Луна Амрис – Багровое небо. Книга 1 (страница 22)

– Но, Илларион! Одного я тебя не оставлю в этом логове, – Леопольд вполголоса произнес свои опасения, указывая на башни замка.

– Со мной все будет хорошо! Я под защитой короля. Собери мои вещи и отправь кого–нибудь сюда, а сам оставайся в монастыре. Пока я отсутствую, все обязанности ложатся на тебя. Ты все понял?

– Понял, понял, – Леопольд закатил глаза, но спорить не стал.

– Ну все, иди! Позаботься о беженцах. Впусти в монастырь всех, кого сможешь.

Жрец кивнул и поковылял по мощеному тротуару обратно к воротам. Оглянулся лишь пару раз, а затем скрылся за деревянными дверями. А я тем временем следовал за дворецким в свои новые покои.

Покои оказались маленькими, но я всё понимал. Во дворце почти все комнаты заняты беженцами из других стран.

Я осмотрел помещение. В центре у стены стояла кровать средних размеров, сделанная из дуба. Перина была твердой. На шелковом постельном белье изумрудного цвета лежали пять подушек, соблазняя меня оказаться в их объятиях. Кроме кровати, я заприметил небольшой дубовый шкаф, полки которого пылились из-за отсутствия в нем чистой одежды. Но ничего так не притягивало внимание, как огромный камин, сделанный из темного камня, который можно добыть лишь высоко в горах. Углы камина окаймлены золотом, на котором мастер выгравировал незатейливый рисунок. Аккуратно сложенные поленья, лежавшие около очага, свидетельствовали о скрупулезности здешних слуг. Сам интерьер утопал в черном и зелёном. Темные стены украшались зелёными гобеленами с изображениями густого леса, тёмно-серый мраморный пол оттеняли зелёные занавески, закрывающие широкое окно.

Я подошёл ближе, вглядываясь в пейзажи города. Моя комната находилась в одной из башен, откуда открывался прекрасный вид на реку Айко и Жемчужное море, которое в свете багрового неба казалось красным, будто огромный океан крови всех павших в бою солдат. До меня доносились запахи города. Кровь перемешивалась с грязью и морским воздухом, пробуждая позывы к рвоте. Я закрыл настежь распахнутые деревянные рамы и отвернулся от окна, глотая поступающий ком.

То же самое я ощущал и в монастыре, однако меня успокаивали родные стены. Тут они давили подобно зловонной камере где-то в подземельях. Кровавые тучи становились с каждым часом все темнее и темнее, пряча и так еле заметное солнце.

Ужин мне принесли в комнату. Осторожно принюхавшись, я попробовал всего понемногу. Небольшая миска с тушеной капустой источала кислый аромат, но было вполне съедобно. Маленькая пшеничная булочка хрустела, стоило ей коснуться моих зубов, а теплый чай из полыни был просто отвратителен. И пах также. Трапеза была скромная. Никакого мяса или свежих овощей и фруктов.

Объяснение всему было – багровое небо. Разного рода коренья, фруктовые деревья и другие съедобные растения перестали расти ещё в первое лето войны. Скот тоже гиб от болезней или голода. Выжили лишь сорняки, да и другие растения, которые смогли приспособиться к новым условиям. Благо, пшеница, рожь и другие злаки выжили. За что несказанно благодарен.

После ужина я плюхнулся на свою твердую кровать и зарылся в зеленых шелках. Стоило голове оказаться на мягких подушках, как сон завладел моим разумом, погружая в свои глубокие чертоги.

Мне снилась красавица с черными волосами, бегущая в тумане навстречу свободе.

Я слышал громкий стук в дверь, но не мог оторваться от девушки, которая умирала в зимнем лесу. Я кружил над ней подобно морозному ветру, пытаясь сделать хоть что-то, чтобы спасти ее. Стук в дверь продолжался, вырывая меня из пленительных снов. Я открыл глаза и потер их тыльной стороной ладони, окончательно просыпаясь. Накинув теплый халат, который нашел на полке в купальне, я опустил ноги на ледяной пол и зашагал к входной двери. На пороге стоял Тоббиас. Живой и здоровый! Я улыбнулся юнцу во все зубы и обнял его за плечи.

– Тоббиас, мальчик мой, ты здоров! Как самочувствие?

– Ваше Светлость, я в полном здравии! – парень озорно улыбался и демонстрировал мне свой румянец.

– Проходи, не стой на пороге! – я отошел от дверного проема, приглашая парня войти.

Тоббиас влетел внутрь, неся за спиной большую корзину. Он ловкими движениями перекинул ее через плечо и поставил на мраморный пол.

– На самом деле, я с поручением к вам, Ваша Светлость, – юный жрец открыл корзину, в которой я увидел вещи из своего гардероба, – Жрец Леопольд просил передать это вам.

Тоббиас протянул мне небольшой конверт. Открыв, я обнаружил, что это письмо от Леопольда.

«Ваша Светлость!

