Луиза Фуллер – Поиграем в любовь (страница 4)

– Значит, он не крал моих часов?

– Нет. То есть да. Но это было ошибкой.

– Уверен, что в тюрьмах полно людей, которые говорят то же самое.

– Вы не понимаете…

– И не хочу понимать. Мотивы, которые толкнули вашего брата на преступление, меня не интересуют. Для меня имеет значение только его вина. И ваша.

– Моя вина?

Ролло презрительно скривил губы:

– Послушайте, сердца, может, у меня и нет, но мозги у меня определенно есть. Вы попали сюда не случайно. Вы пришли посмотреть, что еще можно украсть.

– Это не так.

– Это именно так, – произнес он с убеждением. – И что бы вы ни прятали в кармане передника, вы это покажете моим охранникам, когда мы спустимся вниз.

Тогда Дэйзи запустила руку в карман и достала оттуда часы.

– Я проникла сюда не для того, чтобы что-то у вас украсть, – сказала она. – Я пришла сюда, чтобы это вернуть.

К ее разочарованию, Ролло едва взглянул на часы.

– Это ничего не доказывает. Точнее, это противоречит всему тому, что вы наговорили мне до сих пор, и подтверждает, что вы лгунья и воровка.

– Я не воровка!

Он пожал плечами:

– В отличие от некоторых я предпочитаю говорить и слышать правду.

– А еще запугивать других.

– Правда?

– С того момента, как вы вошли в эту дверь, вы только и делаете, что мне угрожаете.

На его щеке дернулся мускул.

– Позвоните в полицию, – сказал он, протягивая ей телефон.

Его глаза торжествующе блестели, и это еще больше ее разозлило. Сделав шаг ему навстречу, она взяла у него телефон:

– Хорошо. Я позвоню. По крайней мере, в этом случае мне больше не придется находиться в вашем обществе.

– Что за ребячество!

Дэйзи встретилась с ним взглядом:

– Это никакое не ребячество. Вы в любом случае собирались вызвать полицию. Какая разница, кто это сделает?

Ролло глубоко вдохнул. Ее упрямство выводило его из себя, и в то же время он не мог ею не восхищаться. Несмотря на свое плачевное положение, она смело принимала его вызов.

– Вы не хотите этого делать, Дэйзи, – сказал Ролло.

– Вы не знаете, чего я хочу. Вы ничего не знаете ни обо мне, ни о Дэвиде.

– Так расскажите мне.

Дэйзи молча уставилась на него. Почему он дает ей возможность все ему рассказать сейчас? Хочет снова запугать ее и обвинить во всем на свете? Ей хотелось запустить в него телефоном, но затем она подумала о Дэвиде, который сейчас дожидается решения своей участи, и она опустила руку.

– Зачем? Чтобы вы использовали это против него?

Ролло прищурился:

– Все будет зависеть от того, что вы мне расскажете. На данный момент я только знаю, что ваш брат питает слабость к дорогим часам, что он работает в отделе развития и что он высокий и дерганый.

– Дэвид не дерганый. Он просто немного нервный.

– Те, кто совершил преступление, часто нервничают.

В ответ на это Дэйзи пронзила его ледяным взглядом:

– Дэвид не закоренелый преступник. Он стеснительный и с трудом заводит себе друзей.

– Ему было бы проще, если бы он их не обкрадывал.

– Это была ошибка.

– Когда ты берешь чужое, это называется не ошибкой, а воровством.

– Не всегда. Мой брат просто оступился.

Ролло знал, что на этот раз она говорит правду.

Дэвид Мэддокс определенно не закоренелый преступник. Именно по этой причине он не уволил его, а распорядился, чтобы о нем навели справки. В тот же день ему положили на стол папку, в которой содержалась информация о происхождении, образовании и трудовой деятельности этого сотрудника. В досье говорилось, что у Дэвида Мэддокса есть сестра-двойняшка и что она обслуживает мероприятия, которые устраивает компания Ролло.

До сих пор Дэйзи Мэддокс была для него именем без лица, строкой в досье. Но там ничего не говорилось ни о ее красоте, ни о силе ее духа, ни о любви к брату.

Когда он сидел и смотрел на мониторе видео-наблюдения, как она проникает в его кабинет, он принял ее за хитрую, алчную женщину, но по какой-то причине нарушил собственные правила и сказал начальнику службы безопасности, что сам с ней разберется.

– А вы? – спросил он. – Давайте поговорим о вас.

Дэйзи настороженно посмотрела на него:

– Зачем?

Ролло пожал плечами.

– Мне просто любопытно. Чем вы занимаетесь, когда не вторгаетесь в чужие кабинеты? – мягко спросил он.

– Какая вам разница? – отрезала она. – Вы ясно дали мне понять, что вы считаете нас с Дэвидом кем-то вроде Бонни и Клайда. Ничто из того, что я могу вам сказать, не изменит вашего мнения о нас.

Ролло расстегнул воротник рубашки и ослабил узел галстука.

– А вы попытайтесь. Не могу сказать, изменит это что-то или нет, но разве вам есть что терять?

– Вы же сказали ранее, что вам неинтересно.

– А вы сказали ранее, что у меня нет сердца.

Он пристально посмотрел на нее, и ее сердце пропустило удар.

– Я даю вам возможность оправдать себя и Дэвида.

Дэйзи медлила с ответом. Она ему не доверяла, но хотела защитить своего брата.

– Рассказывать особенно нечего, – произнесла она, вздохнув. – Мне двадцать пять лет. Я живу в квартире своего брата. Мы двойняшки. Я работаю официанткой. Всего лишь официанткой. Но это было вынужденное решение. Я актриса. Просто мне пока не удается найти работу по специальности. Это все. – Она настороженно посмотрела на него: – Не понимаю, чего вы от меня хотите.

Уголки его губ приподнялись в довольной улыбке.

– Кажется, я нашел выход из этой неприятной ситуации, который устроит всех.

Дэйзи похолодела от ужаса.

– Я не буду заниматься с вами сексом. Я скорее продам свои почки!