Луиза Бей – Король Уолл-стрит (ЛП) (страница 6)

— Она хочет покрасить волосы. Я говорил «нет» миллион раз, но она продолжает настаивать. — Вздыхаю я. Я не привык повторять. — Клянусь, мне кажется, однажды я вернусь домой, а она уже покрасила волосы.

Донна засмеялась.

— Девочки-подростки — это проблема. Я счастлива, что у меня есть еще несколько лет. Я имею в виду, я отлично помню, какие мысли кружились у меня в голове в четырнадцать. Не всегда прекрасные.

Я понятия не имел, что происходило в голове Аманды большую часть времени.

— Я не уверен, что хочу знать, — ответил я, потирая ладонями свое лицо.

Донна усмехнулась.

— Поверь мне, тебе лучше быть в неведении. Постарайся иногда говорить «да», чтобы не было крупных баталий. Что говорит Пандора?

— Что отрежет мне яйца, если я позволю ей покрасить волосы.

— Хорошо хоть вы в одной упряжке.

Мы с Пандорой приходили к общему соглашению о большинстве вещей, когда дело касалось нашей дочери. Потому что мы оба были молодыми, когда Пандора забеременела, и мы начали с чистого листа. Между нами не было багажа. Никакой боли. Мы оба сделали лучшее, что смогли. Мы недолго заигрывали с идеей попытаться заставить наши отношения выйти на новый уровень, но ни один из нас особо не старался в этом вопросе. Это оказалась всего лишь веселуха до университета и ничего больше.

Я не был уверен, было ли это осознанное решение, но с момента рождения Аманды, я понял, что моя жизнь была посвящена моей дочери. Да, мой бизнес был важен, но необходимость поддержать Аманду, чтобы она получила все преимущества семьи, была для меня превыше всего. Я был убежден, несмотря на то, что мы с Пандорой допустили ошибку, и она забеременела, это ни в коей мере не должно было отразиться на моей дочери. Она была единственным важным человеком в моей жизни и причиной, по которой не было места для кого-то другого.

Поддержка со стороны наших родителей, дала нам возможность двоим закончить университет. Пандора познакомилась с Джейсоном на втором курсе, и они поженились вскоре после окончания университета. Я был шафером, Аманда сидела у меня на коленях во время церемонии. Это казалось странным, но так происходило все эти годы. Но оглядываясь назад, теперь я понимаю, что Пандора каждый день воспитывала Аманду. Теперь свою эстафету она передала мне.

— Да. Все намного сложнее, чем я ожидал. Раньше, если бы она спросила меня можно ли ей покрасить волосы, я либо сказал ей спросить у матери, либо сказал «нет» и оставил бы ее дома, и Пандоре пришлось бы со всем этим разбираться. Теперь это все на мне.

— Помни, Аманда, вероятно, тоже скучает по матери.

— Это была ее идея, чтобы они поехали без нее. Джейсон был готов отказаться от работы в Цюрихе.

— Я знаю, но она в том возрасте, когда иногда выдает взрослые суждения, а в душе все еще ребенок.

Я кивнул, и мое сердце забилось сильнее, так его заставляла биться только Аманда. Ей было всего четырнадцать. Господи, что мне нужно сделать, чтобы вернуть то время. Все было так просто.

— Они все время сидят в Скайпе. Думаю, сейчас у меня больше общего с Пандорой, чем когда-либо. Мы буквально пропустили ужин прошлым вечером, просидев в Скайпе. — Я засмеялся. — Вообще-то, было приятно. Я думаю, Пандора беспокоится, что она приняла неправильное решение, оставив ее со мной.

— Уверена, все будет хорошо. Вам просто нужно привыкнуть друг к другу.

Я кивнул.

— Да, надеюсь, что если она... — мой FaceTime[1] зазвонил. — А вот и она. — Я взял свой телефон. — Эй, здесь Донна поздоровайся с ней.

— Привет, Донна, — ответила моя дочь.

— Привет, Аманда. Ты такая красавица.

— Я была бы лучше с белокурыми волосами, верно?

Донна усмехнулась и встала.

— Я не хочу это обсуждать. Я вас оставлю на пару минут.

— Привет, малыш. Что случилось? — спросил я, как только Донна закрыла за собой дверь.

— Я хотела спросить, когда ты вернешься домой.

Я проверил часы на ноутбуке. Был только полдень.

— Наверное, не раньше восьми. Марион с тобой, да?

Моя домработница знала Аманду еще с детства, поэтому она была идеальной няней для нее после школы и на каникулы. На этой неделе Аманда была на каникулах.

— Да, она здесь. Я просто подумала, что ты вернешься пораньше.

Мое сердце снова сжалось. Девяносто процентов времени она сводила меня с ума, но благодаря этим моментам я жил. Может ей и четырнадцать, но иногда ей все же еще нужен отец.

— Как прошло утро?

— Тьфу. Я не хочу об этом говорить.

— Ты все еще борешься с Самантой? Знаешь, будет намного лучше, если отпустишь. Проблемы, как дерьмо…

— Паааап!

