Луиза Олкотт – Дом под сиренями (страница 32)

— Прекратите! — закричал третий голос, когда Торни протянул руку, чтобы схватить Бена, который приготовился защищаться до последнего. — Мальчики, перестаньте! Бен, ты что-нибудь прячешь в своем шкафу? — и мисс Селия встала между воюющими сторонами, намереваясь разнять их единственной здоровой рукой.

Торни сразу же отступил, устыдившись своей несдержанности. Бен же проговорил срывающимся голосом, как будто стыд или гнев душили его:

— Да, мэм, кое-что.

— Эта вещь принадлежит тебе?

— Да, мэм.

— Где ты ее взял?

— Там, у сквайра в доме.

— Это ложь! — выкрикнул Торни.

Глаза Бена засверкали, и руки непроизвольно сжались в кулаки, но он сдержался из уважения к мисс Селии, которая выглядела озадаченной. Потом хозяйка задала следующий вопрос:

— Это деньги, Бен?

— Нет, мэм.

— Тогда что же это?

— Мяу! — внезапно вступил в дискуссию четвертый голос из шкафа. Бен распахнул дверцу и оттуда выскочил серый котенок, мурлыча от радости, что его выпустили наружу.

Мисс Селия упала на стул и смеялась до тех пор, пока из глаз не потекли слезы. Торни стоял с глупым видом, а Бен скрестил руки на груди, сморщил нос и посмотрел на своего обвинителя со спокойным пренебрежением, в то время как кошечка стала умывать свою мордочку, как будто эти события прервали ее утренний туалет.

— Все это очень хорошо, но не особенно разъясняет дело. Так что не стоит смеяться, Селия, — начал Торни, постепенно овладев собой и твердо решив довести это дело до конца.

— Все сейчас разъяснится, если ты оставишь меня в покое. Мисс Селия сказала, что хочет котенка. Я поехал и взял одного у сквайра, у которого работал. Я спозаранку съездил за котенком, никому не говоря, поскольку имел на это право, — объяснил Бен, весьма огорченный, что его сюрприз испорчен.

— Это очень мило с твоей стороны, и я рада получить такую красивую кошечку. Мы поместим ее в мою комнату, пусть поймает мышку, которая так мне досаждает, — проговорила мисс Селия, беря котенка и размышляя, как ей помирить двух разъяренных мальчишек.

— Селия имела в виду гардеробную. Ты знаешь туда дорогу и не нуждаешься в ключах, — сказал Торни с таким сарказмом, что Бен почувствовал себя оскорбленным и немедленно возмутился.

— Ты меня больше не заставишь взбираться на деревья, чтобы достать тебе мячик, и моя кошка не станет ловить твоих мышей.

— Но кошки не ловят воров, а я собираюсь это сделать.

— Что ты имеешь в виду? — гневно воскликнул Бен.

— У Селии пропали деньги из комода, а ты не разрешил мне посмотреть, что у тебя в шкафу, поэтому я подумал, что их украл ты! — выпалил Торни.

В течение минуты Бен, казалось, не понимал, что Торни имеет в виду, потом стал малиновым от гнева и, укоризненно взглянув на свою хозяйку, распахнул настежь шкаф, чтобы оба они могли увидеть все, что находилось внутри.

— Разные пустяки, но мне эти вещи дороги. Это все, что у меня есть. Я боялся, что Торни будет смеяться надо мной, поэтому не разрешил ему посмотреть… Снимок сделан в день рожденья отца, а я очень тосковал по нему и Санчо, — Бен кивнул на фотографию, и негодование в его голосе постепенно утихало.

При последних словах он чуть ли не расплакался, но сдержался и побросал свои драгоценности обратно в шкаф. Сделав огромное усилие, чтобы взять себя в руки, он оглянулся и печально посмотрел на мисс Селию.

— Вы тоже решили, что я у вас что-то украл?

— Я старалась так не думать, но что было делать? Деньги пропали, а ты единственный чужой в этом доме.

— Неужели больше некого обвинить в этой краже, кроме меня?

— Некого, ведь я хорошо знаю своих девушек. Пропали одиннадцать долларов, и я не представляю, как это произошло. Комод и дверь в комнату всегда заперты, поскольку я храню там свои бумаги и ценности.

— Но как я мог взять их, если комод был заперт? — Бен посмотрел на нее так, как будто этот довод был неопровержим.

— Люди, которые могут забраться по водосточной трубе на верхний этаж и влезть в окно за мячиком, легко сделают то же самое ради денег, особенно если им нужно всего лишь открыть старый замок!

Взгляд Торни и его тон дали понять Бену, в чем его подозревают. Он был невиновен, но слишком растерян и несчастлив, чтобы защищать себя. Его взгляд переходил с одного лица на другое и, видя сомнение обоих, его мальчишеское сердце сжалось, потому что он не мог ничего доказать. Первым импульсом Бена было желание броситься прочь отсюда.

