Лоя Прыкош – Планета Эксперимент. Ларец для инопланетянина (страница 28)

Нет! Мы больше не увидимся! Я просижу в своей комнате еще неделю, и все забудется. Главное правило той игры — неразглашение. Никто не станет пренебрегать им, а значит, Авиям ничего не должен узнать. Всю оставшуюся ночь я не сомкнула глаз, мне было стыдно, одиноко и очень жарко. Я забрала волосы, разделась до трусов, но стало лишь немного легче. Уже начало светать, когда я снова смогла заснуть.

Проснулась я около часа дня. Моя поза напоминала балерину. Я лежала на спине, обхватив руки за локти над головой, правая нога согнута в колене, стопа на внутренней стороне бедра. Мне хотелось пить, помыться, но я не могла встать. Оказывается, ночное чувство вины ничто по сравнению с тем, что я испытала сейчас. Я перевернулась на живот и зарычала. Я точно не выйду больше из комнаты! Во всем виноват виски, если бы не он, я ни за что не осмелилась бы такое сказать!

Сегодня я не вышла на пробежку, и на завтрак тоже. Возможно, Авиям уже знает, что я наговорила про него, и очень недоволен. А его девушка вообще в ярости. Он придет с ней ко мне и потребует, чтобы я созналась в своем вранье. Думая об этом, я прикусила подушку. Из-за переживаний я на весь день лишилась аппетита. Вечером ко мне стучались два раза. Я не открыла. Кто это был, я не знаю. Точно не Брэди, он расхаживает в моей комнате, как у себя дома, и ключ у него есть. Может, стучался кто-то из девочек или… сам Авиям.

Весь день я провалялась на кровати без еды, настроения, и уснула ближе к полуночи.

Зато проснулась я рано и в прекрасном самочувствии. Эмоции улеглись в голове, все переживания показались очень далекими. Ведь на самом деле, это труфинджер был неисправен, а мне не поверили. В этом нет моей вины.

На пробежку я вышла очень рано и с легкостью пробежала два круга.

«Почему Брэди просил меня сменить место для разминки?» — вспомнилось мне, когда я выполняла наклоны, рассматривая темные глянцевые стены между двумя выступающими крыльями зданий, где я могла укрыться и не переживать, что кто-то увидит меня согнутой в странную позу.

Как обычно, после бега я пошла в душ. В это время заканчивался завтрак в ресторане. Как раз, пока я высушу волосы, все разойдутся по своим делам.

Так и было. Но, несмотря на это, я выбрала самый дальний угловой столик у панорамного окна.

Никто из редких гостей не косился на меня, это придало мне уверенности, что слухи не расползлись. Я села в пол оборота к залу, чтобы быть начеку. Хотя для себя я решила, что лучше уж поскорее объясниться с Авиямом, чем ощутить очередной наплыв чувства стыда и вины посреди ночи. Главное, суметь сохранить спокойствие в его присутствии.

С собой у меня был труфинджер, сейчас я готова вновь надеть его и поэкспериментировать. Я заговорила шепотом:

«Я сижу в ресторане»

«Мне двадцать семь лет»

«На мне синие джинсы»

«У меня был секс с Авиямом»

В этом прибор со мной согласился.

«У меня короткие красные волосы»

Палец загорелся красным.

В голову пришла мысль вспомнить некоторые свои сны и озвучить их, что скажет на это труфинджер?

Ко мне незаметно подошел официант. Он катил перед собой тележку с большим, закрытым серебряным подносом. Рядом стоял прозрачный графин с зеленоватым напитком, в котором плавали травы и дольки фруктов и кусок черемухового торта на квадратном блюдце.

— Нет-нет, я еще не успела заказать, вы ошиблись!

Но официант покачал головой и выложил блюда передо мной. После, парень пожелал мне приятного аппетита, развернулся и покатил назад пустую тележку. Только тогда я увидела приближающегося ко мне Авияма.

От неожиданности я сильно вздрогнула. Все-таки он как-то узнал. Выражение лица у мужчины было, как обычно, серьезное, и он точно шел ко мне, в этом углу больше никого нет. Я почувствовала себя нашкодившей школьницей и стыдливо опустила глаза. Если Нинель наплевала на правила, я обязательно спрошу у Юки, какие санкции на нее наложат.

