Луи Стоуэлл – Магический портал (страница 5)
Судя по лицу Рохана, он явно не был согласен насчёт веселья. Его брови были нахмурены. И не просто нахмурены, а нахмурены мега-супер-сердито! Мира никогда не видела никого, чьи брови могли бы выражать столько эмоций.
– Мне это не нравится, – сказал Рохан. – Почему вы нам помогаете? Вы фея. Ваша королева украла мою сестру!
Маб рассмеялась. Её смех был похож на порцию мороженого в субботу вечером.
– Да, я фея… И именно поэтому я помогаю тебе, глупый мальчик! – сказала она. – Разве это не очевидно? Я твоя крёстная фея, – добавила она, взмахивая руками – ТА-ДА-А-А-А! – ещё более драматично, чем раньше.
– Моя крёстная фея? – робко спросил Рохан.
– Технически я крёстная для вас обоих, – ответила она, кивая и Мире тоже.
Та тотчас просияла. На душе тут же стало тепло. У неё никогда не было крёстной среди людей, не говоря уже о феях.
– Нас, крёстных, на земле сейчас слишком мало, – продолжила Маб. – Добрые феи в дефиците. Всё больше и больше фей встают на сторону злой королевы Глорианы. Похоже, быть доброй феей уже не в моде. – Маб фыркнула. – Лично я пытаюсь повернуть всё вспять. Теперь это не модно – быть доброй. Как пышные рукава. Или лютни.
– Я… – начал было Рохан и моргнул. – Всё это плохо укладывается у меня в голове.
Маб улыбнулась.
– Прекрасно. Я бы переживала о своих волшебных способностях, если бы смертные слишком хорошо меня понимали.
– Кто-нибудь когда-нибудь говорил вам, что вы ужасно странная? – с благоговением в голосе спросила Мира.
– Очень многие, – улыбнулась Маб. – Но очень мило, что ты тоже это заметила.
– Вы уверены, что с моей сестрой всё в порядке? – спросил Рохан.
– Нет, я не уверена, – ответила Маб. – Но чем быстрее мы доберёмся туда, тем больше у нас шансов спасти её.
– Тогда нам нужно идти. Прямо сейчас, – сказал Рохан. Паника в его глазах нарастала.
– Отлично! Пойдём! – сказала Мира, ощутив внутри себя шар яркой, бурлящей энергии.
Что-то должно было ПРОИЗОЙТИ. Что-то грандиозное. Её крохотная жизнь вот-вот взорвётся и превратится во что-то ещё.
Она убрала назойливый страх в укромный угол, где хранила множество вещиц, с которыми не знала, что делать. Например, ночь, когда приезжала полиция, потому что её мама и папа ругались. Там же она старалась держать чувство, что её одновременно и слишком много, и слишком мало. Мира глубоко вздохнула.
– Иноземье, мы идём! – произнесла она с самой весёлой улыбкой, какую только смогла изобразить.
Маб хлопнула её по спине.
– Молодчина! Вот кому всё равно, если случится что-то ужасное, главное, чтобы было весело! Пойдёмте!
– Но как нам туда попасть? В Иноземье? – неуверенно спросил Рохан. – Мне не разрешают даже на автобусе ездить одному…
– Я не знаю, что такое автобус. Но мы можем украсть его позже, если хотите. А пока мы идём через дверь. – Маб указала на зеркало.
– Это зеркало, – возразил Рохан.
– Только если вы смотрите на него глазами человека, – возразила Маб. С этими словами её глаза замерцали. В буквальном смысле. В её зелёных радужных оболочках плясали яркие огоньки.
Мира подумала, что если смотреть ей в глаза слишком долго, то в них может засосать, как космонавта из шлюза в открытый, усыпанный звёздами космос, где её грудь будет раздавлена пустотой, а она сама будет вечно вращаться и крутиться и…
Маб между тем продолжала говорить:
– Если взглянуть на это с другой стороны… Зеркала – места тонкие. Они – ворота в Иноземье. Место, где реальное и нереальное меняются местами. Именно так королева фей пробралась в ваш мир и украла девочку.
Рохан вздрогнул, а Мира с удивлением посмотрела в зеркало. Оно волшебное!
– Прямо как в сказке!
– Только намного лучше. Сказки вечно упускают из виду поистине невероятные детали, – сказала Маб. – К тому же феи-крёстные в них такие зануды. Тратят могущественные магические силы на то, чтобы шить платья и находить кому-то бойфрендов! Честно говоря, это оскорбительно. А главное – в сказках крёстных фей даже не приглашают на вечеринки! Лично я не могу припомнить случая, чтобы МЕНЯ не пригласили на вечеринку. Кроме этой. – Она укоризненно посмотрела на Рохана и Миру. – Что было весьма невежливо с вашей стороны, если хорошенько подумать.
