Луна Амрис – Серебряная буря (страница 15)

Как там Эриас? Жив ли он? Я не могла забыть его мутные глаза, когда он заходил в Астрал. Это мир, откуда нет выхода. Мир, где можно потеряться и никогда не вернуться. Только отпустив его в Астрал, я поняла, насколько нуждаюсь в его присутствии. Само его существование рядом давало мне сил, отвлекало от самобичевания и открывало глаза на удивительный мир вокруг. Только отпустив его, я поняла, какой длинной может быть ночь.

– Тебе не обязательно в этом участвовать, – за спиной послышался ледяной голос Тенриэля, чье лицо не выражало ничего, кроме решимости.

– Обязательно, – я повернулась к нему. Доспехи звенели от малейшего движения моих мышц.

– Скажи, зачем? – Тенриэль увидел мой вопросительный взгляд и вздохнул. – Зачем ты в это все ввязалась? Могла бы после открытия разломов послать нас куда подальше и жить счастливо.

– Что-то тянуло меня за вами, – я закрыла глаза, пытаясь найти ответ на вопрос Тенриэля. – После всего, что случилось в Нэрии, я бы не смогла жить счастливо. Лучше умереть вместе с вами за то, что праведно, чем всю жизнь скитаться по Нэрии, не имея смысла жизни.

– Ты считаешь, мы поступаем правильно? – Тенриэль облокотился на старую треснувшую колонну гостиной, которая наряду с каменным полом напоминала о старой Варэи, за которую мы собираемся биться.

– Не знаю, – я пожала плечами и уперлась рядом с Тенриэлем. – Если это поможет многим людям, то почему бы и нет?

– Тоже верно, – Тенриэль был максимально напряжен. От саркастичного и вспыльчивого мужчины не осталось и следа. Сейчас была лишь каменная оболочка. Что внутри, что снаружи. – Но прольется кровь. Хотим мы этого или нет, не все смогут вернуться домой.

– Знаешь, чем отличается армия Айворога от нашей? – я перевела на Тенриэля уставшие глаза, в которых читалась целая бессонная ночь.

– Чем?

– Демоны не имеют души. Они будут убивать, но внутри у них лишь пустота, – я достала из ножен «Рассекатель зла» и провела по аккуратной гравировке. – А у наших людей был выбор. Они выбрали сражаться за свою свободу. У них есть на это право.

Тенриэль поправил выступающую прядь и оттолкнулся от колонны. Его движения были тяжелые, наполненные переживаниями и страхом грядущей битвы. Голубые глаза смотрели на меня, словно мужчина глядел сквозь, куда-то в прошлое.

Тенриэль рукой придвинул меня к себе и обнял. Наши металлические доспехи ударились друг об друга и зазвенели. В нос ударил запах мокрой земли и пота, а стук сердца Тенриэля чередовался с моим.

– Прости, – прошептал он мне на ухо. – Прости за все, что было между нами. Я виноват. Столько всего натворил, столько всего наговорил. Дурак!

Я подняла тяжелые руки, обтянутые металлическими наручами, и обняла Тенриэля в ответ. Я уже давно отпустила обиды и злость. Каждое слово, что он произносил, действовало как бальзам на мою душу.

Огонь в лампах беспокойно плясал, отбрасывая тени на ржавые стены. Раскиданные карты на столике и фигурки в виде оловянных солдатиков подсказывали, что война уже близко.

Война. Раньше я лишь читала книжки про это, сидя в библиотеке Ароса, а теперь стою в железе и прячу трясущиеся руки. Наивная девочка сегодня умрет среди тел демонов, а на ее месте появится совсем другой человек. Какой? Никто не знает. Война меняет многих. А как изменюсь я, знают лишь Хаос и Порядок, что выбрали для меня этот путь еще за долго до рождения.

Тенриэль отстранился.

– Эриас убьет меня, – усмехнулся он. – Обглодает каждую косточку за то, что позволил идти с нами.

– Не переживай, – я похлопала ему по плечу, улыбаясь в ответ. – У меня тоже острые зубки.

Тенриэль молча смотрел мне в глаза. В них я видела свое отражение, где золотые волосы, собранные в косу, контрастировали с мутным железом в виде доспехов.

– Вы разные. Как я раньше этого не замечал? – произнес он, выдыхая горячий воздух.

– О чем ты? – я наклонила голову и вопросительно посмотрела в пустые глаза Тенриэля, которые покрывала пелена прошлого.

– Ты и Ариадна.

Наш разговор прервал Галахан, который вышел из коридора. Таким мужчину я видела впервые. Отросшие седые волосы были собраны в низкий хвост и перевязаны бечевкой. Плотно сжатые губы терялись в серой бороде. Я взглянула ему в глаза. В них была лишь пустота, готовность к битве. Галахан участвовал во многих сражениях, проливал кровь врагов на земли Шансии. Казалось, он должен был уже привыкнуть к металлическому запаху в воздухе и тяжести доспехов, но привыкнуть к такому невозможно.

Галахан, облаченный в свои кожаные доспехи вышел на свет ламп, что прогоняли злобные тени в пустых коридорах.

– Время, – охрипшим голосом произнес Галахан, кладя руку на эфес своего меча, что покоился в ножнах на поясе. – Выдвигаемся.