По вашему приказу я во всех красках описал королевский суд и решение Его Величества касательно вашей дальнейшей судьбы. Особенно громко поведал перед Николасом о восстановлении вашего титула. Видели бы вы его лицо! Услышав новости, все начали благодарить богов и восхвалять вас. Слухи об этом уже просочились в город, и в скором времени о новостях станет известно всем.

Берегите себя!

Ваш друг, Леопольд Бернокс».

Пробежав глазами по каракулям Леопольда, я хищно улыбнулся, представляя, как скривилось лицо Николаса.

Да, мы были хорошими друзьями. За долгие годы нашей дружбы я закрывал глаза на его властолюбие и тщеславие. Но его желание занять мое место было уже слишком. Он бросил меня на произвол судьбы, отказываясь помогать давнему другу. Ну что же, это будет для Ника уроком, что не нужно жаждать того, что уже принадлежит другому.

Я с довольной физиономией сложил письмо пополам и засунул в карман своего халата. Шершавая бумага приятно щекотала мое бедро.

Я хотел задать Тоббиасу ещё пару вопросов, но за дверью раздался знакомый голос, напоминавший звук бьющегося стекла.

– Ваша Светлость, – позвал меня Хабо, – Королевский военный совет начнется через тридцать минут. Вам лучше поторопиться. Его Величество не любит, когда опаздывают.

Точно, Военный совет!

– Хотел бы я с тобой ещё поболтать, но меня ждут дела, – сказал я Тоббиасу, параллельно шарясь в корзине вещей, которую он принес.

– Честно говоря, мне уже пора возвращаться. Мы все молимся о вас! – парень направился к выходу, а я лишь смотрел на его спину, скрывшуюся за деревянными дверями.

Хабо вел меня по широким коридорам королевского замка. Вверх, вниз, влево, вправо. Мы то и дело поднимались и спускались по лестницам или сворачивали в новые коридоры. Ощущалось, будто я попал в мраморный лабиринт из высоких стен и потолков.

Наконец, мы пришли к нужному месту. Главный дворецкий распахнул резные деревянные двери и пропустил меня внутрь. Меня встретили богатое убранство комнаты. Большие арочные окна были открыты настежь. Майский ветер колыхал широкие портьеры цвета слоновой кости. Белые прожилки на сером мраморном полу отлично гармонировали с молочной обивкой кресел и большого дивана, ставшего у одного из окон. Массивный стол из дуба покрывал лак, отчего его поверхность блестела в свете канделябров, висевших на каменной стене. Кроме светильников, стены украшали большие полотна с картами Нэрии. В середине комнаты я увидел большой круглый стол, на котором разбросаны карты континента. Над пергаментами склонились шесть человек. Короля я заприметил сразу. Таких, как он, невозможно не заметить. Ещё одного мускулистого мужчину средних лет я помнил со вчерашнего заседания, а четверо незнакомцев были мне в новинку.

– Вы вовремя, Верховный Жрец, – подняв голову, произнес король.

Сегодня он был одет в простое одеяние. Белая хлопковая рубашка, расшитая золотыми и серебряными нитями, свободно лежала на его плечах, а кожаные обтягивающие штаны были заправлены в высокие сапоги. Поверх рубашки красовалась красная королевская накидка, обрамленная белым мехом. На спине золотыми нитями аккуратно вышито солнце – знак королевской семьи и государства.

Король познакомил меня с присутствующими. Мускулистый мужчина оказался военным советником. Другой, тот, что помоложе, являлся королем Бостонии. Парню было от силы лет двадцать. Его пухлое лицо не выражало ни капли эмоций, голубые глаза безжизненно уставились на карту, где недавно находилась его страна. Ещё один мужчина лет сорока, с кожей будто темный шоколад, оказался правителем южной страны – Ефриа, последним человеком в комнате была рыжеволосая женщина, на голове которой покоилась железная корона. Королева северной страны под названием Брэйден, славившейся своими богатыми железными рудниками.

Итак, все правители Нэрии в сборе, включая Верховного Жреца и военного советника Эместиса. Что же задумал король?

Вкратце, Астикс рассказал о случившемся со мной и моими новыми силами присутствующим, уверяя правителей, что моя магия – последний шанс. Королевская казна пуста, как и запасы продовольствия. Необходимо принимать меры, нужно бороться.

В течение двух часов советник, короли и королева спорили, как им лучше поступить. Кто-то из них предлагал пушки, кто-то яды, а кто-то считал, перебраться на другие континенты будет лучшим решением. Там о Разломах не знали, а на наши призывы о помощи лишь отмахивались. Так сказал военный советник. Я склонен ему верить, ведь за пять лет не было ни единого корабля с других материков, даже торговых. Слушая их крики и споры, я стоял над картой, внимательно изучая положение вещей. В этот момент у меня родился план, о котором я поведал Ариадне в мысленном диалоге. Она согласилась, сказав, что это лучшее решение из всех, что сегодня предлагали. Этот план точно сработает.