Лунэль – Магия для двоих (СИ) (страница 47)

За окном потемнело, Аларик посмотрел сквозь стекло, нужно выпить снотворное, скоро начнется не хилая качка, судя по тучам и волнам. Приближался шторм и учитель боялся, что его морская болезнь в этот период добьет его.

Елена наблюдала как Эдмунд, о чем-то договорил с капитаном яхты. Качка усилилась, а погода ухудшилась, но это не насторожило Елену.

Девушка вздохнула и успокоилась, сжав кинжал в руке, она уверенно пошла к стоящему лицом на корму Эдмонду.

— Даже и не пытайся, — она вздрогнула, он раскрыл ее? — я не пущу тебя к Деймону, — он так не повернулся к ней, Елена подошла ближе.

Эдмунд вздрогнул, удар в спину был неожиданным, тело покрывалось сеточкой вен. Как только жертва подлости мисс Гилберт упала на палубу, девушка кинулась к Деймону, у нее есть пара часов, прежде чем очнется Эд, орел не позволит кинжалу долго находится в теле хозяина. Собственно птичка уже издала протяжный крик.

Подбежав к своему вампиру, который, осунувшись, сидел на самом конце кормы, руки его безвольно лежат на согнутых коленях, голова склонена между коленями. Елена дотронулась до его плеча, но тут же взвизгнула.

В поясницу больно впивались ограждения палубы, шею сжимали грубые пальцы, на глаза навернулись слезы, ей трудно дышать. Взгляд с болью смотрит на бледного, с впалой кожей от нехватки крови Деймона. Голодный взгляд, сеточка вен под глазами и оскал зверя. Елена не делает попыток вырваться, вместо этого она берет его за плечи и притягивает к себе. Зарывается руками в его волосы, посылая ему сигналы своей нежности, доброты и любви.

Вампир убирает руку с ее шеи и грубо притягивает за талию. Елена ойкнула, когда острые клыки вонзились в шею, разрывая нежную кожу. Деймон делал жадные глотки, он голоден и не соображает, что творит. Есть лишь жажда и жертва. Он оторвался от девушки, хищник удовлетворенно улыбнулся, слизывая кровь с губ, а потом вцепился по новой.

Елена не отталкивает его, не смотря на то, что ей больно, что он груб, она растворяется в нем, отдает всю себя. Сейчас она любит за них двоих, успокаивающе гладит его спину, зарывается пальцами в волосы. Но постепенно силы уходят, вместе с кровью, Деймон забирает ее жизнь. Руки сползают и в конечном итоге, Елена становиться как безвольная кукла, которая не падает лишь потому что ее крепко держит дитя ночи.

Ликующий монстр внутри не может оторваться от своей добычи, которая сама пришла в руки, ему дали волю, он безграничный повелитель сознания, удовлетворяет свой голод. Но неожиданно его вытесняют: человечность, что так не вовремя появляется и любовь, которую монстр считает помехой. Они сильнее, он отступает.

— Елена? — смотрит Деймон на полуживую, почти потерявшую сознанию девушку.

Она слабо ему улыбается. В ее глазах нет ненависти, лишь счастье, что он вернулся. Вампир прокусывает запястье и подносит его к ее рту.

— Глупая, что же ты творишь? — говорил вампир, пока она пила его кровь.

— Прости, — он опешил от ее извинений, девушка попыталась его поцеловать, но он отстранился.

— Что!? — немного грубо спросил он. — Ты извиняешься, но за что? Это я должен!

— Я виновата в том, что так долго не решилась пойти на преступление и придти к тебе, — она обняла его.

— Дурочка, — прижал ее к себе Деймон.

Черт он испугался, когда выбрался из пучины собственной тьмы, которая окружила его, как защита от мира, реакция на правду, сильное потрясение. Монстр не дремал, бесконтрольно главенствуя и заправляя балом. Своими руками он чуть не убил ее, ту, что дороже жизни, ту, что смысл жизни.

— Я люблю тебя, — прошептала она.

Он нежно коснулся ее подбородка и заставил посмотреть на него.

— Будешь еще раз, так глупо жертвовать собой, разлюблю, — девушка хотела, что-то ему ответить на это, но не успела, его губы завладели ее, жадно целуя.

Неожиданно яхта приподнялась, что заставило их оторваться друг от друга и взглянуть на то, что они не замечали. Большая волна неслась прямо на нос яхты, Деймон лишь успевает прижать к себе Елену и вцепиться в ограждения борта. Волна накрывает их, грозясь смыть их в океан, но благо силы Деймона хватает, чтобы этого не произошло.

Мокрая парочка рассмеялась, смотря друг на друга.

— Нужно уходить, пока не смыло, — лукаво улыбнулся Деймон, он временно отпустил свою боль, надевая очередную маску.

— Согласна, — поцеловала его в щеку Елена и замерла, ее взгляд коснулся того места, где лежало тело Эдмунда. Его не было, — Деймон, — со страхом произнесла она.

— Что? — обеспокоился он и проследил за ее взглядом.

— Кажется, я утопила Эдмунда в Атлантике, — произнесла она.

