Лоя Прыкош – Планета Эксперимент. Ларец для инопланетянина (страница 16)

— Теодор, Авиям. — Борис протянул мужчинам свободную правую руку, левой он по-прежнему приобнимал меня за плечи.

Теодор — серьезный мужчина лет сорока, с едва заметной сединой, крепкий, подтянутый, он был чуть ниже меня на каблуках и значительно ниже Авияма.

— Нет, Теодор, все-таки, для тебя староват. — решил Борис, когда мы отошли.

Я ожидала услышать и о другом, но продолжения не последовало.

— А второй? — напомнила я Борису про длинноволосого мужчину.

— Авиям… Авиям приезжает всегда со спутницей. В случайных связях замечен не был, местные его не интересуют. Вообще, кроме работы его мало что интересует.

— Ты ведь не собираешься устроить мне экскурсию по каждому мужчине?

— Ладно, дальше сама. Хотя кое с кем еще мне нужно тебя познакомить.

Мы пробирались мимо столиков, Борис шел впереди. Наконец, мы подошли к нужному, и друг по-джентельменски отодвинул для меня стул. Я послушно села, а Борис занял свободное место справа от меня. За нашим столом сидели одни мужчины, трое среднего возраста и молодой парень лет двадцати трех.

— Лора, мой отец, Андрей Борисович.

Отец? Я сильно смутилась. Ну почему я все-таки не заказала еды в комнату?!

— Антон Михайлович, Глеб Ярославович, — продолжил он знакомить меня, — и… Роман Антонович.

— Просто Рома. — поправил парень друга и склонил передо мной голову. Судя по пляшущим огонькам в глазах, Рома уже не раз за только что начавшийся вечер «опрокидывал» стакан с виски. Вот и сейчас к нам подоспел официант и принялся наполнять мужчинам бокалы. Я обратила внимание, что официанты расставлены по всему залу равномерно и строго по определенным местам.

— Виски? — предложил Борис.

Я кивнула.

— Попробуй брускеты с икрой. Такой ты еще точно никогда не ела.

Я с удовольствием приняла небольшие брускеты на прямоугольном плоском блюде. Здесь было целое ассорти всевозможных видов икры. Я выбрала четыре наиболее мне симпатичные, с красной икрой, черной, белой и зеленой. Зеленую я видела впервые, очень яркая, должно быть, крашенная. Каждую брускету я одолела в два укуса. Зеленая икра превзошла все мои ожидания, почему я раньше о такой не слышала? Я даже не сразу поняла, на что похож ее вкус. Сначала чувствовалось что-то морское, вроде краба, а горьковатое виноградно-мятное послевкусие было неожиданной изюминкой.

— Как тебе? — с интересом спросил Борис.

— Чья это икра?

Борис потер висок, думая, что мне ответить.

— Это ненастоящая икра, от шеф-повара. — вмешался Рома.

Борис сделал вид, что именно это и хотел сказать, но мне показалось, он сам впервые услышал об этом. Странно, почему он просто не сказал, что не знает?

За всеми этими разговорами на сцену поднялся мужчина преклонного возраста в сопровождении дамы, которая чуть отошла в сторону, когда они оказались перед микрофоном. Все прожекторы моментально направились на них, и заиграла торжественная музыка.

Мужчина начал говорить, и я подумала, что у него проблемы с дикцией, потому что не могла разобрать ни слова. На каждое незнакомое слово реагировала своя часть зала. В завершении мужчина произнес «Добрый вечер», и я поняла, что он здоровался с гостями на разных языках. По залу пробежался приветственный мужской возглас. Надо сказать, это было сильно. Все внимательно слушали мужчину.

— … вот уже восьмой раз, и каждый раз, это большая честь для меня и моего дома. Перед нами стоят сложные задачи. — твердо заявил он и обвел глазами весь зал. — Разрешить их под силу только вашим светлым умам. — мужчина направил указательные пальцы жестом от своей головы в зал, многозначительно оглядел всех еще раз, и снова перешел на незнакомый язык. В целом речь была недолгой.

— Получайте удовольствие, завтра по расписанию! — сказал он в завершении и обратился на незнакомом языке к молодому парню из зала. Судя по общему гоготу, это было едкое замечание. За нашим столиком в неведении осталась только я. Под шум смеха и аплодисментов мужчина удалился. Вокруг начали подниматься бокалы. Заиграла торжественная музыка, настолько величественная, такой я не слышала даже в самый главный праздник года. Сразу же на сцену вышел молодой ведущий, пожелал гостям хорошего вечера и запел незнакомую песню. От бокала виски тепло разлилось по всему телу. Подошел официант и поставил каждому гостю горячее. Я не могла понять, что за блюдо мне подали, пока Борис не пояснил, что заказал специально для меня бланкет с морскими гребешками. Никакой ясности это объяснение мне не внесло.