– Извините, – сказал Рохан. – Я не знал, что у меня есть крёстная фея.
Мира раздражённо фыркнула. Честное слово, она не удивилась бы, если бы Рохан в драке извинился за то, что его лицо оказалось на пути у кулака.
Внезапно Маб оказалась между Роханом и Мирой и схватила их за руки. Её пальцы были холодными, ногти острыми, а хватка очень крепкой.
– Что вы делаете? – уточнил Рохан. – Ого! Вы такая сильная!
– Ой, отпустите! – воскликнула Мира, пытаясь вырваться. Но не смогла. Рука феи была похожа на железные тиски.
Сомнение всплыло где-то внутри её, словно пузырёк воздуха.
Страх вновь проснулся у неё в груди, стёк в живот и закипел там, как бывает при несварении желудка. Однако её мама всегда учила, что бояться бессмысленно. Плохие вещи случаются вне зависимости от того, испугались вы или нет, так что с таким же успехом можно и не бояться.
– Мы должны касаться друг друга, иначе вы потеряетесь, – сказала Маб. – Вы же не хотите, чтобы это произошло? Вам же, наверное, хочется, чтобы ваши ноги были там же, где и ваш нос. Хотя… Если вы предпочитаете навечно застрять в воющей пустоте хаоса…
– Не знаю, лично я люблю хаос… – пробормотала Мира. – Но вот нос…
Маб внезапно подпрыгнула и подняла их в воздух, чуть не выдернув руку Миры из сустава. Но затем их окружила тёплая покалывающая волна света, и её рука расслабилась. Она, Маб и Рохан пару мгновений парили в воздухе в облаке света, а затем Маб сделала крыльями два коротких, но мощных взмаха и устремилась прямо в зеркало. Очень прочное, очень стеклянное зеркало.
– НЕТ! – истошно закричала Мира, ожидая, что сейчас врежется в него и порежет лицо осколками зеркального стекла.
Но вместо этого она ударилась лицом обо что-то мягкое, холодное и густое, как будто нырнула в бассейн, наполненный маслянистым йогуртом. Она попыталась закричать, но не издала ни звука.
4. Безвременье
Они были посреди пустоты, посреди ничего. Мира чувствовала, как по её лицу и рукам скользят липкие щупальца, затягивая её куда-то внутрь и вперёд. Это было как угодить в ловушку из паутины, которая тянулась к вам, липла к коже, душила, заползала в горло.
Мира вновь попыталась закричать, но невидимая паутина забила ей рот и нос.
«Это плохо», – подумала она.
Затем она ничего не подумала.
Возможно, навсегда.
Возможно, всего на секунду.
Она пришла в себя, тяжело дыша. Воздух болезненно рвался из её груди. Она открыла глаза. До прозрачного синего моря простирался пляж чёрного песка. Рохан скрючился на корточках в нескольких шагах от неё, он также тяжело дышал.
Солнце было таким горячим, что Мире казалось, будто оно отравляет ей мозг. Свет вспыхнул болезненно ярко, словно ядерная бомба на горизонте, затем потемнел и стал серым, но температура не упала.
– Уф, – произнёс Рохан. – Твоему желудку не кажется, что внутри его центрифуга для сушки белья?
– У меня голова раскалывается, – простонала Мира. – Но ты упомянул про желудок, и я поняла, что хочу есть. Как ты думаешь, где мы?
– В Иноземье? – предположил Рохан.
Мира наморщила нос.
– Я всегда считала, что феи живут в каких-то сияющих и красивых местах, где полно цветов, а не в таких пустынных.
– Я не тратил время на то, чтобы представить себе, где могут жить феи, – сказал Рохан с чувством собственного достоинства. – Но подожди… где Маб? Она ведь только что была с нами.
И правда, Маб нигде не было видно. Мира ощутила лёгкий укол беспокойства. Вдруг Маб по пути в Иноземье бросила их в пустоте, и теперь они застряли здесь навсегда?
Берег вокруг них был безлюден, как пустыня. Мира взяла горсть чёрного песка и пропустила его сквозь пальцы.
– Он такой прохладный, – сказала она. – Даже приятно.
– Странно, – сказал Рохан, тоже беря горсть песка, как будто не поверил ей. – На таком солнце он должен обжигать, – добавил он. – А его как будто только что вынули из холодильника.