Луна Лу – Темное сердце леса. Когда все тлеет (страница 9)
Хантер стремительно приближается и через мгновение снова оказывается вплотную ко мне. Он отводит сковороду в сторону, властно хватает меня за плечи и резко разворачивает к себе. Его дыхание обжигает кожу, и я чувствую, как меня бьет мелкая дрожь.
– Перестань обманывать себя, Корделия, – угрожающе говорит Хантер.– Я видел твои рисунки. Ты рисовала меня. Тебя влечет Тьма, а я – ее воплощение.
– Рисунки ничего не значат, я просто художница… – шепчу я, отчаянно пытаясь вырваться из его хватки.
– Художница, – хмыкает он, а в его глазах за маской вспыхивает опасный огонь, – которую притягивает Тьма.
В этот момент я действительно вижу, что Хантер – воплощение тьмы. Я молчу, потому что не могу отрицать, что темные стороны человеческой души и искусства всегда меня привлекали.
Но откуда ему знать? Как он проник в мою душу и смог разглядеть во мне то, что никогда не видели окружающие?
– Ты совершенно меня не знаешь, – в жалкой попытке отрицания бросаю я. Не знаю, почему продолжаю сопротивляться, зная, что он прав.
– Я знаю, что ты хочешь того же, что и я, только не признаешься.
Как он, черт возьми, лезет мне в голову?
Хантер вдруг наклоняется и обхватывает мое лицо ладонями. А затем касается моих губ губами своей маски. Это холодное, но такое настойчивое, прикосновение вызывает во мне бурю противоречивых эмоций. Я чувствую себя пленницей, жертвой, но в то же время какая-то неведомая сила тянет меня к нему, заставляет физически поддаться.
Мысленно все еще пытаюсь сопротивляться, но мое тело словно живет отдельной жизнью.
– Корделия, – слышу его хриплый голос, и в нем звучит что-то, что заставляет меня вздрогнуть. Что-то, что заставляет мое сердце биться быстрее, а мысли путаться.
По его тяжелому дыханию и тому, как он теснее прижимается ко мне всем телом, я чувствую, как в этот момент он уязвим. Этот сильный и опасный человек так уязвим передо мной. И вместо того, чтобы почувствовать над ним власть, я вдруг сама начинаю чувствовать себя слабой.
«Что, если он захочет зайти дальше, чем поцелуй?» – эта мысль словно вспышка в голове.
Нет, это недопустимо. Я не могу позволить этому произойти!
Страх охватывает меня, и внутри меня включается инстинкт выживания. Я вспоминаю о том, что у меня в кармане есть канцелярский нож.
Хантер теряет бдительность, когда я перестаю противиться и принимаю его поцелуй. Он сильнее прижимается ко мне губами через маску, когда я осторожно достаю нож из кармана. Чувствую напор Хантера, когда резко замахиваюсь и… наношу удар в его грудь.
Хантер рычит от боли и неожиданности, и я тут же отскакиваю от него. В его глазах горят шок и ярость. Я же, не теряя ни секунды, бегу со всех ног.
Сердце колотится в груди, как безумное. Я не оглядываюсь, я просто бегу обратно по тому же коридору, слыша за спиной злое рычание и выкрики моего имени, звучащие будто пугающие раскаты грома.
Не знаю, что будет дальше, но я должна выбраться из этого гребаного дома. Слышу, как Хантер следует за мной, а я бегу, и слезы от шока катятся по моим щекам.
Понимаю, что это было неправильно. Нельзя было вот так просто всадить нож в человека, нельзя было позволять ему поцеловать меня! Но страх и отчаяние заставили меня поступить так…
Мои шаги эхом разносятся по темному коридору, пока я наконец не оказываюсь в прихожей. Сердце замирает, когда я с надеждой отодвигаю тяжелый засов и распахиваю входную дверь.
Оказавшись на улице, я бегу так быстро, как никогда в жизни. Мои легкие горят, а сердце колотится, но я не намерена останавливаться. Свежий воздух касается моей кожи, и я вдыхаю его полной грудью.
Я свободна.
Глава 9
Выбежав из дома, я несусь со скоростью спринтера. Стараюсь бежать так быстро, что не успеваю рассмотреть местность вокруг. Сейчас на это нет времени! Только боковым зрением замечаю, что мимо проплывают смазанные образы домов, но вот людей не вижу. Будто это место, напоминающее небольшое поселение, давно заброшено.
Я не слышу ничего, кроме своего прерывистого дыхания и шороха земли и листьев под моими ногами, но не решаюсь обернуться и проверить, бежит ли Хантер за мной.
