Луи Буссенар – Галльская кровь. Ледяной ад. Без гроша в кармане (страница 83)

— Господин Гаррисон, главный инженер промыслов. Господин Бессребреник, мой компаньон.

Гаррисону новость явно не понравилась.

— Так этот человек — ваш компаньон?.. Миссис Клавдия, толпа совершенно обезумела и ломает все без разбору. Неужели вам на страшно?

— Нет, я еду немедленно.

— Вы подвергаете себя большой опасности.

— Знаю.

— Тогда садитесь в коляску, я вас отвезу.

— Нет, бричка и лошадь принадлежат мне. Я буду править сама. Господин Бессребреник, садитесь рядом.

Гаррисон опешил:

— А как же я?

— Садитесь сзади. Этот джентльмен — мой компаньон, а значит, ваш хозяин.

В коляску был впряжен резвый рысак. Стоило только тронуть вожжи, он помчался стрелой. Пиф, Паф и Снеговик, раскрыв рты, смотрели им вслед.

Дорога, или то, что здесь считали дорогой, ведшая к нефтяным промыслам, требовала от ездоков сноровки и мужества, кроме того, по ней могла двигаться только очень прочная повозка с сильной лошадью и опытным возницей. Коляску бросало из стороны в сторону, и в любую минуту из нее можно было вылететь. Дорога, покрытая настилом из нетесаных бревен, петляла среди холмов, то поднимаясь вверх, то опускаясь к их подножию. Вообразите теперь, какие гимнастические упражнения проделывали люди, лошадь и коляска! Но, несмотря ни на что, ехали они довольно быстро и за три часа проделали двенадцать лье, когда показался дом, окруженный соснами, а перед ним — просторный загон с двумя оседланными лошадьми. Навстречу вышел мужчина в костюме ковбоя. Клавдия остановила коляску, узнав мастера с буровой вышки.

— Боб, дорогой мой, к чему вдруг такой наряд?

— Здравствуйте, сударыня.

— Здравствуй!

— Хочу примкнуть к ребятам. Очень уж у них весело.

— Так они все веселятся?

— Еще как! Взгляните сами… вон там, где дым. Горят обе цистерны с нефтью.

Клавдия побледнела, но ничего не сказала. Боб продолжал:

— Здесь лошадь мистера Гаррисона. Господин инженер может пересесть. В седле будет удобнее, чем в коляске.

Инженер, выйдя из коляски, поинтересовался:

— Что произошло за время моего отсутствия?

— Они устроили пляски в городе.

— Кто они?

— Ребята, что заварили эту кашу. Каша что надо! Сами сейчас увидите.

Коляска понеслась дальше. Два часа спустя спутники въехали на холм, откуда открывался вид на город и долину с нефтяными вышками. Клавдия не смогла сдержать возгласа негодования.

На рельсах, в клубах черного дыма, уходящего в небо, горели три вагона. Вокруг дико прыгали люди и палили из револьверов. С вершины холма они казались маленькими, а звуки выстрелов долетали слабо. В воздухе стоял невыносимый запах горящей нефти, вызывая тошноту и головную боль.

— Это воняют мои миллионы.

Ирония в словах госпожи Остин не скрывала ее глубокого потрясения. Бессребреник утешал Нефтяную Королеву беззаботным тоном:

— Ба! Я вам их возмещу, а нет, так найдем другие. Знаете, миссис, в ваших владениях не так уж плохо. Здесь настоящий город!

— Но долго он не протянет. Эти дикари его доконают. Я вообще удивляюсь, что от него еще что-то осталось.

Джентльмен уже свыкся с преувеличениями и предполагал увидеть временный лагерь.

Но перед ним, к его великому удивлению, простирались широкие улицы и проспекты, застроенные настоящими домами, как во всех новых городах Америки. Правда, улицы оказались без мостовых и тротуаров, среди кирпичных зданий попадались бараки и продранные палатки, но это был вопрос времени.