— Ты зря тратишь время.

Я подняла голову. Авиям стоял напротив, по другую сторону стола. Наши взгляды встретились, и я с облегчением увидела, что мужчина не был сердит. Наоборот, его глаза были добрыми, манящими и, как всегда, слегка прищуренными.

— Почему?

Авиям отодвинул стул напротив и сел.

— Эти технологии, — он указал на труфинджер на моем пальце, — невозможно обмануть.

Ну да, как же… Выходит, он не знает.

— Я это слышала. Но это не правда.

Правая бровь Авияма поползла наверх. Как же изменится выражение его лица, когда он поймет, что был не прав!

— Позавчера я играла с компанией в игру. Я отвечала правду, но в какой-то момент, эта штука начала гореть красным…

— Я понимаю. — прервал меня мужчина. — И думаю, тебе нужно разобраться в себе, вполне вероятно, что ты занимаешься самообманом.

— Нет, труфинджер опровергает точный факт.

— Расскажи.

— Да… мне как раз нужно поговорить насчет этого. — я сделала паузу, чтобы собраться с духом. Авиям терпеливо ждал, когда я заговорю. Он не сомневался в приборе и, как обычно, смотрел на меня свысока.

— Ты же знаешь эту игру, ее правила?

Авиям утвердительно моргнул.

— Здесь это одно из любимых развлечений, присутствовал несколько раз при игре. Поэтому примерно представляю, какие вопросы тебе задавали. Говорю же, прибор на твоем пальце точен на сто процентов. В нем учтены все возможные нюансы, это очень сложный механизм. Если повреждается хоть малейшая часть системы, прибор выходит из строя целиком. Поэтому он никогда не ошибается. Мы очень серьезно подошли к его разработке, это не просто игрушка, это самый достоверный детектор лжи, который невозможно обмануть. А в наших рабочих делах, есть моменты, где эта проверка обязательна. Если бы мы не доверяли этому прибо…

Я перебила его.

— Получается, труфинджер прав, подтвердив, что мы любовники?

Мужчина поднял вопросительно брови.

— Он же никогда не врет!

Я откинулась на стул, скрестив руки на груди и буравя Авияма сердитым взглядом. Я так нервничала, что мой тон стал обвиняющим, будто это он специально запрограммировал труфинджеры, чтобы посмеяться надо мной. Это продолжалось несколько секунд, пока он не сообразил.

— Тебе задали вопрос про меня? Как он звучал?

— Очень грубо, я не хочу повторять. Но смысл, было ли что-то такое между нами.

Авиям на несколько секунд застыл, ошеломленный, но быстро пришел в себя и заговорил совершенно спокойно.

— Кто мог такое спросить? — левый уголок губы пополз наверх.

— Аллан видел, как мы в тот день разговаривали у бара…

Разговаривали это, конечно, сильно сказано. Я почти весь диалог молчала.

— Он решил докопаться с кем я сплю, раз не хочу с ним. — я развела руками, — И оказалось, что с тобой!

Авиям с сомнением поглядывал то на меня, то на труфинджер.

— Я думал, парни вроде Аллана нравятся девушкам?

Меня задело, что Авиям посчитал меня настолько неразумной.

— Разве что безмозглым. — оскорбилась я и осеклась, вспомнив о Вайкише.

Мысли Авияма блуждали вокруг проблемы, все-таки он не воспринимает мои слова всерьез.

— Авиям, прибор неточен. — попыталась донести я еще раз.

— Давай разберемся, как точно звучал вопрос?

Авиям придвинулся к столу и перекрестил пальцы, воображая себя психологом, который сейчас разоблачит передо мной мой самообман.

— Спроси меня сам… — я замялась, не скажу же я «Трахал ли ты меня»! «Занимались ли мы любовью» — не подходит. «Был ли у нас секс» — пошло и легкомысленно.

— Хорошо. Лора… у нас с тобой была интимная связь?

— Нет.

Я смотрела на Авияма, но знаю, что на моем пальце сейчас зажегся красный свет. Я видела, как расширились его глаза, но больше никаких изменений в лице.

— Дай.

Авиям протянул руку. Я, не касаясь, вложила в его ладонь труфинджер, и мужчина принялся рассматривать его. Несколько минут он вертел его между пальцев, надевал, снимал, разглядывал под разными углами.