Луи Тома – Детективы (страница 36)

Она не противилась, когда он прижал ее к себе, однако, тело, находящееся в его объятиях было пассивное, бесчувственное.

Вдруг его охватило желание защитить ее от всего, что ей угрожало, от всех и в том числе от самого себя. Может быть это произошло под впечатлением беззащитности, которую она вызывала. Он любил ее, как дорогую хрупкую фарфоровую безделушку. Он влюбился в нее, он все еще любил ее, ибо она была слабее его.

— Доверься мне.

Как хорошо иметь кого-то под своей защитой. Он обманывал самого себя, опьяненный своими словами.

— Я найду выход. Вот увидишь, любимая, все будет в порядке.

Он почувствовал, как ее тело снова ожило и ощутил радость. Его энтузиазм разгорался.

— Я не допущу, чтобы этот мошенник разлучил нас, — сказал он, целуя ее.

Они долгое время пребывали в целомудренных объятиях. Где-то поблизости башенные часы пробили половину шестого. Чары были нарушены.

— Я должен отправиться обратно в Сен-Лауренс к своей машине, — сказал Жак, — Я могу подвезти тебя на такси.

— Куда?

— К твоей клиентке, конечно…

Она хлопнула себя рукой по лбу.

— Боже мой, я совсем забыла.

Она скрылась и через несколько минут вернулась в белых ботинках и пальто из гранатово-красной шерсти. Волосы она подвязала платком цвета своего платья — голубым.

— Мой чемоданчик, пожалуйста.

На лестнице было тепло, как дома. Тем сильнее они ощутили холод, когда вышли на улицу.

Наступила ночь, холодная и неприятная, несмотря на уличные фонари, которые не могли смягчить это впечатление.

Жаннина высоко подняла меховой воротник пальто и надела мягкие теплые перчатки, последний подарок своего возлюбленного.

Легким протестующим жестом выдала она свое удивление, когда Жак взял ее под руку. В первый раз разрешил он это себе в Гренобле. Сегодня вечером он сделал это из-за упрямства, чтобы доказать — в основном самому себе что у него есть мужество.

Пройдя совсем немного они сели в такси.

— К парку Пауля Мистраля, — сказала Жаннина. — Против обзорной башни.

Она сняла перчатки и во время поездки они сидели молча, держа друг друга за руки. Жак искал красивых слов, чтобы успокоить ее и не находил. Его возвышенные чувства были всего лишь мимолетной вспышкой. Столкнувшись с действительностью, он не видел выхода. Альтернатива была математически строгой: либо плати деньги, либо предоставь Роджеру разрушить брак.

— Но где взять деньги?

Машина затормозила возле тротуара, раздавив лед в водосточной канаве. Жаннина прибыла на место. Она пожала пальцы Жаку и взяла свой чемоданчик.

— Я позвоню тебе утром, — сказал он, затем не столь убедительно как раньше добавил: — Не беспокойся, все будет в порядке.

Жаннина вышла. Жак крикнул ей еще что-то, но шум захлопнувшейся дверцы заглушил его слова.

Такси продолжало свой путь. Молодая женщина стояла неподвижно и провожала взглядом машину, пока та не свернула за угол.

Сзади к ней медленно приближался желтый Дофин.

— Хелло, Жаннина!

Машина остановилась. Через открытую дверцу Роджер нетерпеливо крикнул:

— Поспеши! Входи быстрее!

Глава 5

Машина присоединилась к потоку движения и медленно поехала обратно через забитые машинами улицы. Наступили часы пик.

— Я дожидался внизу, мне не хотелось еще раз подниматься, — проворчал Роджер. — Как ты думаешь, выйдет?

— Чтобы освободиться к семи часам я придумала встречу с клиенткой. Он пожелал меня проводить. Отказаться от этого было трудно.

В машине было душно. Воздух был дымный и перегретый. Жаннина опустила окно и расстегнула пальто.

— Куда мы поедем? — спросила она.

— К тебе, конечно.

— Это нежелательно, — возразила он, — он может неожиданно вернуться.

— Подумаем. — Роджер улыбнулся.

— Сейчас он шмыг-шмыг быстренько домой. И у него нет причин вернуться, он думает, что ты у клиентки.

— Как знаешь.

— У него есть ключ?

— Нет. Но я предпочитаю пойти в другое место.

— Во всяком случае, не в кафе, так нельзя спокойно поговорить.

Машина проскользнула между грузовиком и Комби и первой оказалась у светофора, сменившего свет на зеленый.

Роджер воспользовался свободной улицей и увеличил скорость.

— Тогда остается только отель, где я остановился.

— Ты сегодня вечером не вернешься в Лион?

— Только не сегодня.

И с достоинством добавил:

— Если исход битвы сомнителен, то генерал должен находиться впереди войска. Отель Империя. Всего два шага отсюда.

Чем ближе приближались они к центру Гренобля, тем плотнее было движение, тем медленнее продвигались они вперед. Водитель был занят управлением машины и его пассажир не пытался нарушить молчания.

Белый каменный фасад отеля Империя возвышался на сравнительно тихой площади, на которой стоял памятник давно забытому когда-то знаменитому человеку.

Роджер поставил машину на стоянку на площади, предназначенную для обитателей отеля и повел девушку к парадной лестнице, над которой была сводчатая стеклянная крыша в стиле рубежа столетий.

— Комната с ванной, моя дорогая. Я не могу отказать себе в удобствах.

Когда они вошли в холл, сразу стало тихо, прекратился шум и голоса людей. Толстые стены заглушали городской шум и голоса людей, превращая его в спокойное жужжание.

Роджер взял свой ключ с доски и они поднялись на третий этаж, никого не встретив.

Комната была не люкс, но довольно большая и чистая: на обоях были цветочки, мебель полированная, на полу испанский красный ковер. Стоял запах старомодной парфюмерии, который отнюдь не был приятным.

Роджер, часто путавший «старое» с «бюргерским», показал на железную, с латунными шариками кровать.

— Моя мечта!

С известным респектом, он положил свое пальто на пуховое одеяло. Жаннина бросила рядом свое пальто и упала затем в низкое кресло, которое слегка шаталось.

Она молчала.

Закурив свою длинную сигарету, Роджер стал спрашивать:

— Что произошло после того, как я ушел?