Луна Амрис – Багровое небо. Книга 1 (страница 13)

– Кто тут? – крикнул я, вглядываясь в кромешную тьму.

Тишина.

Я выставил руку с кинжалом перед собой. Этот клинок достался мне от наставника – покойного Верховного Жреца Сизима, а ему – от предшественника. На эфесе было изображено солнце и папоротник. На основании клинка выгравировано: «Diosus Lustsenta», что означает «Рассекатель зла».

Я стоял в такой позе несколько минут, не решаясь подойти ближе. Звуков больше не слышал, но кинжал все еще находился у меня в руке. Разбитое витражное стекло пропустило луч полной луны в зал, освещая почти всё помещение. Угол, возле которого я стоял, был пуст, ничего, кроме сухих листьев, там не было.

Я облегченно выдохнул. Да уж, перепугался не на шутку. Я собирался опустить свой кинжал, как вдруг в отражении стали увидел кого-то, стремительно приближающегося ко мне. Я резко повернулся, все еще держа перед собой кинжал.

Некто схватил меня за руку и быстрым движением вывернул ее. Я почувствовал жжение в области живота. Опустив туда глаза, увидел, что «Рассекатель зла» вошел в мою плоть по самую рукоять. Я приложил руку чуть ниже ранения, пытаясь сдерживать алые капли крови. Они стекали обильными струйками, сочились между пальцев. Горячая кровь ощущалась даже через плотную ткань халата, а воздух рядом приобрел металлический запах, от которого меня чуть ли не вывернуло.

– Любопытное создание, – этот голос был подобен раскатам грома, такой же низкий и пугающий, – Эх, Верховный Жрец Ариадны, ты не должен был сегодня умирать.

Только сейчас я набрался смелости взглянуть на своего убийцу. Рядом со мной стоял мужчина в чёрном плаще с глубоким капюшоном. Его одежда была похожа на ткань, сотканную из пепла и смолы. На плаще были видны грубые и неровные складки, словно это были угли в очаге. Перчатки, закрывавшие его руки, были того же чёрного цвета, что и его мантия, и казались второй кожей. Всё, как описывал Николас.

Демон.

Незнакомец толкнул меня на каменную плитку, залитую собственной кровью. Я упал, чувствуя нарастающую боль, словно заживо варюсь в горячем котле. Корчась от боли, я посмотрел на демона. Под капюшоном я видел лишь его подбородок и губы, которые не выражали никаких эмоций. Не было радости или ухмылки. Он стоял и наблюдал за моей смертью. Ему было все равно.

Я чувствовал, как последние силы покидают меня, а веки тяжелеют. Эта комната с каждой секундой растворялась в небытие, а жизнь испарялась из моего тела, подобно капли росы под утренним солнцем. Демон сделал шаг вперед и резким движением достал кинжал из моего тела. Я почувствовал, как моя кровь заполняет пространство, опустошая меня до последней капли.

Мужчина сел на корточки и вытер испачканный кровью клинок о мою золотую рясу, а после поднес его под луч багровой луны и всмотрелся в надпись.

– Dious Lustsenta, – произнес он шепотом, смотря мне в глаза, – Если не против, оставлю себе, – Он встал, засовывая мой кинжал себе за пазуху и направился к разбитому окну.

Я увидел его удаляющуюся спину, а после чего, сделал последний вдох.

«Будь готов, Илларион, помощь уже близко, не противься событиям. Что должно произойти – произойдет».

Значит, я должен умереть.

ГЛАВА 7

Я кричала, а по моим щекам текли горячие слезы. Тело отчаянно трясли и просили вернуться в реальность. Я распахнула набухшие глаза, окружающий мир поплыл вокруг меня, а чей–то силуэт гладил мои волосы.

Передо мной на коленях сидел Астэр. Взгляд его был полон беспокойства и ужаса, а тело напряжено как камень.

Давно мне не снилась чужая жизнь.

Я с ужасом вспоминала подробности своего сна. Резко отбросив одеяло, я села на старый матрас. Моё тело было мокрым и липким от пота, а одеяло пропиталось сыростью. Я поспешно ощупала свой живот, пытаясь найти следы от ранения. Кажется, моя память точно помнила, куда вошёл кинжал, словно всё произошедшее было на самом деле. Я провела ладонью по животу и облегченно выдохнула, поджав колени к подбородку.

Сегодня я умерла еще раз.

Понемногу я возвращалась в реальный мир. Передо мной уже не каменные стены монастыря, а деревянная крыша хижины, в которой мы остановились на ночь.

Я перевела взгляд на Астэра, сидевшего рядом.

– Ты в порядке? – обеспокоенно спросил он, беря мою мокрую ладонь в свою.

– Да, вроде бы, – левой рукой я потерла веки, сметая остатки слез на влажные щеки, – Снилось, как я умираю. Опять.

– Ты так кричала во сне, думаю весь поселок слышал эти крики, – он потянулся к моему лицу и начал вытирать слезинки.

