Луиза Бей – Рыцарь Англии (страница 15)

— Что у тебя там? — Я положил руку на ее, чтобы поправить бумаги, которые она держала, чтобы я мог видеть ее. Ее кожа была мягкой и гладкой, она вздохнула, но не отошла. Вместо этого мельком глянула мне в глаза, я встретился с ее взглядом. Моя решимость держаться подальше от Вайолет пошатнулась.

Она вздохнула, пока мы молча смотрели друг на друга, мое сердце колотилось в груди, а член напрягался в штанах.

Я хотел ее.

Я был уверен, что она тоже меня желала.

Показался кончик ее языка, готовый пройтись по губам, и мой самоконтроль испарился окончательно.

Я протянул руку и обхватил ее за шею, проведя пальцем по щеке. Она закрыла глаза и прижалась к моей ладони. Мой взгляд опустился на ее грудь, потом вернулся к ее красивому лицу. Я, наконец, зарылся пальцами в ее блестящие, шелковистые волосы. Они были такими же мягкими и привлекательными, как я себе и представлял, когда впервые увидел ее в подземке.

Теперь пути назад не было.

Я выхватил у нее бумаги и бросил их через плечо, смутно осознавая, что они разлетелись у меня за спиной, как огромное конфетти, падая на пол.

Ее глаза широко распахнулись.

— Что ты…

Прежде чем она успела спросить, какая еще муха укусила меня за задницу, я притянул ее к себе, схватив одной рукой за талию, другой запутавшись в ее волосах, прижавшись губами к ее губам. Впервые за несколько дней мои мысли были полностью сосредоточены на одном — на Вайолет Кинг, как она ощущалась под моими пальцами и какой была на вкус. Как будто я вернулся домой после долгой, тяжелой поездки.

Ее колени подогнулись, на секунду мне показалось, что она в ту же секунду готова мне сдаться, непоколебимо и безоговорочно, но вдруг она передумала, оттолкнув меня в грудь своими маленькими изящными ручками.

— Что? — Спросил я, слегка отстраняясь. Я знал, что она хотела того же, что и я.

Она взглянула на меня так, будто хотела убить. Ее глаза метали гром и молнии, губы покраснели и поджались — она была так прекрасна.

— Что ты делаешь? — спросила она.

— Я поцеловал тебя, и если ты не заметила, ты мне ответила. — Это было лучшее, что я почувствовал с тех пор, когда она рядом со мной шла к адвокатской коллегии.

Губы ее были приоткрыты, грудь прижата к моей. Она не выглядела так, будто хотела, чтобы я остановился. Я снова нагнул голову и погрузился языком в ее рот. Она ответила на мою потребность, но потом замерла и снова толкнула меня в грудь.

— Нет. Мы не можем. Мне нужна эта работа.

— А мне нужно это. — Я не мог вспомнить, когда в последний раз так хотел женщину. Я жаждал секса, освобождения, но не с какой-то конкретной женщиной, по крайней мере, мне так казалось раньше, но с тех пор, как появилась Вайолет на платформе Грин Парк, все как-то сдвинулось. Я обхватил ее руками за задницу, а потом сжал ее ягодицы. — И ты тоже этого хочешь. — Такое чувство не может быть односторонним, не так ли? — Кроме того, чем бы мы тут не занимались, это не повлияет на твою работу. Ты же понимаешь, что хочешь того же, так же сильно, как и я.

Она застонала, но я надеялся услышать стон страсти, а не разочарования.

— Да, ты симпатичный, но для меня ты все равно придурок. Ты не должен хотеть целоваться с глупышкой.

Я потянулся к подолу ее юбки, воодушевленный ее признанием, что она находила меня привлекательным.

— Я для всех придурок. — Она закатила глаза, и я опять опустил голову, чтобы поцеловать ее, но уже не затяжным поцелуем. — И я не думаю, что ты глупышка. Ты окончила в МТИ. — И то, что она была умной, было одной их причин ее привлекательности. Может поэтому она меня не боялась. Ее уверенность со мной была абсолютным афродизиаком.

Она прищурилась.

— Ты читал про меня. — Она гладила руками мою грудь, и мои мышцы под ее пальцами зудели.

— Ты выкрадываешь документы из моего кабинета. — Я скользнул пальцами вверх по ее ноге под юбкой, к верху чулка, к ее горячей, шелковистой коже. Черт, она была просто восхитительна. Я потерся о нее бедрами. — Я смотрел твое резюме.

— Ты обнаружил, что я выношу бумаги? — Она прикусила губу, как только я провел пальцем по кружева чулка, припав ко мне поближе.

Я стал подталкивать ее спиной к стене. Хотелось бы мне, чтобы у нас было побольше места и побольше времени. Я готов был потеряться в ней на несколько часов, если бы у меня был такой шанс.

— Я тоже не идиот. Для тебя может все это и выглядеть, как хаос, но я точно знаю, где у меня, что лежит. У меня отличная память.

Она прижала кончики пальцев к моей скуле и вздохнула.

— Я не думаю, что ты идиот. Но была уверена, что заметаю следы.