— Я ничего не могу сказать, кроме того, что не брал этих денег. Если вы не верите, то мне лучше отправиться туда, откуда я пришел. Те хозяева не были так добры, но хотя бы доверяли мне и знали, что я не украду ни цента. Вы можете оставить себе мои деньги и котенка тоже, они мне не нужны, — и, схватив свою шляпу, Бен уже направился к выходу, но Торни загородил ему путь.

— Послушай, не сходи с ума. Давай обговорим это дело, и если я неправ, то возьму свои слова назад и попрошу у тебя прощения, — проговорил он дружеским тоном, весьма испуганный последствиями своего поступка, хотя по-прежнему уверенный в своей правоте.

— Это причинит мне большое горе, если ты так поступишь, Бен, — взволнованно проговорила мисс Селия, — останься хотя бы до тех пор, пока твоя невиновность не будет доказана. Тогда никто не станет сомневаться в том, что ты сейчас сказал.

— Я не знаю, как это можно доказать, — мрачно пробормотал Бен, слегка смягчившись от ее явного желания восстановить истину.

— Давай попытаемся. Первым делом хорошенько обыщем этот старый комод сверху донизу. Я уже один раз это делала, но вполне возможно, что долларовые бумажки завалились куда-нибудь. Пойдем, посмотрим немедленно, я должна сделать все, чтобы успокоить тебя и убедить Торни.

Мисс Селия встала и жестом пригласила мальчиков отправиться в гардеробную, в которую можно было пройти только через ее спальню. Все еще держа шляпу в руках, Бен с мрачным лицом последовал за ней. Торни замыкал шествие, твердо решив не сводить глаз с «разбойника», пока дело не прояснится.

Молодая леди вела всю процессию в гардеробную, скорее, чтобы успокоить чувства одного мальчика и дать выход избыточной энергии второго, чем для того, чтобы пролить свет на загадочное исчезновение денег. Она была поставлена в тупик поведением Бена и глубоко огорчена тем, что заставила брата вмешаться в это дело.

— Давайте посмотрим, — сказала она, отпирая дверь ключом, который Торни вернул ей с большой неохотой, — комод стоит в углу. Нижние ящики очень редко выдвигали с тех пор, как мы приехали сюда. Там хранятся только книги нашего отца. А верхние ящики вы можете выдвинуть и исследовать столько, сколько за… Боже милостивый! Кто-то попался в твою западню!

Торни и мисс Селия вскрикнули, чуть не наступив на длинный серый хвост толстой мышки, попавшейся в мышеловку.

Но ее брата сейчас интересовали более серьезные вещи. Он отпихнул ногой мышеловку, одним движением выдвинул ящик комода и вывернул все содержимое на пол.

— К черту старье! Эти ящики постоянно заедают, поэтому их приходится дергать. Теперь все вверх тормашками, — и Торни с отвращением посмотрел на плоды своей неловкости.

— Ничего страшного. Загляни внутрь, Бен, посмотри, не завалилось ли что-нибудь между ящиком и стенкой комода. Я не верю, что вещь может исчезнуть бесследно. Во всяком случае, ящики никогда не были переполнены.

Мисс Селия говорила, обращаясь к Бену, который опустился на колени, чтобы собрать разбросанные листы бумаги, среди которых были две помеченные долларовые бумажки — наживка, приготовленная Торни для вора. Бен заглянул в пыльное углубление, засунул туда руку и проговорил:

— Здесь ничегошеньки нет, кроме какого-то мешочка из красной материи.

— Это моя старая перочистка. А это что такое? — спросила мисс Селия, когда Бен отбросил горстку того, что показалось ей старым мусором.

— Там внутри что-то теплое и живое, — ответил Бен, наклонившись, чтобы исследовать содержание маленького красного мешочка. — Мышата! Какие милые! Похожи на крошечных поросят. Нам придется их убить, поскольку их мама попалась в мышеловку, — проговорил он, забыв о своих переживаниях и переполняемый мальчишеским любопытством.

Мисс Селия наклонилась и осторожно дотронулась пальцем до красной импровизированной колыбельки. Крошечные мышата зарылись глубже внутрь с тревожным писком. Внезапно она крикнула:

— Мальчики, мальчики! Я нашла вора! Взгляните сюда! Вытащите эти обрывки и посмотрите, не напоминают ли они утраченные доллары.

Осиротевшие мышата были извлечены наружу. Четыре безжалостные руки разорвали их уютное гнездышко, и среди обглоданных кусочков бумаги появились четко отпечатанные зеленоватые бумажки, из которых были составлены фрагменты двух банкнот. Большую цифру «ноль» и часть цифры «один» можно было рассмотреть, и это явно относилось к десятидолларовой бумажке. Но хотя здесь имелись и другие фрагменты, никаких цифр больше не было найдено, и они решили принять на веру наличие еще одного доллара.

— И теперь я по-прежнему вор и лжец? — настойчиво спросил Бен, указывая на пресловутые доллары, разложенные на столе, над которыми склонились все трое.

— Нет, конечно. Прости меня, Бен, мне очень жаль, что мы не посмотрели более внимательно, прежде чем обвинять тебя, — пробормотал Торни.

— Давай все простим и забудем. Мы никогда больше не будем думать о тебе несправедливо, клянусь честью.