Лу Берри – Как проучить неверного? (страница 12)

Он подтянул к себе бутылку, и, не став дожидаться официанта, выдернул из нее пробку.

Я – скинула с одной ноги туфельку. Подхватив её, водрузила прямо на стол и, бросая вызов то ли ему, то ли себе, заявила…

- Раз, по вашему мнению, эти туфли сейчас не по погоде… можем найти им другое применение. Наливайте!

Глава 12

У Виталика был день открытий.

Мало того, что плотное общение с детьми, как оказалось, способно сожрать кучу нервов, так ещё, как выяснилось, дети и их проблемы отнимали у человека массу времени.

У него поехала крыша ещё там, в кафе, куда он повел детей на весьма припозднившийся завтрак. Они миллион раз меняли заказ, три раза опрокинули на стол напитки, а под конец ещё и сами облились, в результате чего пришлось вести их в уборную, чтобы отмыться.

К моменту, как на трясущихся ногах он вышел из кафе, время заметно перевалило за полдень. Он не поехал на работу, но уже ощущал себя так, будто на нем поле вспахали.

А детям было все нипочем. После кафе они потащили его гулять в парк.

Про то, что дома сидит пёс, которого с утра никто не выгулял, Виталик вспомнил лишь в тот момент, когда ввалился домой в наивной надежде, что сейчас сядет и отдохнёт…

Но дома его ждала новая ароматная куча. И не только она – лужу Люций тоже успел организовать.

Пока он ползал по полу, вытирая за щенком, у него затряслись не только ноги, но и руки. Просто сесть на диван и хотя бы пять минут не двигаться стало для Виталика пределом мечтаний.

Но только стоило ему присесть, как рядом появился сын.

- Люцик хочет гулять! – заявил Ваня бескомпромиссно.

Щенок, словно понимая, что речь идёт о нем, поднял голову и грустно заскулил.

Виталику захотелось присоединиться. Желание выть от такой жизни стало почти нестерпимым.

- Но он ведь уже… наделал дел на пол, - жалобно отозвался Виталя на слова сына.

К ним подошла Валя. И Виталик заранее понял, что она пришла не за тем, чтобы его утешить.

Сложив на груди руки, Валя выдала:

- А тебе бы понравилось, если бы тебя на весь день заперли? А, дяденька Черт?

И снова это, надо сказать, весьма обидное прозвище…

Виталик нахмурился из остатков сил.

- Не называй меня так! Я твой папа!

Дочь склонила голову набок, словно оценивая его, и в итоге сказала, как отрезала:

- Нет, не похож. Папы такие не должны быть.

Он сглотнул. Как, оказывается, дети умеют сделать больно.

Отвернувшись, Валя кинула ему через плечо:

- Мне в три надо на китайский. У тебя буквально полчаса, чтобы погулять с Люцием.

Виталик испуганно вскочил. Чёртов китайский! Он успел про него забыть. Зачем Лиза вообще отправила дочь изучать этот ужас?! Им же пытать можно людей!

Он едва не брякнул все это вслух, но вспомнил, как мама сказала, что Вале нравятся эти занятия и она делает успехи…

И это заставило его закрыть рот, так и не произнеся ни слова.

- Пошли гулять, - произнес он обречённо. – Кто знает, где этот песий поводок?

Искать, впрочем, не пришлось. Лучше всех местонахождение поводка знал сам Люций, который, заслышав слово «гулять», тут же притащил его Виталику и бросил к ногам.

- Я не хочу опять гулять, - заныл Ваня. – Я хочу играть в планшет!

- Придётся, - хмуро и бескомпромиссно парировал Виталик. – Одних я вас дома оставить не могу. Так что страдать будем все вместе.

К вечеру, как показалось Виталику, он превратился в один сплошной комок боли.

Давненько он столько не ходил за день. Ноги ныли, тряслись и просто просили пощады.

Но жизнь была неумолима.

Доставка дочери на занятия по китайскому, ожидание в компании непоседливого сына, пока они закончатся, и вечерняя прогулка с собакой окончательно его добили. Щенок таскал его по двору, как мешок с картошкой, что весьма веселило детей, а сам Виталик готов был уже попросту упасть на асфальт лицом и умереть.

Когда вернулись в квартиру – пришлось что-то решать с ужином. Он не удумал ничего лучше, чем заказать доставку еды. В итоге они сидели и безрадостно жевали каждый свое блюдо. Дети при этом торчали в своих планшетах, а он едва ворочал челюстью от усталости даже для того, чтобы поесть.

И при этом ясно ощущал разницу с теми вечерами, когда их на ужин собирала Лиза.

Она умела создать ощущение общности, тепла, уюта. А сейчас они сидели вроде и рядом, но каждый – будто сам по себе…

Эти мысли нарушил телефонный звонок. Поначалу он сбросил незнакомый номер, но почти мгновенно после этого получил смс…

«Это Анна Робертовна, я классная руководительница Вали. Перезвоните мне».

Виталик нервно сглотнул. Он и забыл про эту училку! Надеялся, что с ней разберётся Лиза, но, похоже, надежда эта была весьма напрасна.

- Добрый вечер, Виталий Сергеевич, - произнесла эта Анна Робертовна, как только он перезвонил. – Почему Вали сегодня не было в школе?

Тон такой строгий, что у него едва не затряслись коленки, будто он сам снова стал первоклашкой.

- А… э… - заблеял растерянно. – Вас Лиза не предупредила об этом?

- Предупредила, - холодно отозвалась училка. – О том, что на этой неделе по всем вопросам следует звонить вам. Так вот, я вас спрашиваю – почему Лизы не было в школе и почему вы мне не сообщили об этом заранее?

- Я… ну… так получилось. Мне было некогда…

- Вам сколько лет? – проговорила училка в ответ. – Мне ещё вас вместе с детьми воспитывать, раз вы очевидных вещей не понимаете?

Виталик с ужасом ощутил, что эта отповедь в нем вызывает злость и… стыд.

- Я вам отправила сообщение с домашним заданием Вали на завтра. Будьте добры посмотреть и проконтролировать, чтобы потом опять не вышло, что «так получилось», что она одна не готова.

Он не успел ничего ответить перед тем, как Анна Робертовна резко отключилась.

Виталик сглотнул. Последнее, о чем он вспомнил бы – так это о том, что у дочки ещё есть домашнее задание…

Трудно вспомнить о том, с чем прежде никогда ещё не сталкивался.

- Сейчас домашку будем делать, - сообщил он Вале с дрожащей улыбкой.

Ответом ему был очередной, полный презрения взгляд.

Глава 13

Я смотрела мужчине в глаза, осознавая, что даже не знаю его имени, но уже бросаю ему вызов.

Почему-то показалось, что этот человек не из тех, кто станет распивать шампанское за бешеные деньги из туфельки, которая даже не стоит столько, сколько эта бутылка…

Я была почти уверена, что он побрезгует – и от того, что обувь стоит прямо на столе, и уж тем более – от предложения из нее пить.

Но вот его взгляд встретился с моим. Его карие глаза, как почудилось, в этот миг стали почти чёрными.

Но удивительнее было то, что на их глубине вдруг что-то вспыхнуло. Словно в сплошной темноте вдруг взорвался снопом искр салют.

Я осознала, что играю с огнём. А ещё – что не хочу это прекращать.