Я стал поглаживать ладонью внутреннюю сторону ее бедра, она запрокинула голову назад и ахнула. Я не торопился продолжать, наслаждаясь теплотой ее кожи и звуками, которые она издавала, испытывая настоящую жажду до всего, что было с ней связано. Ее кожа была гладкой и упругой, как барабан. Моя рука передвигалась все выше и выше, желая больше и больше, и я пытался успокоить свое бешенное сердце, чтобы стук не мешал мне услышать, когда она меня остановит. Но звуки, которые она издавала, заставляли меня двигаться вперед. Она также, как и я, мечтала об этом? Она готова познакомиться со мной поближе?

Я скользнул рукой еще дальше вверх, мой палец достиг края ее трусиков. Я провел ногтем по кружеву, и она задрожала.

— Как тебя зовут? — спросила она, и словно выстрел, меня опалило желание. Моя рука находилась у нее под юбкой, а она даже не знала, как меня зовут. — Или тебе нравится, когда к тебе обращаются сэр?

Хотя у меня было здоровое самомнение и мне нравилось доминировать в спальне, но мне не хотелось, чтобы она называла меня как-то иначе, не по имени. Я просунул пальцы под кружева.

— Алекс, — ответил я, поглаживая ее складки вверх-вниз, прижимаясь к ней поближе и вдыхая ее запах.

Она ахнула, словно я сказал непристойность.

— Александр.

Я замер. Никто, кроме моей семьи, никогда не называл меня Александром, но то, как она в своей ленивой, сексуальной манере, нараспев произнесла мое имя, как бы «сделай что-нибудь для меня», я не стал ее поправлять. Я нашел ее клитор и покружил пальцем. Она выгнула спину.

Она запустила руки мне в волосы, пока я приподнимал ее юбку к талии.

— Александр, — прошептала она, отчего мой член стал еще жестче. Я провел вниз ладонью по своей эрекции. Как, черт возьми, можно быть таким твердым и не вырубиться из-за отсутствия кровоснабжения мозга? — А что, если кто-нибудь войдет? — спросила она. Но я знал, что ей было наплевать на это. Ее глаза были затуманены страстью, и она шарила рукой по моей ширинке, пытаясь открыть молнию, чтобы добраться до моего члена.

Я оглянулся через плечо.

— Никто бл*ть не посмеет. Только ты. — Я потянул за кружево, мне необходимо было дотронуться до ее киски. Послышался треск, когда я разорвал ее трусики, отчего она снова застонала, и на этот раз именно такой стон я жаждал услышать. — Тебе придется быть тихой. Знаю, что это будет нелегко, потому что я жестко собираюсь тебя трахнуть и тебе захочется закричать. Но ты должна сдерживаться.

Она отрицательно качнула головой.

— Ты такой самоуверенный, мистер Найтли.

— Я докажу это. — Она выпустила мой член, я схватил свой бумажник и нашел презерватив. Сам раскатал латекс, ее рук на своем члене я бы просто не выдержал, и так уже был на грани, поэтому подхватил ее под бедра и прижал к стене.

— Готова? — Спросил я.

— Лучше бы тебе постараться.

Маленькая ведьма. Я покажу ей, как трахаются настоящие мужики.

Я вошел в нее в тот момент, когда она обхватила меня за плечи, отчего ее глаза широко распахнулись и в них затрепетала паника. Я знал, что она не сможет сдерживаться и не кричать, теперь она тоже это поняла.

Я замер, глубоко погрузившись в нее, мы молчаливо пялились друг на друга, осознавая, что с нами происходит. Мы оба этого хотели, нуждались в сексе. С первого раза, как только увидели друг друга, мы двигались именно к этому моменту. И все непроизнесенные слова, наконец, проявились в нашей связи. Не взгляд, не прикосновение, не поцелуй. Ее ноги были разведены, а мой член находился внутри нее. Пути назад не было. И я впервые понял значение интимный секс. Я понял, что интимность секса совсем не связана с отсутствием одежды, гораздо более она была связана с чем-то другим. Переступив определенную черту, как будто мы за собой захлопывали дверь перед всем остальным миром, и здесь мы были только двое — Вайолет и я. И мы были соединены.

Я медленно начал двигаться, выходя, не желая покидать ее тугую киску, но мне необходимо было двигаться. Мне необходимо было прижать ее к стене своим членом. Я зарылся лицом в ее шею, пытаясь заглушить собственные стоны, не доверяя, что смогу сдержаться.

— Александр, — прошептала она мне на ухо, как только я вошел на этот раз глубже, так глубоко, она была очень тугой. Я так долго мечтал об этом моменте, представлял, желал, но реальность оказалась намного лучше, намного лучше, чем я мог себе представить.

Мне также хотелось, чтобы она призналась, что точно также ждала этого момента, мечтала и фантазировала о нем, как я буду ее трахать у стены в своем кабинете. Мне хотелось увидеть с ее стороны такой же отклик, ту тоску, которую я испытывал последние эти несколько дней, что она была не только с моей стороны. Мне необходимо было, чтобы она подчинилась мне, сдалась. Она сильнее сжала мои волосы, хотя ее тело расслабилось в моих руках. Она сдалась, передав свой контроль мне, отказавшись от борьбы и испытывая такую же жажду во мне, как и я. Это была настоящая победа.