Я усмехнулся. Ей не нравились подобные разговоры, связанные с опорожнением кишечника или выходом газов, поэтому я поддразнивал ее при каждом удобном случае.

— Саманту уже пригласили на танец, — пробормотала она.

Это привлекло мое внимание.

— Что значит пригласили? Мальчик пригласил? На свидание? — У меня сжалось горло, я закашлялся. — Ты только в средней школе, ради Христа… ты не должна ходить на свидания. — Танец по окончанию восьмого класса занимал в голове Аманды главное и самое ужасное, по моему мнению, место. Я бы предпочел, чтобы она больше думала о математике или географии, на которых стоило сосредоточиться.

— Мне четырнадцать, а не двенадцать.

Велика ли разница?

— Но ты поедешь с Патти и всеми своими друзьями, не так ли? — Я старался сдержать поднимающуюся панику, которую чувствовал в своем тоне.

— Конечно, но…

— Ты хочешь, чтобы мальчик тоже пригласил тебя, а он не приглашает? — Я отчаянно хотел сказать ей «нет», отказать в страшном ночном кошмаре, которому не суждено было сбыться.

— Нет. Еще нет. Спасибо, что напомнил. Я позвоню маме. Поговорим позже.

— Аманда, постой. Что…

Она повесила трубку. Господи, что я сейчас сделал? Я ничего не понял. Все было намного проще, когда она жила со своей матерью. До переезда я не ошибался. В мои обязанности входило щекотать ее, шутить, прочитать какую-нибудь сказку перед сном, и она думала, что я самый удивительный отец. Теперь все мои потуги приводили к закатываю глаз или «Пааап!».

Мать твою. Мне необходимо позвонить Пандоре. Может, я отправлю Аманду в Цюрих на выходные, когда состояться эти танцы? По крайней мере, не будет мальчиков, никаких свиданий, и мне не придется беспокоиться, чтобы я попаду за решетку за убийство. Моей дочери всего четырнадцать, она не готова к реальностям мужского пола.

— Войдите, — громко пролаял я на стук в дверь. Харпер вошла в кабинет. Я застонал. Находиться в одной комнате с ней было самым последним, что я хотел бы в данный момент.

— Что? — Спросил я, пока она двигалась в моем направлении.

— Переделанный отчет о Бангладеш. — Она несла какие-то бумаги.

— Ты могла бы оставить их у Донны.

Она с треском положила отчет на стол.

— Уверена, если бы я оставила его у Донны, вы бы не сказали мне напрямую, что я должна в нем передать.

Ох. Огрызается. Я не ожидал этого. Пришлось скрыть ухмылку. Она была права, я даюсь ей нелегко. Но это было не личное. Ладно, немного личное. Она просто раздражала меня. Я гордился тем, что на работе не было эмоций. Я всегда был в состоянии разделять различные области своей жизни, закрывая один мир, пока был в другом. Харпер размывала границы. Во время наших встреч я зацикливался на изгибе ее шеи или как натянулся свитер на ее груди. Я мысленно пытался выяснить ее запах или представить, как ее кожа будет ощущаться под моими пальцами. Я пытался закрыть эту часть своего воображения. Снова и снова.

Я смотрел на экран ноутбука.

— Ну теперь ты здесь, оставь его на моем столе, и я постараюсь посмотреть его позже.

— Я оставлю ваш сэндвич у Донны, — сказала она, развернувшись на каблуках. На ней что новое платье? Оно прекрасно смотрелось, обтягивая ее задницу и покачивающиеся бедра, а также высокую шею и прямую спину.

У меня не было времени ответить, она вышла и захлопнула дверь.

Боже, похоже сегодня у меня куда не плюнь одни отношения. Сегодня что полнолуние? Я взял трубку и позвонил Аманде. Без ответа.

У меня была куча бумаг, которые мне необходимо было просмотреть, но я хотел разобраться с ситуацией с Амандой. Если она собиралась пойти на танец со свиданием, нам было о чем поговорить. Я собрал все свои вещи. Я поработаю в поезде. Уйти из офиса показалось двойным бонусом — я мог бы побыть с дочерью и увеличить некоторое расстояние между мной и Харпер. Хотя это решение и было не долгосрочным. Я не мог не появляться на работе, тем самым избегая Харпер. Мне нужен план, чтобы удержать ее подальше от себя. Чтобы я был уверен, что она не будет иметь ко мне никакого отношения.

Поездка в Коннектикут придала мне сил, с каждой милей я смог все лучше и лучше сосредоточиться на бумагах, с каждой милей, которая разделяла меня от Харпер.

— Блины? — спросила Аманда, забредя на кухню. Французские двери были открыты, вокруг нас кружил легкий бриз. Несмотря на то, что мы являемся обычной семьей, мне всегда нравилось, что в этом доме присутствовала традиционная семейная атмосфера. Здесь не было ни одной гладкой линии, блеска и гламура, как в моей нью-йоркской квартире, но мне нравились дом и квартира, я и там и здесь чувствовал себя как дома.