Вместо этого я еще больше ускоряюсь, выжимая максимум из своего тела, переполненного адреналином. Дорожка, по которой я бегу, становится все темнее, а дома по сторонам перестают мелькать. Я снова в густом лесу.
Кажется, я уже достаточно далеко от особняка и от Хантера, но остановиться не могу – уверена: стоит мне снизить скорость, как я рухну на землю от бессилия.
Я почти не чувствую своих ног, бегу на автомате, стараясь не задохнуться. Легкие словно в огне, а каждый вдох обжигает изнутри.
Оказавшись в глубине леса, я чувствую озноб, будто какой-то первобытный страх проникает в каждую клеточку моего тела. Несмотря на то, что еще даже не наступил полдень, лес кажется более жутким и мрачным, чем перспектива вновь оказаться в особняке Хантера. Солнечные лучи едва пробиваются сквозь густую кроны деревьев, и меня окутывает полумрак. Вздрагиваю от каждого шороха, который сама же и создаю своим бегом, но, черт возьми, этот лес вселяет ужас даже днем! В чем явно что-то не так.
Силы на исходе. Тропинка, по которой бегу, сужается. Высокие деревья все ближе склоняются надо мной, ветки бьют меня по лицу, словно пытаются удержать, но я прорываюсь, не обращая внимания на боль.
В голове пульсирует лишь одна мысль: БЕЖАТЬ.
Но вдруг мое истощенное тело перестает меня слушаться. Земля уходит из-под ног, и резкая боль, кажется, пронзает каждый мой нерв. Рухнув на сырую землю, я оказываюсь прямо на краю обрыва.
От одного взгляда вниз меня пробивает дрожь и все органы сжимаются. Я быстро осознаю, что если продолжила бы бежать, не видя края, то непременно сорвалась и разбилась бы, судя по внушительной высоте обрыва.
Не хочу испытывать судьбу, поэтому долго не лежу, распластавшись на земле. Собрав последние силы, я поднимаюсь на ноги и ощущаю ломоту в каждом атоме своего тела. Пытаюсь выровнять дыхание, наклонившись и упираясь ладонями в колени.
Похоже, из-за перенапряжения, в моей голове начинают возникать неуместные и абсурдные мысли о Хантере.
А что если я его убила?
Канцелярским ножом?
Вряд ли.
Но вдруг?
Я ведь никогда теперь не узнаю…
Может, мне не стоило сбегать?
Может, я могла с ним договориться?
Его взгляд не казался мне пустым, как у настоящего психопата. Он будто смотрел в глубь меня… понимал меня.
Боже, да что я несу?
Я мечтала свалить подальше от него. И я смогла. Круто.
Но куда я теперь пойду? Кругом лес и…
Поток мыслей прекращается, когда мой взгляд цепляется за струйку черного дыма, поднимающегося к небу где-то вдалеке. Костер? Значит, в той части леса кто-то есть…
Но деревья скрывают источник дыма.
А вдруг там Питер и остальные?
Мое сердце тут же подскакивает от этого слабого огонька надежды. Я верю, что это они, это должны быть они. Сомневаюсь, что здесь ходит много таких же тупиц, как мы! Это гребаная глушь.
Отряхнув влажный мох и куски сырой земли с одежды, я отправляюсь в путь.
***
Не знаю, сколько прошло часов, но солнце уже село и сумрак обволакивает лес. Мои конечности умоляют о пощаде, но я продолжаю идти. Я не могу остановиться сейчас. Только не сейчас, когда я вижу вдали мелькающий свет от огня между деревьями.
Прошла словно вечность с момента, как я обнаружила дым. Уже стемнело. Мне холодно. Я голодная и измотанная. Но я продолжаю идти на свет.
Продолжаю, пока не начинают слышаться голоса. Пока наконец я не различаю в них знакомый голос.
Питер.
– Питер! – кричу я от избытка эмоций, не заботясь о том, что в темном лесу я могу привлечь внимание диких животных или еще кого-то. Собрав последние силы, бегу прямо туда, откуда идут голоса.
В глазах уже все плывет, я чувствую, что вот-вот рухну на землю, но я должна добежать, должна найти Питера.
Знакомые голоса становятся ближе, а перед глазами темнеет. Чернота вокруг сгущается, мне сложно дышать, но прежде, чем я отключаюсь, чувствую, как меня подхватывают руки. Это руки Питера. Его голос.
И почему-то… последнее, что я вижу перед глазами – лицо Хантера в маске.