Лус Габас – Сердце земли (страница 55)

Сезар решение одобрил. Он мог бы попытаться остановить безумцев, но прекрасно понимал, что ничего у него не выйдет.

– Будь предельно осторожен, – напутствовал он.

Алира отправилась вслед за Дамером и младшим братом. Они добрались до стены, которую пару дней назад бурили, чтобы добраться до подвала. По свежему цементу было видно, где наложили заплату.

– Вон ее спальня. – Алира показала на балкон на втором этаже.

– Тогда отсюда и начнем, – решил юноша, прислоняя лестницу к фасаду.

– Там моя мать, так что пойду я, – возразил Томас.

– Зато я быстрее.

Дамер подобрал с земли камень и полез наверх. Вскоре он достиг балкона и разбил стекло. Он знал, что так делать не стоит, потому что попавший внутрь кислород раздует пламя сильнее, но выбора у него не было: в противном случае, если Элехия внутри, у нее нет шансов. Юноша просунул руку в дыру, из которой уже валил дым, отодвинул металлическую защелку и смог открыть балконную дверь. Он тут же оказался внутри густых клубов дыма, зашелся кашлем и выглянул на улицу, чтобы продышаться, потом снял рубашку, порвал ее, прикрыл лицо и рот, предварительно сделав глубокий вдох и завязав концы ткани на затылке, и проник в спальню. Вскоре слуха Томаса и Алиры достигли его крики:

– Она здесь! Мне нужна помощь!

Женщина не мешкала ни секунды.

– Позови еще людей! – велела она брату, а сама схватилась за перекладины лестницы и полезла наверх.

Войдя в комнату, она разглядела в дыму Дамера, который нес на руках тело ее матери.

– Кажется, она еще дышит, – произнес он срывающимся голосом.

Алира тут же оказалась рядом прошептала тихо-тихо, не ожидая услышать ответ, дотронувшись до ее лица:

– Что случилось, мама?

Глаза Элехии были закрыты, как будто она крепко спала.

– Нам пора, Алира, – услышала женщина голос Дамера.

Они вернулись на балкон и увидели Томаса, стоявшего на ступеньках лестницы. Он протянул руки, чтобы принять у них ношу.

– Я сильнее вас, – заявил он, осторожно взвалив ее на плечо, словно мешок.

С помощью еще двоих мужчин, стоявших чуть ниже и страховавших его за пояс, чтобы не потерял равновесие, он медленно спустился вниз. Уже внизу он взял мать на руки и отнес подальше от стен. Там он встал на колени и опустил ее на землю под кроной старого ясеня. Вокруг уже начали собираться люди, в том числе Мальва. Девушка тоже присела рядом и попыталась реанимировать пожилую женщину, но безрезультатно. Потом ее сменил Сезар, но Элехия не подавала признаков жизни.

Алира опустилась возле матери, взяла ее за руку и шептала сквозь слезы:

– Ты лежала в постели в ожидании смерти. Я заметила баллон в твоей спальне. Почему, мама? У меня в голове не укладывается. Что нам теперь делать? Как мне теперь быть?

Внезапно налетел ветер. Пламя взвилось с новой силой, как будто до этого дожидалось, когда хозяйка покинет дом, чтобы выплеснуть на него всю свою ярость. Алира огляделась и поняла, что никто уже не пытается с ним бороться. Пожарные еще не прибыли, и стало ясно, что особняк уже не спасти. Как и остальные, она завороженно смотрела на огонь, ее мысли плясали вместе с ним, а все прочие чувства притупились. Раздался треск, и одна из башен обрушилась, за ней – другая. Затем провалилась крыша, увлекая за собой стены, подняв облака пыли, дыма, искр и углей, круша рамы и дверные проемы. Грохот и рокот сменяли друг друга, а когда наконец всё закончилось, Алира ощутила, как что-то сильно сжало ее ладонь – ту, которой она держала руку матери. То был последний проблеск жизни перед финалом.

И Алира потеряла сознание.

Придя в себя, Алира не сразу осознала, что лежит в больничном боксе, под капельницей. Рядом в кресле устроился Дамер и наблюдал за ней. Его лицо еще хранило следы сажи, как будто он умывался в спешке, а одежда – пятна крови. Рука, в которой он держал камень, чтобы разбить окно, была забинтована.

Их взгляды встретились, и юноша улыбнулся.

– Ты как перегорающая лампочка, – произнес он, вставая, – то включишься, то отключишься. Ты будто не хотела приходить в себя.

В памяти всплыли сцены пожара и смерти Элехии. Отец и мать помогли ей понять кое-что, что Элехия не одобряла. Веками никто в семье не наследовал поместье, а мог только управлять им. Но мать решила лишить новое поколение этого права.

– Зачем, мама? Зачем ты решила все уничтожить?

Алира зажмурилась от боли.

– Али! – воскликнул юноша, подскочив к ней и схватив за руку.

– Все нормально, – заверила его женщина, – просто трудно все это принять. Мама… дом… – Слезы покатились по ее щекам.

– У тебя есть я, – прошептал юноша.

«Это много, – подумала Алира, – но недостаточно».