Коляска въехала на главную улицу, где располагались магазины, контора, чудесный дом для служащих промысла и главного инженера, а также апартаменты самой Королевы этого вонючего Клондайка.

Вблизи все выглядело страшнее. Кругом царила паника, раздавались крики, нечеловеческие вопли, выстрелы. И не будь наши путники так отважны, их сердца непременно дрогнули бы. Шум все нарастал.

Впереди, рядом с пылающим строением, бесновалась пьяная толпа. Горело и вправду замечательно. Огонь уже охватил крышу, и оттуда с треском сыпались горячие угли. У входа в расположенный внизу салун лежал хозяин с пробитым черепом, внутри шло веселье. Но вот оттуда вывалились два ковбоя с засученными рукавами и, взяв убитого за руки и ноги, с размаху швырнули его на проезжую часть. Их товарищ приколачивал к стене доску с нацарапанной углем надписью: «Смерть ворюгам».

— Здесь, пожалуй, шумновато, — задумчиво сказал Бессребреник.

— Мне нравится этот праздник, тем более что он на мои денежки, — в тон ему ответила Клавдия.

В толпе обратили внимание на коляску и, вероятно, в знак приветствия начали по ней стрелять. Нужно заметить, что ковбой, если в руках у него пистолет, просто не может не выстрелить. Засвистели пули, и одна разбила фонарь.

— А теперь, кажется, жарковато, — проговорил джентльмен, доставая револьвер.

Несколько человек устремились к коляске, кто-то попытался остановить лошадь.

— Пусть идут плясать с остальными! Баба тоже… Эй, красотка, вылезай!

Клавдия побледнела и сдвинула брови.

— Мы проедем? — спросила она Бессребреника.

— Не сомневайтесь, сударыня, нужно только расчистить путь.

С этими словами, почти не целясь, он выстрелил в того, который схватился за уздечку. Ковбой осел, даже не вскрикнув. Тут же появился другой, джентльмен снова поднял револьвер. Парень отпрянул.

— Держитесь крепче.

Госпожа Остин изо всех сил хлестнула лошадь вожжами. Обезумевшее животное понеслось прямо в толпу бандитов. Бессребренику пришлось уложить еще одного в центре, и коляска выехала на просторную площадь перед конторой. Кругом был хаос, среди которого кольцом стояли бандиты, а в центре круга отплясывали невероятный танец около пятидесяти человек. С лиц танцующих не сходила гримаса боли, на одежде расплылись пятна крови. Раздавались крики отчаяния, стоны, треск беспорядочной стрельбы. Всех словно охватило безумие. Когда кто-нибудь из танцующих начинал двигаться медленнее, ему целились в ноги, слышался выстрел, взрыв пьяного хохота — и страшная джига продолжалась.

Наконец бандиты заметили вновь прибывших.

— Смотрите, хозяйка приехала!

— Она шутить не будет. Сейчас начнутся дела.

— С нею этот прохвост инженер!

— Ладно… ладно. Он ничего парень. Он за нас.

Бессребреник услыхал обрывки разговора сквозь адский шум. Боб, не скрывая восхищения, смотрел на происходящее. Резким тоном Клавдия обратилась к нему:

— Что они делают?

— Вы же видите… развлекаются.

— Что это за люди?

— Ковбои.

— Откуда они тут взялись?

— Кто откуда. Из окрестных ранчо.

— А те, что танцуют?

— Так, разный сброд. Рабочие, торговцы, хозяева пивнушек — те, кто не захотел подчиняться ребятам. У них там и музыка есть. Слышите?

Действительно, сквозь вопли и стрельбу доносился странный ритм. Несколько пьяных колотили по кастрюлям, чайникам и котелкам.

Миновав этот бедлам, коляска подъехала к большому трехэтажному дому, нижний этаж которого был занят под магазины. Рядом располагались склады, где хранилось оборудование нефтяного промысла: опоры, балки, трубы и инструменты.