Лука Луминица – Первый снег убил цветы (страница 17)

– Ты же мне скажешь, если она приедет?

– Не волнуйся. Я найду способ тебе сообщить.

Меня знобило всю дорогу до дома, а ноги заплетались, словно я выпил выше нормы. Глаза слипались, и мне снова хотелось дико спать, досмотреть сон, где были только мы. Ведь, она так редко снилась мне.

Открыв дверь, не удержался, ноги меня подвели, и я рухнул на пол.

– Ник. – закричала мама, подбегая ко мне. – Не ушибся? Ты пьян?

– Нет. – язык не слушался и говорить с ней у меня не осталось сил.

– Ты весь горишь.

– Оставь меня.

– Эй, мужик. Встаем. – крепкие руки, подняли меня. – Обопрись.

Сделать так, как попросил отец, у меня не вышло. Не знаю, как родители меня дотащили, но почувствовав под собой мягкий матрас, я снова хотел вырубиться.

– Открывай рот. – попросила меня.

– Не могу.

С трудом проглотив таблетку, я словно улетел из этого мира. Лиора, больше не пришла. Я видел черную дыру, которая засасывала меня. Проснувшись посреди ночи в поту, открыл глаза, застонав от боли во всем теле, но снова быстро уснул, а на утро меня ждал сюрприз в виде взъерошенного Стефана, который ткнул мне телефоном в лицо с вопросом.

– Знаешь его?

Смотрел на экран телефона, совершенно не узнавая, кто этот человек.

– Первый раз вижу.

– Его зовут Дэниз. Ему двадцать пять лет. Он, чертовски богат, и умен. Из увлечений : спорт, туризм, дизайн. Ах, и еще, прогулки по центру Парижа, под луной с красивой девушкой. Кстати, он водит красную Феррари.

Отбросил телефон на кровать.

– Зачем ты рассказываешь мне о нем?

– Я думал, тебе будет интересно узнать о новом парне Лиоры.

Глава 10

Николас

– Откуда?

Друг, стоящий ко мне спиной, повернул голову.

– Откуда что? – спросил с пренебрежением.

– Блядь, Стефан, ты меня разыгрываешь? – я схватился за волосы, оттягивая их.

– Согласись. Ахрененная шутка. Хаха. – блондин рассмеялся, но резко остановил поток смеха, состроив серьезную гримасу. – Ты совсем мозги пропил? Какой нахрен розыгрыш? – его ноздри раздулись, а зубы от силы сжатия заскрипели.

Сев в кровати, я почесал затылок. Меня еще больше зазнобило, но бешеный адреналин в крови, не давал мне отключиться.

– Вчера я разговаривал с ее матерью, и она мне ни черта не сказала. – недоумевал почему.

Стефан удивленно на меня посмотрел, вытаращив глаза и скрестив руки на груди, заявил.

– Об этом ты расскажешь мне потом. Как и при каких обстоятельствах, вы встретились, но сейчас, о другом. Ты серьезно думаешь, что после всего, через что прошла Лиора, она оповестит мать? Что после всей той боли, которую причинили ей родители и брат, она вмиг их простит, и они станут лучшими друзьями? Блядь, Ник, очнись и начинай думать головой. Она и мне ничего не сказала. Я узнал обо всем от Стейси.

– Черт. – заорал я на весь дом. – Черт. Черт. Черт. Что мне делать?

– Я мог бы рассказать тебе все его досье, но я пришел с тем, с чем пришел. Завтра могу узнать больше, если тебя это так волнует.

Я почесал ладонями лицо, затем шею и запястья.

– Я не знаю, что чувствую. Это крах.

Стефан заверил меня, что зайдет вечером, узнает побольше информации, и непременно поделится. Я снова уснул, после его ухода. Его слова вывели меня из строя окончательно. Раньше, я еще как-то находился на плаву, но сейчас я практически дышал под водой.

Проснувшись, не открывая глаз, я прошептал:

– Лиора моя. Где же ты любимая?

По стуку в дверь, сразу понял, что пришла мама. Не дожидаясь, пока откликнусь, вошла, гремя чем-то.

– Доброе утро, сын. Точнее вечер. – присела рядом, склонившись, накрыв мой лоб губами. – Еще держится. Я приготовила тебе суп. Съешь и сразу все пройдет.

– Я не хочу, мам. Спасибо. – сказал хриплым голосом, переворачиваясь на бок. Сколько времени?

– Ровно пять. И…. – мама замялась, но не надолго. – Я все слышала, Ник. Ваш разговор. – она тяжело вздохнула.

Повернулся к ней, садясь, подложив под спину подушку.

– Что ты об этом думаешь? Она же не любит его. Скажи мне. – надежда была только на ее слова, чтобы хоть как-то остановить прогресс разъедания болью моей плоти.

– Сначала поешь, а потом поговорим. – улыбнулась мне.

– Ну, мам. Я уже не маленький, чтобы вестись на твои провокации.

– А тебе и не надо. Я поговорю с тобой. Хочешь знать мое мнение? Так узнаешь. Но, сперва, поешь. Тебе нужны силы и энергия. Ты похудел, очень сильно. От этого и болеешь, потому что не ешь. Бледный, почти высок. Такими темпами от тебя ничего не останется. Если хочешь, могу покормить тебя.

– Не надо. – приподняв поднос, поставил его себе на колени, зачерпывая всемогущий суп. Горячий, домашний и очень вкусный. Лиора тоже мне такой периодически готовила. Кусок в горло не лез, но я глотал, как мог. Съев половину, отставил тарелку.

– Больше не могу. Спасибо.

Мама обрадовавшись, встала, забирая посуду.

– Мам, ты ничего не забыла? – остановил ее вопросом около двери.

– Да, вроде нет. – она пожала плечами, выходя из комнаты.

– Маааамммм, вы что все надо мной издеваетесь? – крикнул ей вслед.

Мама, заглянула в комнату, оповестив.

– Приготовлю чай и вернусь. Не психуй.

– Блядь. – выругался, накрываясь одеялом с головой.

Мне не терпелось поговорить с мамой, узнать ее мысли. В ожидании разговора, я взял телефон, мне плевать, кто и что у Лиоры там появилось, набрал ее номер, удостоверившись в тысячный раз, что абонент не доступен.

– Вытащи меня из этого гребаного списка. – взмолился, смотря на цифры ее номера, которые ничем не вычерпать из головы. Разбуди меня посреди ночи, и пускай я буду в пьяном бреду, в бессознательном состоянии, все равно без ошибки наберу ее номер.

Хеллен прислала парочку сообщений с просьбой позвонить ей.

– Тебя еще не хватало. – дождавшись, когда возьмет трубку, перебил ее приветствие. – Чего тебе? – прокашлялся.

– Ник, все хорошо? – спросил меня тихий скромный голосок. Прямо ангельский, только была загвоздка, обладательница этого голоса, разрушила мою жизнь.

– Я спросил, чего ты хотела. Нахрена отвечать вопросом на вопрос? Охуенно все. – взбесила на первой же минуте. Как вести с ней диалог, если она тупая и ни черта не запоминает?

– Прости, пожалуйста. Ты придешь сегодня? Ко мне.

– Я приду тогда, когда захочу. – гневно высказал.

– Я буду…