Lusy Westenra – Я верну тебя в свой мир 2 (страница 18)
Дмитрий спокойно добавил:
— Думаю, с вами он будет мягче.
— А практикой кто будет заниматься? — спросила Люсиль. — Музыка — это одно. А сила?
— Пока Владимир здесь, он может помогать вечерами, — ответил Дмитрий.
— Без проблем, — кивнул Владимир.
— А потом?
— Василина слишком импульсивна. Возможно… Александр.
— Только не он, — почти одновременно сказал Май.
Люсиль усмехнулась.
— А ты сам не хочешь?
— Ты меня не слушаешь, — спокойно ответил Дмитрий.
— Это правда.
Разговор постепенно сошёл на другое.
Владимир рассказывал, как Луи доводил его до изнеможения, как заставлял брать одну и ту же ноту снова и снова. Виолетта слушала с улыбкой, не веря, что её муж мог так страдать из-за музыки.
Про внешность Луи Владимир не сказал ни слова.
После чая все разошлись по комнатам.
Май и Люсиль поднялись вместе.
Дмитрий остался внизу — за ноутбуком, среди документов.
Дом снова погрузился в тишину.
Ночью Владимир не выдержал и всё-таки позвонил Александру.
— Угадай, кто завтра будет у Димы, — сказал он без предисловий.
На том конце повисла короткая пауза.
— Не может быть… — голос Саши мгновенно стал живым. — Он?
— Он.
И этого оказалось достаточно.
Утром Александр уже был в поместье.
Деду он толком ничего не объяснил. Ещё пару дней назад говорил, что “больше не тянет в тот дом”, но теперь резко сорвался и уехал. Любопытство перевесило гордость. И имя Луи будоражило куда сильнее, чем любые обиды.
Луи не появлялся в их жизни сотни лет. Он жил кочевником — появлялся в одной стране, набирал учеников, исчезал, всплывал в другой. Среди вампиров ходили легенды: к нему выстраивались очереди, он брал огромные деньги, но если видел настоящий талант — занимался бесплатно. Некоторые семьи копили десятилетиями, чтобы отправить ребёнка к нему хотя бы на год.
И вот он едет сюда.
Утром Александр уже сидел за столом.
Люсиль — как обычно, напротив Дмитрия, кормила Элериона. Наилия сидела рядом, ковырялась в каше и украдкой слушала разговоры взрослых.
Саша сел примерно в середине стола, чуть подальше от Люсиль, делая вид, что держит дистанцию.
Она, конечно, не выдержала.
— Что же привело тебя в такую рань обратно? — спросила она с усмешкой. — Неужели ты простил меня?
Саша повернулся к ней с фирменной улыбкой — чуть лукавой, чуть театральной.
— Моя дорогая, я на тебя даже ни секунды не злился. Моё сердце всё ещё принадлежит тебе, если вдруг забудешь.
— Ох-ох-ох, как наигранно, милорд, — протянула она.
Они оба рассмеялись, но каждый понимал — под этим смехом у Саши уже шёл расчёт. Он не собирался сдаваться.
Дмитрий, наблюдавший за ними, сухо заметил:
— Из-за Луи приехал?
— Конечно, — кивнул Саша. — Пальцы до сих пор помнят его заботу.
Владимир поправил галстук и хмыкнул:
— С радостью бы вернул должок.
Они переглянулись, как заговорщики. Никакого плана не было, просто общее ощущение — старый учитель снова появится, и будет интересно.
После завтрака взрослые переместились в игровую.
Себастьян взял детей. Василина категорически отказалась присутствовать при встрече.
— Я с ним уже имела честь не заниматься, — сухо сказала она. — Мне достаточно.
Она взяла близнецов, Себастьян — Наилию и Элериона. Люсиль сначала пошла было с ними, но потом осталась, сославшись на то, что “хочет посмотреть на легенду”.
Дом постепенно затих.
Все ждали.
И именно Май почувствовал первым.
Не звук машины.
Не шаги.
А присутствие.
Новая энергия. Чужая, но сильная.
Он встал, спокойно отставил чашку и направился к двери.
Когда дверь машины открылась и из неё вышел Луи, Май на секунду замер. Не от страха — от неожиданности. Но лицо осталось спокойным. Спина прямая. Взгляд ровный.
Он слегка поклонился.
— Добро пожаловать.
Луи прищурился.
— Уважаю такую сдержанность.
Одет он был… мягко говоря, вызывающе. Барочный камзол, чулки, туфли с пряжками. Белый парик странного, будто выцветшего оттенка, уложенный нарочито небрежно. Лицо — словно маска: глина или что-то похожее размазано по коже, глаза обведены чёрным, губы подчеркнуты красным, под носом приклеена мушка.
Он выглядел не как легендарный учитель музыки, а как сбежавший актёр из безумного театра.
Но Май не отреагировал.
Он открыл дверь шире.