Лунэль – Магия для двоих (СИ) (страница 119)

А пока Керолайн боролась с чувствами к Клаусу и планировала предстоящее событие, Елена и Деймон выбирали имя ребенку. Да слишком рано, но родители просто постеснялись при всех придаваться любви и поэтому отвлеклись на придумывание имени.

— Да мы даже не знаем, кто это будет, — пробурчал Деймон после того, как Елена отрицательно отнеслась к наверно уже пятидесятому имени, которое придумал будущий отец. Двадцать пять женских и двадцать пять мужских. Елене все не угодишь, в конце концов он отец, а имя выбрать не дают.

— И что?

— Я устал Елена твоя очередь.

— Вас слушать я устал, скажу прямо в роду Татии рождаются лишь девочки, — Эдмунд не выдержал пытки именами и раскрыл секрет рода. — Мой ритуал навсегда лишил возможности появления мальчиков.

— Слава Богу! — воскликнул Деймон.

— Деймон? — удивилась такой радостной реакции Елена.

— Второго меня мир не выдержит, — улыбнулся он ей. — Ну так твоя очередь, тебе легче лишь женские.

— А я уже придумала.

— Ну?

— Либо Санса, либо Дейенерис или все и сразу, — выдала Елена.

— Я больше не дам тебе смотреть «Игру Престолов», — пробубнил Деймон.

— А мне нравится Санса Дейенерис Сальваторе, — подала голос Велия.

— И мне, — вот Аларика ему еще не хватало.

— Мы за, — пробубнил Джереми, Анна кивнула.

— Хорошее имя, — мисс Фелл… ну просто не могла промолчать.

— Ага, — оборотень, ну тебя-то куда понесло.

— Одобряю, — кивнул Клаус, после того как Деймон его послал, а он его покусал они более не бычились. Гибрид был в приподнятом настроении, вот что поцелуи с мужчинами делают.

— Какое красивое, — Барби-вампир тоже не удержалась.

— Конечно, слово за тобой, — улыбнулся Эдмунд. — Но против того, что имя хорошее не поспоришь.

— Сговорились что ли? — сложил руки на груди Деймон и отвернулся к иллюминатору.

— Деймон? — дотронулась до его плеча Елена.

— Я в печали.

— Деймон, — настырная мисс Гилберт потрясла его за плечо.

— Я сто семьдесят лет Деймон! — обиженно произнес вампир. — Я отец, а мое мнение даже не спрашивают. Отлично, здорово, мою дочь будут звать в честь героинь сериала! Круто! Что уж тут. Мир полетел в тартарары! Хоть фамилию мою приставили и на том спасибо.

— Не ожидал я от тебя того, что ты смотришь сериалы. Хотя «Игра Престолов» вполне ничего так, — произнес Клаус.

— Клаус, ты тоже смотришь этот сериал? — удивился Эдмунд.

— Вот только не говори, что ты хотя бы одну серию не глянул, — бросил ему гибрид.

— Ну теперь понятно в кого ты всех мочишь, в этого мелкого королька на троне, жертвы инцеста брата и сестры, — улыбнулся Эдмунд.

— О, до этого злодея мне далеко!

— Вы как старушки на лавочке сериал будет обсуждать? — спросил Джереми.

— Молчи! — шикнули на него первородные.

— Ладно-ладно, — не решился дальше встревать Джереми.

— Деймон, ты что — обиделся? — спросила Елена, у своего еще не официального жениха.

— А ты как думаешь? Ты уже все придумала, а я как последний идиот тут пыхтел вспоминая имена, — поджав губы произнес он.

— Ну прости, — поцеловала его в щеку Елена. — Я правда думала, что возможно тебе удастся меня переубедить и я отрекусь от этих имен.

— Думала она. — фыркнул Деймон. — А мальчика как бы ты назвала? — все же осмелился спросить вампир. — Только не говори, что в честь героя книги, серила, фильма, мультика или еще какой белиберды!