Глава 26

Даже прижавшись к любимому и чувствуя его тепло, ее трясло, не от холода, а от осознания содеянного. Тело Эдмунда, Деймон так и не нашел, усилившийся шторм заставил вампира покинуть палубу. Яхту качало в разные стороны, волны то и дело угрожали перевернуть ее, что уж говорить про беспомощного первородного. Орел все же успел вытащить кинжал, но теперь угрожающе смотрел на Елену из импровизированной клетки, в которую, жаждущего мести орла, запихнул Деймон. Но пробуждение не происходит так быстро, Элайджа не просыпается уже второй час. А значит, тело Эдмунда от сильных волн могло пойти ко дну.

Елена укуталась в плед и уткнулась в плечо своего вампира. Девушка не хотела, чтобы было так, это была лишь временная мера, всего лишь путь к Деймону. Мисс Гилберт никак не хотела предавать тело практически невинного первородного океану. Если бы она была внимательней, если бы Елена обратила внимание на ухудшения за бортом, то оттащила бы тело с палубы.

Орел же портил барный шкаф из дерева, клювом раздирая деревянные прутья, что украшали дверку, вместо стекла. За хозяина он заклюет эту кареглазую девицу. Связи с ним не было и птица опять чувствовала удушающую пустоту.

— Убью! — очнулся Элайджа, Елена еще сильнее вжалась в Деймона, он обнял свою девушку, понимая, что если брату Клауса захочется мести за очередную смерть, то он не сможет ее защитить, но, по крайней мере, их убьют вместе.

Первородный поднялся с пола, яхту качнуло и Элайджа потерял равновесие, но не упал лишь пошатнулся. Оглядевшись он увидел парочку, удивился что Деймон тут и похоже уже адекватен, хотя не до конца, этот вампир смотрит на него с угрозой. Пока взглядом защищает свое сокровище, Элайджа от этого даже прыснул, сравнили котенка с тигром.

— Элайджа прости, но… — начало говорить жалкое подобие Катерины, у той бы мозгов хватило не вытаскивать кинжал из спящего Везувия.

Брат Клауса поправил галстук и воротник пиджака, а потом размял кулаки и уже намереваясь устроить смертную казнь, поздоровался со стенкой. Яхту опять качнуло, что и послужило знакомству Элайджи со стеной.

— Да что происходит!? — еще не разобрался в ситуации мистер Благородство.

— Шторм, — ответил ему Деймон. — И не злись на Елену, она на это пошла ради меня.

Элайджа закатил глаза — влюбленные, что с них взять, все ради любви и прочей белиберды. А потом его внимание привлекла картина, того, как орел Эдмунда остервенело прокладывает себе путь на волю.

— А Эд где? — спросил Элайджа, тут Елена разрыдалась и этот приемыш Эдмунда, начал ее успокаивать.

— Тут такое дело, — произнес Деймон, поглаживая свою мисс Ван Хельсинг по голове, — она его заколола…

— Двоих первородных за день! — щелкнул языком Элайджа, да Клаусу и не снилось такое.

— Это еще не все, его тело было на палубе, поднялась большая волна и вполне вероятно, что Эд сейчас пошел на корм акулам, — выдал нервный смешок Деймон.

Элайджа потянулся к бутылке, такими темпами все благородство и сдержанность из него выбьют новостями, мама родная не узнает, когда он вернется.

«— Если вернусь,» — мысленно добавил он.

— Как на корм акулам?

— Я не хотела, — всхлипнула Елена.

Орел издал пронзительный крик, явно предназначающийся мисс Гилберт.

— А ты то где был? — зыркнул на Деймона, Элайджа.

— Там на корме, но не в себе, уже после волны я узнал, что тут твориться и что у меня опасная девушка, — с искоркой гордости произнес Деймон. — Но ничего не сделаешь, Эдмунд утоп…

— Так спокойно говоришь, словно он и не друг тебе.

— Он лжец, можно сказать, что его наказали за ложь, длящуюся сто семьдесят лет, — пожал плечами Деймон.

Ви покачала головой, когда ее темный собрат растворился и материализовался в качестве кита горбача в Атлантике. Все же не давал ему покоя этот Эдмунд, что ж пусть спасает, а она пока продолжит наблюдение.

Опекун Гилбертов приоткрыл один глаз, так солнце светит, значит, шторм кончился, как впрочем и действие снотворного. Мистер Зальцман устроил сладкие потянучки в кроватке, издавая при этом урчания довольного кота. Найдя дорогу к личному душу в личной каюте, он принялся за утренние процедуры.

Примерно через час Рик присоединился в столовой к уже собравшимся пассажирам яхты, приятно удивившись, что среди них присутствует Деймон. Учитель, выпив таблетку накануне боялся, что его смоет волной, но идти и спасать друга помешали слипающиеся глаза и приятные объятия Морфия.

— Деймон, — улыбнулся учитель, присаживаясь напротив как обычно безупречного вампира.

— Рик, — кивнул ему вампир.

— Извинись, — налил чашку кофе учитель.

— За что? — напустил невозмутимый вид Сальваторе старший, Елена ему, конечно рассказала о его выходке с опекуном, но Деймон решил поиздеваться.