Я замерла. Его прикосновения были мягкие, нежные и горячие. Пальцы лениво двигались по моему лицу, касаясь каждой морщинки на коже. Закрыв глаза, я почувствовала покой. Все тревоги и страхи ушли. Мне хотелось прильнуть к его груди и раствориться в этих теплых объятиях. Тело само дало толчок, и через секунду руки обхватили его талию, а голова уткнулась в длинные золотистые волосы. Они пахли ладаном и апельсином.

Мне не хотелось сейчас ни о чем думать и сожалеть. Я наслаждалась моментом. С ним.

Астэр обнял меня, уткнувшись губами в макушку. Я слышала, как его сердце стало биться чаще, а он, в свою очередь, слышал мое. Мы сидели так несколько минут, вдыхая запах друг друга. Он и я стали единым целым и не желали разжимать руки.

– Не засыпай, – прошептал жрец мне на ухо. Его горячее дыхание обожгло мою кожу, а мимолетное прикосновение губ пробудило фонтан эмоций.

– Почему нет?

– Уже рассвет. Пора выдвигаться в путь, – Астэр кивком указал на входную дверь, – К закату уже войдем в ворота столицы.

Этот день настал. Сегодня передо мной откроется новая жизнь и новые люди, которые будут глазеть на меня и обсуждать за спиной. Готова ли я к этому? Хотя это пугало меня меньше, чем осознание, что Астэра я, возможно, больше не увижу.

Мои размышления прервал громкий стук в дверь и голос снаружи.

– Просыпайтесь! Пора выдвигаться, – определенно, голос Карла. Похоже, он сегодня не в духе.

Я встала и начала отряхивать свои штаны и рубашку. За ночь одежда помялась, а волосы растрепались и торчали в разные стороны. Пахло потом и сыростью чердака. Я подошла к плащу и незаметно для Астера вытащила кинжал из-под одежды. Повернувшись к нему спиной, я закрепила кинжал на поясе.

– Что там делаешь? – раздался голос со спины. Жрец тоже поднялся и начал завязывать свой плащ. Он стоял в метрах трех и не видел ножен, но его вопрос звучал с искрой подозрения и недоверия.

– Не смотри! Повязка на груди развязалась, – да я мастер лжи! Если у него есть хоть капля совести, вопросов задавать больше не будет.

– Могу помочь, – опять эта самодовольная улыбка и пошлая интонация. От нежного и чуткого парня, которого я видела минуту назад, не осталось и следа.

Как быстро он меняет маски! Нельзя доверять таким людям. Нельзя.

– Занимайся своими делами, – сквозь зубы выпалила я, делая последний узелок на поясе, – А если закончил – выходи.

– Ладно, миледи. Только не ворчи.

Астэр подошёл к двери и, резко толкнув замёрзшее дерево, начал спускаться по крутой и хлипкой лестнице. Когда он окончательно скрылся из виду, я подошла к выходу и накинула глубокий капюшон своего плаща. Затем, ухватившись за деревянную балку, я начала спускаться вниз. Лестница качалась, скрипела, а ноги скользили по замёрзшим ступеням. Когда я была уже достаточно близко к земле, Астэр подхватил меня за талию и поставил на твердую почву. Мои сапоги сразу же провалились в глубокий снег.

Утро выдалось холодным и пасмурным. Небо затянули черные тучи, не пропуская солнечный свет, а морозный воздух сковывал легкие и щипал кожу. Я поспешила надеть перчатки, подаренные жрецом, чтобы хоть как-то согреть замерзшие руки.

Карла снаружи не было, однако его следы на снегу подсказывали, что он вернулся во двор.

Астэр взял меня под локоть, и мы побрели через сугробы к центральному входу хижины. Домик был небольшой, стоял на окраине маленького поселка. В метрах трехстах от калитки, возвышались еще пара таких же маленьких построек. Во дворе одного из них я увидела, как мужчина в теплой телогрейке метет снег, заваливший его участок. Мощеной или грунтовой дороги не было, лишь протоптанная тропинка, ведущая к главному тракту.

Во дворе нас уже ждали Карл и Ники, а рядом стояла женщина. Скорее всего, это хозяйка дома. Она выглядела лет на сорок. Ее рыжие волосы были собраны в тугую косу и обмотаны вокруг головы. Глаза маленькие, словно бусины. Одета хозяйка была в потрепанную телогрейку из овечьей шерсти, на ногах тканевые сапоги, перемотанные плотной тканью. На руках женщина держала младенца, который сопел, укутавшись в теплое одеяло.

– А вот и вы! – Ники, увидев нас, вскинул руки к небу, будто благодарил богов за наше возвращение.

– Хорошо спали? – в голосе Астэра слышалась издевка.

– Прекрасно! Стог сена лучше, чем моя большая кровать в монастыре, – Ники закатил глаза, указывая на старый сарай.

Карл все это время стоял позади, сложив руки на груди, и наблюдал за их перепалкой. Ники явно был недоволен проведенной ночью. Да и наши условия были не лучше: такой же холод, кругом пыль и грязь.

С каких пор я стала такой придирчивой? Раньше и на холодном полу была рада уснуть, а теперь что?

– Простите, жрецы! Это все, что я могла предложить. Мой дом маленький, я едва помещаюсь с ребенком, – услышав их спор, женщина поникла.