Какое честолюбие! Она свыкнется с потерей прошлого и внезапно обретенной, разрывающей сердце свободой. И женщине стало грустно. Она вспоминала Элехию, и неподъемная тяжесть давила на грудь, а из глаз катились слезы. Она живо представляла себе, как пламя пожирает ее дом, воспоминания, разум, и сама грезила о смерти. Нужно только закрыть глаза – и все закончится. Она больше не будет страдать, размышлять, пытаться осознать, противиться и мириться.

Занавеска отодвинулась, и вошли Томас с врачом, а с ними медсестра, чтобы снять капельницу. Молодая докторша с волосами, заплетенными в косу, пробежала глазами по документам в папке и произнесла:

– Волноваться не о чем. – И обратилась к мужчинам: – Вы нас не оставите на минутку? Вас вызовут в комнату для посетителей. – Она дождалась, пока сестра закончит работу и все покинут палату, а потом повернулась к Алире: – Через полчаса мы проведем еще один тест, но, – она понизила голос, – предыдущие показали, что вы беременны.

Алира задохнулась от удивления. Чуть меньше года назад у нее прошел климакс, и она даже и не думала предохраняться от беременности. А когда их отношения с Дамером стали развиваться, она даже не задумывалась о защите от венерических болезней: они ведь друг другу доверяли.

– Судя по реакции, вы не хотите иметь детей, – заключила врач.

– Я думала, что не могу…

– Это маловероятно, но не невозможно в вашем случае. В любом случае, все покажет ультразвук, однако вероятность положительного ответа очень высока. Мне сообщили о вашем несчастье, я вам очень сочувствую. И в дальнейшем советую вам собрать все силы и успокоиться ради будущего ребенка.

Алира вытерла слезы и кивнула.

– Пожалуйста, не говорите никому, – попросила она.

– Разумеется. Это врачебная тайна.

Врач вышла, а вместо нее заглянул Томас.

– Поехали домой, – предложил он, заметив, что сестра больше не под капельницей. Потом смысл сказанного дошел до него, и он потупился: дома-то больше не было.

– Я пока останусь, – сообщила Алира.

– Тогда мы подождем. – Дамер присел рядом с ней. – Торопиться некуда. А ты сможешь жить со мной в Алкиларе.

– А остальные как же?

– Аманда уехала к матери в Монгрейн, – принялся перечислять брат, – она и нас приглашала. Адриан, скорее всего, останется в отеле, потому что ему запрещено покидать город по санкции суда. Херардо сейчас в Алкиларе. Я позвал его, и он тут же примчался, не дожидаясь окончания следствия. Он в пожарной части. Надо будет заплатить бригаде, потому что страховки у нас нет… И это будет недешево.

Они переглянулись с Дамером, что только усилило тревогу Алиры. Томас всегда был очень спокойным, но сейчас – видимо, на нервах – считал необходимым посвятить сестру во все детали. И он автоматически продолжил:

– Херардо уже успокоился. Он хочет дождаться, пока руины окончательно дотлеют, и сходить на разведку: вдруг что-то уцелело? Мы будем ходить по очереди. И заберем тебя и Тельму. Не знаю, где найдем этой ночью кров, но думаю, что можем пойти в отель. Даже не знаю, осталось ли у нас что-то… Да, кстати, Крина позвонила, как только услышала о случившемся; она очень сожалеет. Все вокруг уже в курсе, в том числе пресса. – Его голос дрогнул. – Я подозревал, но не догадался…

– Я тоже, – глухо вторила ему Алира. – Нам нужно позаботиться о похоронах.

– Тело забрали на вскрытие.

– Зачем?

– Сезар сказал, так положено. Для отчета и всего такого…

– Мы поможем, – вызвался Дамер, стараясь выглядеть оптимистичным. – Будем дежурить возле руин. И вам найдем домик в Алкиларе, если захотите к нам присоединиться. – Он коснулся руки Алиры. – Вы не останетесь одни.

Женщина слабо, грустно улыбнулась. Какая ирония судьбы: последние владельцы поместья находят кров у скваттеров в Алкиларе! Искренняя щедрость Дамера, конечно, радовала, но ей нужно было все обдумать. Теперь мир вращался вокруг ее утробы, которую она сейчас обнимала. Что же делать? Сказать ему? Сказать в любом случае, не важно – решит она оставить ребенка или нет? Мнение Дамера она знала: он детей не хочет. Конечно, последнее слово в любом случае останется за ней…

Странная мысль пронзила сознание. Теперь, когда ее мать мертва, страх перед тем, как дальше жить, начал отступать. Элехия была единственной, перед кем она отчитывалась за свои поступки, но сейчас не осталось никого. Близкие будут обсуждать ее решения, но их мнения ее больше не будут волновать.

– Иди отдохни, Дамер, – произнесла она мягко. Ей нужно было поговорить с братом. – Томас меня отвезет.

Уже в Алкиларе Дамер так и не мог отделаться от навязчивой мысли: что-то с Алирой было не так. Он понимал, как тяжело она переживает смерть матери, потому что сам испытал то же. И это горе усиливалось крушением домашнего очага, того, что было смыслом ее жизни, колыбелью души и рода, ее светом и тьмой. Он с самого их знакомства ощущал ее связь с этим местом, глубоко пустившим корни в ее сердце. Как она сможет приспособиться к новой жизни? Как поступит он сам? Он ведь не был с ней до конца откровенен…