— Это не ерунда Деймон, а красивые имена.

— Да и спросят у нашей дочери, в честь кого тебя назвали? И что она ответит? Писец, а не родители! — не унимался вампир.

— Вот сам и называй! — обиделась теперь Елена.

— Вот и назову!

— К тому моменту когда родится моя внучка, он уже свыкнется с этими именами, — проговорила тихо Велия, Эдмунду. Первородный кивнул и продолжил дальше собачится с Клаусом по поводу «Игры Престолов», а Джереми лишний раз убедился, что все таки эти два древних «старушки на лавочке».

имеется ввиду Джоффри Баратеон — принц, а впоследствии — Король Вестероса. Официально считался сыном короля Роберта Баратеона и Серсеи Ланнистер. На деле же сын Серсеи и Джейме Ланнистера, ее брата-близнеца.

Глава 57

Париж. Столица Франции и город, который в мире ассоциируется с любовью, а французы считаются самыми подкованными в этом вопросе. Знаменит Лувром, Триумфальной Аркой, Собором Парижской Богоматери, Святой Капеллой, Мулен Ружем и, разумеется, Эйфелевой башней с Елисейскими полями. «Увидеть Париж и умереть», но к прибывшей в аэропорт компании это не относилось и не только потому что половина из них бессмертные вампиры, а еще и потому что многие не готовы простится с жизнью. Хотя не раз убеждались, что у Судьбы и Смерти на этот счет другое мнение, но кто будет забивать себе этим голову в городе любви? Уж точно не протягивающая высокому шатену листок бумаги блондинка, и не молодой человек с черными волосами, окружающий любовью свою спутницу, тем более об этом думать не хотелось молодому юноше с миниатюрной девушкой. Незадачливого вида мужчина с легкой щетиной похоже вообще увлекся изучением карты со своей спутницей, которая улыбалась ему. Юная девушка озиралась по сторонам, какое там забивание головы о ходах Судьбы и Смерти, было видно что юная особа в этом городе впервые в жизни. Красивая черноволосая девушка, видимо родственница черноволосому парню, держала за руку своего не менее выделяющегося из всей толпы спутника, который пытался привлечь внимание друзей.

— Господа! И Дамы! — звал он в который раз, многие в Париже впервые и естественно не обращают внимание на его зовущий тон.

Шатен слишком увлечен чтением послания от блондинки, черноволосый что-то шепчет на ухо брюнетке, кто-то не отрывается от карты.

— Клаус!

— Где?! — хором отозвались многие.

— Что? — отозвался тот кого звали Клаус.

— Отлично, я привлек ваше внимание, — улыбнулся Эдмунд. — Поскольку у нас всего сутки, чтобы спасти Элайджу и забрать стариков которые заигрались в любовь предлагаю многим не терять время и осмотреть город. Но хочу и предупредить, что ночевать мы будем в моем доме и тут уж попрошу ничего не ломать, ничего не бить, ничего… В общем хотя бы один день хочу чтобы вы вели себя не как обезьяны в зоопарке. Я ясно выразился?

— Предельно, — ответил Никлаус. — Керолайн, милая, ты что издеваешься? — глядя на лист бумаги, произнес гибрид.

— Ты вызвался показывать мне красоты мира, вот и показывай, — ответила мисс Форбс. — Тут ничего запредельного нет.

— Но а спать я когда буду? — если бы не день в городе, все было бы проще. И да первородный гибрид не прочь повалятся в кроватке лишний часик.

— Не мои проблемы.

Клаус еще раз посмотрел в список:

«Лувр, хочу увидеть твои картины и Мону Лизу.

Университет Сорбонны, что в нем особенного?

Собор Парижской Богоматери и Святую Капеллу.

Опера Гарнье, готовь костюм.

Катакомбы Парижа, а там правда есть черепа?

Утопить тебя в Сене.

Пер-Лашез, на готику меня потянуло, ну на готику. Оденься в черное, это все же кладбище.

Елисейские поля.

Мулен Руж.