Луна Лу – Соучастники в любви (страница 16)
– Я еду в больницу, на дежурство. Хотела пожелать спокойной ночи, – непривычно мягко говорит она.
– Ладно… Пока, Рейли.
Закрыв дверь, я прислоняюсь к ней и вслушиваюсь в звуки снаружи: звон ключей, открывающаяся и закрывающаяся входная дверь, заведенная машина, шуршание шин по асфальту.
Когда устанавливается тишина, я выдыхаю с облегчением.
Но теперь я понятия не имею, как мне избавиться от пьяного Дивера! А что, если у него поедет крыша и он вдруг начнет снова мне угрожать?
Взглядом ищу свою куртку, в кармане которой всегда лежит баллончик. На всякий случай. Куртка висит на спинке стула, и от этого знания мне становится чуть спокойнее. Мало ли что взбредет в голову моему нежеланному гостю.
Оборачиваюсь на притихшего Дивера. Он рассматривает полароидный снимок, висящий на круглом зеркале у столика, и при виде этого у меня что-то сжимается в груди. Это фотография меня и Элайзы на пляже во время наших последних каникул. Дивер берет фото в руки и присвистывает:
– Скрывать такое под одеждой – преступление, Бель! – Он нагло ухмыляется.
– Положи на место!
Это фото слишком значимо для меня, и я не хочу, чтобы оно было поводом для его тупых шуток. Пытаюсь отобрать у него фото, но он поднимает руку с ним и смеется. Я снова беспомощна. Дивер на голову выше меня, и я не могу достать снимок.
Не понимаю этого парня! Вчера он был так добр ко мне, а сейчас издевается, нарочно выводя меня из себя.
– Это не смешно, придурок! – раздосадованно бросаю я.
– А мне кажется, что смешно, – Дивер ухмыляется, глядя мне в глаза. – Видела бы ты свое лицо сейчас.
Он заливается смехом, все еще держа руку с фотографией в воздухе так, чтобы я не могла ее достать. Поэтому решаю дождаться, когда его рука заболит, и ему придется ее опустить.
– Рада, что тебе весело!
– Знаешь, Бель, не будь ты такой занудой, за тобой бы парни толпами бегали, – говорит он, оглядывая с головы до ног.
– Не будь ты таким придурком, Дивер, – от тебя бы девушки не сбегали! – пытаюсь я уколоть его в ответ. Мне все равно, что он обо мне думает! Но мне не нравится, что он ведет себя так распущенно. Хочется чем-то стукнуть его, чтобы эта самодовольная ухмылка сошла с его лица.
– Ну, поверь, с девушками у меня нет проблем.
– Как так? Неужели девушкам нравятся беглые преступники?
– Ты мне скажи.
Дивер произнес это так тихо и серьезно, что у меня вдруг пересохло в горле. Я могу лишь ответить едва слышно:
– Верни фотку.
Без слов он подходит ближе и протягивает мне фотографию. Я выхватываю ее у него и сжимаю в руках, боясь выпустить, а потом подхожу к столику и вешаю фото на место.
– Это Элайза? – тихо спрашивает Дивер.
Я киваю, все еще стоя к нему спиной.
Спустя несколько секунд я решаюсь все же заговорить о прошлой ночи:
– Дивер, насчет вчера… – я прерываюсь, слыша, как он медленно подходит ближе. – Спасибо. Но… – запинаюсь, боясь показаться неблагодарной. – Почему?
Возможно, спрашивать у такого человека, почему он был неожиданно добр ко мне, – не лучшая идея. Возможно, нужно просто быть благодарной, и все. Но я хочу знать, почему в один день он мне угрожает, в другой – утешает, в третий – издевается. Может, вчерашняя ночь ничего для него и не значила, но для меня эта поддержка значила многое.
– Не знаю, – вздыхает Нейтан. – Видел, что тебе это нужно.
Он прав. Мне необходимо было излить кому-то душу. Даже если этим кем-то был Дивер.
– Почему ты пришел сегодня?
Его дыхание становится все ближе. Чувствую, что он стоит прямо за мной.
– Это нужно
Пожалуй, это последнее, что ожидала услышать от Дивера. Я бы поверила в то, что он пришел снова допрашивать меня. Или даже убить. Но то, что Нейтану Диверу вдруг понадобилась моя компания, – звучит безумно. Я растерянно молчу и слышу лишь его тяжелое дыхание над своим ухом и стуки разбивающихся об окно капель дождя.
Глава 16
– Что случилось? – наконец спрашиваю я, все еще стоя спиной к Нейтану.
– Я в дерьме. У меня проблемы.
«Конечно, у тебя проблемы. Ты преступник. В розыске», – думаю я, но все же продолжаю спрашивать:
– Расскажешь?
– Мы ведь договорились, что я не стану больше впутывать тебя в свои дела.
Дивер прав. Но после вчерашней ночи я чувствую, что что-то изменилось. Он помог мне. И теперь я хочу помочь ему.
– Ты уже меня впутал. И сейчас ты в моем доме, и я хочу знать причину, – говорю я и наконец решаюсь повернуться к нему.
Его лицо оказывается слишком близко, от неожиданности и неловкости я отхожу в сторону и сажусь на край кровати. Но он тут же подходит и садится рядом, касаясь моего плеча своим. И я понимаю, что с Нейтаном Дивером неловкости не избежать. Этот парень вообще знает, что такое личное пространство?
– Скажи, Бель… У того пацана из школы была татуировка с вороном? – вдруг спрашивает он.
В растерянности отвожу взгляд. Откуда он узнал про татуировку? Ведь я ему так и не рассказала.
– Можешь не отвечать, – говорит Дивер спокойно. – Я уже понял. Просто хотел убедиться.
С минуту помолчав, он вдруг поворачивается ко мне и признается:
– Я не убивал Рика.
Я удивленно смотрю на него.
– Тогда почему полиция считает, что это сделал ты?
– Потому что объективно в тот вечер у меня была причина. И я сам не знаю, что сделал бы, если бы не помешали копы, – он говорит это так… спокойно. Будто для него убить своего приятеля – это нормально.
– Какая причина?
Я чувствую, что Дивер открывается мне, и я могу спросить у него сейчас что угодно. Меня распирает от любопытства.
Нейтан нервно проводит пальцами по своим еще влажным из-за ливня волосам, а его дыхание становится тяжелым.
– Ну… Ты спрашивала, что было в той коробке…
– Да, – нетерпеливо киваю я.
– Там была дохлая крыса.
Неужели я таскала с собой труп крысы в тот день?! Не понимаю, зачем кому-то было платить мне за доставку мертвого грызуна.
– Я решил, что это послание. Что у нас в банде завелась крыса, понимаешь? – говорит он, и я киваю. Дивер с горечью вздыхает: – К этому давно все шло. Ходили слухи, что Рик ненадежен, что у него какие-то связи с другой бандой. И я взбесился…
Вспоминаю, как он орал на Рика на том пустыре.
– Я стал требовать от него признания. И, черт… – Он огорченно прикрывает глаза рукой. – Я ведь собирался убить его, Бель. Ему было лет шестнадцать, совсем еще пацан…
Я молчу, думая лишь о том, что, если бы я не доставила эту проклятую коробку, Рик мог бы быть жив, а Дивер и его семья – свободны.
– Когда появились копы, началась суматоха. Видимо, тогда кто-то и застрелил Рика, чтобы это повесили на меня.