Лу Берри – Та, кого я не любил (страница 11)
Может, судьба была права, когда развела нас с Аней в разные стороны? Может, то, что я считал ошибкой, на самом деле было моей самой верной дорогой, единственной мне предназначенной?..
Так много вопросов — мучительных и пугающих. Но ещё страшнее было получить на них ответы.
Я помотал головой, пытаясь наконец сбросить с себя все эти сомнения, все тревоги.
Закинул чемодан в багажник, зачем-то огляделся по сторонам…
И вдруг понял — я ведь не знаю, где Аня.
И даже связаться с ней не могу — её телефон был у меня, я забрал его вместе со своими и её вещами…
Ведь Лада выгнала Аню безо всего.
Новая тревога заставила меня вновь заозираться. Я захлопнул багажник, вернулся назад, к дому, чтобы изучить то место, куда кинул одежду Ани…
Пакета нигде видно не было. Возможно, она его все же нашла. Вот только…
Где тогда была она сама?..
Глава 11
Полиция сцапала Аню ровно в тот момент, когда она едва-едва успела схватить пакет со своей одеждой, но совершенно не успела прикрыться.
Ещё никогда в жизни она не чувствовала себя настолько уязвимой, беспомощной, потерянной. И никогда в жизни не бегала так быстро, как в тот момент, когда неслась по двору абсолютно голая, а вслед ей летели смех и улюлюканье прохожих. Даже оскорбления…
Унижение — то чувство, которое она никогда прежде не ощущала так остро. И в которое её сейчас с головой макнула Лада, чего Аня никак не ожидала.
Она вообще не думала о том, как отреагирует подруга на её поступок. Беспокоилась лишь о себе, о безопасности своей и сына, но разве это плохо? Любой человек думает в первую очередь о себе самом — это нормальный, здоровый эгоизм!
Страх затмил в Ане всякие угрызения совести. Она знала, что Витя наверняка не оставит её в покое так просто, знала, что он способен и дальше портить ей жизнь — возможно, даже ещё сильнее, чем прежде…
А Лада переживёт. Ей ведь ничего не угрожает. Ну, поплачет какое-то время типично по-бабски и станет жить дальше.
В конце концов, она, Аня, ведь просто забрала свое. Вернула себе того, кто её любил. А Ладе даже сделала одолжение, избавив её от мужчины, которому она все равно никогда не была нужна!
О том, что правду стоило рассказать ещё много лет назад, а не теперь, Аня предпочитала не думать.
— Ну что молчим? — послышался голос участкового, нарушая её путаный, хаотичный ход мыслей.
Она уже потеряла счёт тому времени, которое провела здесь, в участке. Чёртова Лада! Как будто мало было ей, Ане, и без того неприятностей!
— Я ведь все уже сказала, — проговорила в ответ, стараясь не дать вырваться наружу раздражению и подступающей истерике. — Меня подставили! Я была в гостях, а потом моя подруга взбесилась и выгнала меня на улицу в чем мать родила!
— А вы всегда в гостях голой расхаживаете?
— Так получилось!
— И прямо вот безо всяких причин взяла и выгнала? — изогнул участковый бровь.
Ане в этом движении почудилась откровенная насмешка. Не сдержавшись, она огрызнулась…
— Может, у неё об этом и спросите? Откуда я знаю, что ей стукнуло! Может, она из ума выжила и её лечить пора! А вы кошмарите тут меня, вместо того, чтобы взяться за настоящую виновницу!
Участковый на неё даже не посмотрел, лишь молча что-то напечатал.
— Вы не волнуйтесь так, надо будет — и её спросим. Но, тем не менее, по улице голой бегали именно вы, есть свидетели. Вас в таком виде наблюдали дети. Так что это, Анна Сергеевна, тянет как минимум на нарушение общественного порядка. Знаете, что за это бывает?
Аня задохнулась. Хотела было возмутиться, но вместо этого… заревела.
— Я же вам говорю… я это не специально! Я сама жертва! Отпустите меня! У меня сын… ждёт дома…
До неё донеслось в ответ лишь короткое хмыканье.
— Тем более вам должно быть стыдно такое творить. В общем, вот что… прощу вас на первый раз…
Она почти уже выдохнула с облегчением, но тут участковый добавил…
— Но штраф мы вам все же выпишем. Как урок на будущее.
Такой итог тоже совсем не добавил ей радости — лишних денег не было, но так невыносимо хотелось уйти отсюда, что она решила ни с чем не спорить…
А когда оказалась наконец на улице — поняла, что не особо представляет, что дальше делать.
У неё не было ни телефона, ни документов — львиная доля того времени, что проторчала в участке, была потрачена на подтверждение её личности. И теперь, освободившись, Аня даже растерялась — куда ей идти? И… как?..
Казалось логичным добраться до родителей. Тем более, что полицейские уже звонили её матери, едва не доведя ту до инфаркта. Объясняться, по какой причине она загремела в участок, Ане совсем не хотелось, но выбора больше не было…
В конечном итоге она сообразила поймать такси прямо на улице. Эта поездка влетит ей дорого, учитывая, что ехать нужно за город, но куда деваться? Ещё и придётся просить родителей заплатить таксисту…
Но ничего, она все это перетерпит. Доберётся до родных и сможет наконец позвонить Никите, который вернёт ей её вещи, не бросит в беде…
Ведь не бросит же?..
Внезапно накатили сомнения. Он ведь ничего не ответил ей, когда она предложила все рассказать Ладе…
Что, если он не захочет бросать жену? Что, если просто развлекся с ней и ему этого уже достаточно?..
А она ведь успела вообразить, что он готов ради неё на все… Что побежит за ней, как верный пёс, стоит только поманить…
Вот дура!
Ну а впрочем…
Лада ведь теперь обо всем знает. Возможно, она сама выгонит мужа, а Аня его с радостью приголубит…
Рано паниковать. Она все сделала правильно. Пошла самым лучшим путем из возможных…
Этим она успокаивала себя всю дорогу до дачи. И к моменту, когда машина остановилась у дома, почти уже пришла в себя, но вдруг…
Обнаружила, что не она одна сюда приехала.
Стоило только Ане вылезти наружу — как первой, кого она увидела, была никто иная, как Лада.
А за её спиной маячила мама.
И, судя по её перекошенному, искаженному ужасом лицу, Лада все уже ей выложила.
Глава 12
Я не знала, сколько прошло времени с тех пор, как Никита ушёл.
Просто провалилась в немое оцепенение, просто сосредоточилась на том, чтобы слушать удары собственного сердца — только это и напоминало мне о том, что я ещё жива…
По кругу повторяла одну фразу, старую истину — все пройдёт…
Да, пройдет. А что останется? Что останется у меня после развода, после разбитой веры, после мнимой любви?..
Ответ пришёл на ум инстинктивно — я сама. Останусь я сама. Неотягощённая больше чужой ложью, освобождённая от двух мерзких тварей, которых считала родными людьми…
И я смогу встать, выстроить жизнь заново. Потому что ничего иного мне просто не остаётся.
А ещё у меня останется сын.
Сын…
Эта мысль заставила меня испуганно вздрогнуть, резко очнуться. Господи! Ведь мой ребенок сейчас у родителей Ани. И, вполне возможно, сама Аня тоже там. И один только Бог ведал, не надумает ли так называемая подруженька как-то навредить моему Паше. Не наговорит ли ему чего-то такого, что его ранит…
Теперь я знала — Аня способна абсолютно на все. И моя главная задача — позаботиться в первую очередь о сыне.