Тенриэль кивнул названному брату. Чувства, что были на его лице минуту назад сползли, уступив место безжизненному камню. Маска всех, кто собирался пачкать свои мечи чужой кровью.

Накануне, Исиль посвятила нас в свои замыслы. План был простой. Мы с Галаханом должны пробраться на третий ярус подземелья, а остальные тем временем зачищают город и отвлекают на себя внимание демонов. Вроде несложно, но очень много подводных камней. Времени было мало, чтобы придумывать гениальные стратегии и продумывать каждую деталь. Тучи сгущались вокруг Варэи, это чувствовали все.

Сердце бешено забилось внутри, а его стуки били по вискам, словно десятки барабанов. Я чувствовала, как потеют мои ладони, а сквозняк, что гулял по коридорам, смахивал влагу с каждого пальца.

– Айрика, – стеклянные глаза Галахана уставились на мое лицо. – Тебе не нужно идти. Останься тут.

– Я не буду отсиживаться. Даже не думайте меня останавливать.

– Переубедить тебя не получится? – спросил он, оглядывая мое тело, облаченное в массивную броню.

– Зря потратишь время.

Галахан кивнул, не собираясь спорить или навязывать свое мнение. Это был мой выбор. Моя жизнь, и каждый из моих спутников это понимал. Заставить меня делать что-то против воли – это снова надеть кандалы рабства.

– Держишься ближе ко мне, – сказал Галахан. – Поняла?

– Да, – я кивнула, делая шаг навстречу мужчины.

Тенриэль схватил меня за плечо и поднял голубые глаза на меня.

– Эриас точно убьет меня, – выдохнул он. В глазах мужчины блестело сожаление, вперемешку со страхом, но он боялся не за свою жизнь.

– Все будет хорошо, – я похлопала ему по плечу, глотая острый ком, застрявший в глотке. – Давай после этой бойни напьемся в щи?

Тенриэль кивнул.

– Будем пить всю ночь.

Глаза застилала пелена из слез. Возможно, это наш последний разговор, ведь неизвестно, что чертов Хаос и Порядок уготовили каждому из нас. Одна мысль о смерти кого-нибудь из моих ново обретенных друзей ужасала. Одна мысль отравляла тело, делая его в сто раз тяжелее, чем оно было на самом деле. Я тряхнула головой, прогоняя образы мертвого Тенриэля и окровавленного Галахана.

Галахан подошел ближе и обнял Тенриэля.

– Ты знаешь, что делать, – прошептал он.

Мы вышли из дома на узкий переулок, который со всех сторон придавливался двухэтажными железными коробками. Сойдя с крыльца, сапоги тотчас провалились в грязь, а подошва хлюпала по лужам, в которых отражалось темно-серое небо.

Рассвет выдался пасмурным. Оранжевая полоска от восходящего солнца терялась в небе, в котором тьма постепенно рассеивалась. Мы с Галаханом шныряли по узким улицам, прячась в тени. На главную улицу выходить не рисковали. Комендантский час еще не закончился, отчего демоны по трое патрулировали значимые улицы, выискивая себе жертв для растерзания.

Варэя словно вымерла. В воздухе повисла тишина, прерываемая лишь звуками скрипучих ржавых фонарей на ветру и хлюпаньем сапог, что месили грязь под ногами. Мы проходили жилые дома, окна которых были закрыты железными ставнями изнутри, а двери наглухо закрыты. Честное слово, каждый шаг был словно по вязкой жиже, а внутри разрасталось беспокойство. Холод пронизывал все тело, каждую клеточку тела, и плевать, что сейчас всего лишь август. Солнце Шансии не способно растопить тот кусок льда, который застрял в груди от всех тех зверств, учиненных Айворогом.

Мы с Галаханом шли молча. Впереди мелькала его широкая спина и черные доспехи, сотканные будто из тьмы. Галахан отлично знал город. Сразу было видно, он тут не впервый раз. Мы петляли по переулкам. Улицы уходили то вверх, то вниз. Я чувствовала себя крысой, что с наступлением ночи выбралась из норы в надежде перекусить. Как бы это не закончилась трагично, а то ведь демоны могли бы запросто перекусить нами.

Я тряхнула головой, прогоняя страшные образы бойни, что лезли в голову подобно склизкой жирной гусенице. Я замедлила шаг, увидев как Галахан остановился около парапета.

– Дальше незамеченными пройти не получится, – Галахан нагнулся к парапету и схватился руками, обтянутыми перчатками за решетку канализационного люка. – Придется спуститься в канализацию, а оттуда попадем в Сады.

– Сады? – я присела на корточки, втягивая смрад, что исходил из канализационного люка.

Меня чуть не стошнило. Я прикрыла лицо рукавом плаща, но от вони на глаза накатывали слезы. Ужаснее плана и придумать невозможно. Зачем я вообще согласилась на это все?

– Раньше, – у Галахана получилось снять с пазов тяжелый железный люк, покрытый черной и склизкой субстанцией. – Сады были сердцем Варэи, где жили весьма богатые граждане. Там всегда играла музыка, а по вечерам зажигались цветные фонари, которые было видно даже на окраине. Что сейчас с Садами боюсь даже представить.