелища чаша терпения переполняется, человек ночью заболевает.
Другой пример. Человек поел, а посуду за собой не убрал. Если на столе остаётся посуда с завтрака, человек приходит вечером домой, и у него портится настроение. Если стол не убран после ужина, утро начинается с дурного настроения. Думаю, не стоит объяснять, с какой лёгкостью раздражённый человек вступает в конфликт с коллективом и что бывает, если он не имеет возможности излить своё раздражение на окружающих.
Ещё один пример. Снятую с себя одежду человек не вешает в шкаф, а разбрасывает где попало, не говоря уже о том, чтобы тут же её постирать. Оторвавшуюся пуговицу будет пришивать неделями. Чем дольше тянуть, тем очевиднее, что пуговица в конце концов потеряется. Теперь придётся покупать новые и заменять старые – вместо одной придётся пришивать несколько. От этого человек становится все более нервным и чувствительным в отношении мелочей. Поскольку человек с обострённой чувствительностью беспомощен перед своими эмоциями, его охватывает уныние. У него происходят перепады в настроении, именуемые депрессией.
Очень удобно ничего не уметь, не знать, не чувствовать, махнуть на всё рукой и говорить: