Луиза Олкотт – Старомодная девушка (страница 4)
– Ужасно холодно, но моя муфта такая огромная, не хочу ее носить. Мама запрещает ее ушивать, а вторая, горностаевая, парадная. – Фанни расстроенно потерла руки в тонкой коричневой лайке.
– Наверное, моя беличья муфта тоже слишком большая, но она теплая и уютная. Если хочешь, можешь погреть в ней руки, – Полли недовольно посмотрела на свои новые шерстяные перчатки, хотя раньше она находила их вполне элегантными.
– Может быть. Полли, ты только не стесняйся при девочках, пожалуйста. Я представлю тебя только двум или трем подругам. Не обращай внимания на старого месье и не читай, если не захочешь. В передней будет не больше дюжины человек. На тебя никто и внимания не обратит, у всех свои дела.
– Я не буду читать, просто посижу и посмотрю. Мне нравится наблюдать за людьми, здесь все так ново и странно.
Но все-таки Полли страшно застеснялась, когда ее провели в комнату, полную, как ей показалось, молодых леди. Они были очень нарядно одеты, все болтали друг с другом и как одна сразу же повернулись, чтобы изучить новенькую холодным взглядом, как будто сквозь лорнет. Приветливо кивали, когда Фанни представляла ее, говорили что-то вежливое и нашли ей место за столом, за которым все сидели в ожидании месье. Самые игривые старательно подражали модному греческому изгибу[2], кто-то писал записочки, почти все ели конфеты, и все двенадцать стрекотали как сороки. Полли тоже угостили карамельками, и она сидела, смотрела и слушала, чувствуя себя деревенской девчонкой среди этих элегантных молодых модниц.
– Девочки, вы знаете, что Кэрри уехала за границу? Было так много разговоров, ее отец не выдержал и увез всю семью. Правда, здорово? – спросила бойкая девица, которая только что появилась в дверях.
– Я тоже думаю, что им лучше было уехать. Моя мама говорит, что, если бы я ходила в ту школу, она забрала бы меня сразу, – ответила другая девочка с важным видом.
– Кэрри сбежала с учителем музыки, итальянцем, и это попало в газеты и наделало много шума, – объяснила первая девушка озадаченной Полли.
– Какой ужас! – воскликнула та.
– А по-моему, это весело. Ей исполнилось всего шестнадцать, он был страшно хорош собой, у нее было много денег, и все говорили об этом. Когда она куда-нибудь приходила, то все смотрели на нее, и ей это нравилось. Но ее папаша – старый зануда, поэтому он услал бедняжку подальше. Очень жаль, она интереснее всех, кого я знаю.
Полли нечего было ответить резвой мисс Белл, но Фанни заметила:
– Мне нравится читать о таком в книгах, но когда это происходит где-то рядом, то приносит одни неудобства, потому что жить становится труднее. Слышали бы вы моего
– Это потому, что Кэрри подделывала записки от мамы и гуляла со своим Орестом, пока все думали, что она в школе. Какая она хитрая, правда? – воскликнула Белл, как будто восхищаясь этой проделкой.
– Мне кажется, порой всем надо немного повеселиться, и нет нужды поднимать шум, если кто-то поступает, как Кэрри. Мальчики постоянно делают то, что им нравится, и я не понимаю, почему девочек принято держать в строгости. Я бы посмотрела, кого ко мне бы приставили! – добавила бойкая молодая леди.
– Для этого нужен полицейский, Трис, или маленький человечек в цилиндре, – лукаво сказала Фанни, что вызвало всеобщий смех и заставило Беатрис кокетливо покачать головой.
– Ты читала «Невесту призрака»? Так интересно! В библиотеке за ней очередь, но некоторым больше нравится «Кукольный дом». А тебе? – спросила бледная девушка у Полли, когда наступило короткое затишье.
– Я не читала ни того ни другого.
– Обязательно прочитай! Я обожаю книги вроде «Гая Ливингстона»[3] и еще Йейтса[4]. Ну и мою любимую Уиду[5], хотя у нее такие длинные книги, что я очень устаю их читать!
– После приезда сюда я прочитала только один роман Мюльбах[6]. Я их люблю, потому что они исторические, – ответила Полли, радуясь, что наконец-то может поддержать диалог.
– Это, конечно, познавательно, но я люблю остросюжетные романы, а ты нет?
Полли не пришлось признаваться, что она никогда не читала ничего подобного, поскольку в класс вошел месье, седовласый старый француз, смиренно принимавший все тяготы работы с классом хихикающих школьниц. Юные леди протараторили заданное, написали упражнение и немного почитали из французской истории. Похоже, она не произвела на них большого впечатления, хотя месье сказал, что готов отвечать на все вопросы. Когда же он сам спросил, какой знаменитый француз принимал участие в нашей славной революции, Полли пришлось покраснеть за свою подругу, которая назвала поэта Ламартина вместо маркиза Ла Файета[7].
Урок вскоре закончился. Затем у Фанни было занятие музыкой в другом классе, Полли смотрела и слушала ее, и наконец началась перемена. Девочки помладше гуляли по двору под руку и жевали хлеб с маслом, кто-то остался в классной комнате, чтобы почитать или посплетничать, а Белль, Трис и Фанни отправились обедать в модное кафе-мороженое неподалеку. Полли покорно последовала за ними, не смея заикнуться об имбирном печенье, которое бабушка сунула ей в карман на обед. Так что простое вкусное лакомство осталось нетронутым, пока Полли пыталась удовлетворить свой здоровый аппетит порцией мороженого и тремя миндальными макарунами.
Девочки, казалось, были в прекрасном расположении духа, особенно после того, как к ним присоединился невысокий джентльмен с таким юным лицом, что, если бы не бобровый цилиндр, Полли назвала бы его мальчиком. Спровадив своих неудачливых подруг обратно в школу, Фанни отправилась на прогулку с этим эффектным юношей. Они медленно шли по самым модным и многолюдным улицам, а Полли тащилась сзади, разглядывая витрины. Наконец Фанни, помнившая о хороших манерах даже на свидании, отвела ее в картинную галерею и предложила полюбоваться искусством, пока они немножко поболтают. Покорная Полли обошла зал несколько раз, разглядывая картины с интересом знатока и стараясь не слушать воркотню парочки, устроившейся на круглом диване. Она никак не могла понять, почему Фанни с таким вниманием слушает рассказ об уроке немецкого и почему она так торжественно обещает обязательно быть на концерте сегодня.
Фанни наконец встала, заметив упрек на усталом лице Полли, поспешно простилась с маленьким джентльменом и направилась к дому. Сунув руку в муфту Полли, она доверительно сообщила:
– Дорогая, ты только не говори дома про Фрэнка Мура, а то папа оторвет мне голову. Он мне ни капельки не нравится, а сам он влюблен в Трис, только вот они поссорились, и он хочет ее позлить, немного пофлиртовав со мной. Я его хорошенько отругала, и он пообещал с ней помириться. Мы все ходим на концерты и весело проводим время, Белль и Трисс должны быть там сегодня, так что просто держи язык за зубами, и все будет в порядке.
– Я не уверена… – начала Полли, которая, не привыкла к секретам и знала, что ей будет непросто сохранить даже самую маленькую тайну.
– Не волнуйся, малышка. Это нас совсем не касается, так что мы просто послушаем музыку. А если кто-то захочет пофлиртовать, это не наша вина, – нетерпеливо сказала Фанни.
– Нет, конечно, но, если твоему отцу не нравится, что ты туда ходишь, то зачем ты это делаешь?
– Но я же говорю маме, а она не против. Просто папа поднимает очень много шума из-за ерунды, а бабушка вообще следит за каждым моим шагом. Ну так ты не будешь болтать?
– Не буду. Я никогда не сплетничаю. – Полли сдержала свое слово, уверенная, что Фанни вовсе не обманывает отца, ведь она говорит обо всем матери.
– С кем ты пойдешь? – спросила миссис Шоу, когда Фанни в три часа сказала, что сегодня будет концерт.
– Только с Полли. Она любит музыку, а на прошлой неделе была такая гроза, что мы не могли пойти.
Когда они вышли из дома, Фанни сказала:
– Ну а если мы случайно кого-то и встретим по пути, то уже ничего не поделаешь?
– Можно сказать, чтобы не ходили с нами.
– Это будет некрасиво. Боже мой! Это же – Гас, брат Белль! Он всегда ходит на эти концерты! Моя прическа в порядке? А шляпка?
Прежде чем Полли успела ответить, мистер Гас непринужденно присоединился к их компании. Вскоре Полли заметила, что опять бредет сзади, чувствуя, что все далеко не в порядке, и не зная, как это исправить. Она очень любила музыку и наивно полагала, что на концерты ходят, чтобы ее слушать, но молодые люди вокруг нее предпочитали болтать. Белль и Трисс явились при полном параде, и в перерывах между музыкальными произведениями господа Фрэнк и Гас, а также несколько других блестящих джентльменов, потчевали молодых леди студенческими сплетнями и новостями, которые, очевидно, считались очень интересными. Полли смотрела на этих благородных господ с благоговением, и они даже готовы были признать ее существование, но сочли тихой маленькой девочкой и, заметив, что она не готова была поддерживать светскую беседу, вежливо проигнорировали хорошенького ребенка, посвятив себя молодым леди. К счастью для Полли, она совсем о них не думала, наслаждаясь музыкой, которую чувствовала сердцем, а не разумом. Она сидела с таким счастливым видом, что истинные любители музыки наблюдали за ней с улыбкой.