Отец Бориса оказался очень интересным мужчиной. Они с сыном похожи внешне, за исключением носов. Но волосы, глаза, телосложение, голос и даже шутливую интонацию Борис унаследовал у отца. Правда, сначала Андрей Борисович показался очень серьезным и строгим человеком, но первая его шутка развеяла неверное впечатление. Через полчаса я уже полностью очаровалась Андреем Борисовичем и стала для него «лапонькой». Сын, привыкший к папе, никак не реагировал на его шутки, а у меня от смеха начали побаливать мышцы живота. Последние пятнадцать минут я и Рома слушали, как мужчина ударился в воспоминания о молодости и первом свидании с девушкой. Борис явно уже слышал эту историю, и устало нахмурившись, откинулся на стуле, разглядывая танцовщиц, извивающихся на сцене. Как раз в это время они просочились в зал и продолжили танцевать уже по отдельности, развлекая отдельные группы гостей.

— Идем танцевать? — предложил Борис.

Я протянула руку в знак согласия, парень потянул меня к себе и уволок в сторону танцующих перед сценой, изящно выряженных гостей. Брэди не просто так предложил мне стилиста, у каждой женщины образ продуман до мелочей. Наверное, все же стоило заморочиться с прической. Моя коса, с которой я собиралась лечь спать, получилась простоватой для такого мероприятия.

Борис открыл танцевальный вечер прямо на сцене. С разных концов зала к нам потянулись гости, и мой друг галантно подавал дамам руку. Неожиданностью было увидеть недалеко от нас Рому. Изрядно подвыпивший, он просто качался из стороны в сторону.

Спустя примерно полчаса диких плясок, я изъявила желание спуститься в зал и попить чего-нибудь прохладного, а Борис остался на сцене. К тому времени к нам подтянулись молоденькие девушки, и я понимаю, почему он не захотел уходить. Я направилась к бару. Бармен уже обслуживал компанию мужчин, и мне пришлось подождать. В ожидании я осмотрелась по сторонам. Справа от меня стояла большая компания темнокожих парней, они общались между собой и громко смеялись. Слева образовались компании по два-три человека. Среди них, у барной стойки я увидела Брэди. Он был поглощен беседой с некой блондинкой и наглаживал ей плечо. Наверное, если бы я вчера согласилась на его нескромное предложение, рука американца сейчас сжимала бы меня, а светловолосая девушка не была бы такой довольной. Он скользнул по мне взглядом, но никак не подал вида, что мы знакомы, даже не подмигнул.

Во рту у меня давно пересохло, и я нетерпеливо переминалась в ожидании бармена.

— Привет, — обошел меня сзади молодой чернокожий парень. Он нарочито проскользил ладонью по моей талии, от чего мое тело отпрянуло в противоположную сторону. Широко улыбнувшись, с акцентом он произнес:

— Я — Иман.

— Лора. — коротко ответила я и отвернула от него голову, пытаясь донести, что продолжать общаться мне не интересно. В поле зрения попалась уже знакомая пышнотелая женщина, я не сразу ее узнала, до того над ней поработали стилисты. Это та самая приветливая женщина из лифта, которая позвала для меня Бориса. Мои глаза забегали вокруг нее, может, я узнаю кого-нибудь еще рядом. Я почти сразу же отыскала длинноволосого мужчину, его красивое имя я не могла вспомнить, он стоял в окружении нескольких мужчин и женщины. Брюнетка, которую я видела впервые, стояла очень близко к нему, возможно, он приобнимал ее за талию. Выражение его лица, как и говорил Борис, было, как всегда, серьезным, может даже хмурым.

— Откуда ты приехала? — парень с акцентом продолжил наш диалог.

— Новосибирск.

Не совсем так, но рядом. Мой маленький городок Бердск вряд ли он мог знать.

— Хочешь выпить? — с лица Имана не сходила улыбка.

— Хочу. Не могу дождаться, бармен занят.

— Пойдем, со мной.

Парень крепко, даже больновато, схватил меня за кисть и пробрался к барной стойке. Повелительно взмахнув рукой, Иман подозвал бармена и велел ему спросить, что я буду. Парень говорил на незнакомом языке, я ни слова не разобрала, но суть была очевидна.

— Можно колу со льдом? — попросила я.

Иман внес свои корректировки, и бармен быстро организовал нам две колы и два бокала виски. Иман не отрывал от меня взгляда, и это меня настораживало. Вокруг столпились его друзья, и я не знаю, как мне теперь оставить их.

По кругу пробежался шепоток моего имени, каждый пытался произнести его правильно. Осушив бокал с колой в два глотка, я все же решилась.

— Спасибо, я пойду, меня ждут.

Я развернулась и начала уходить, но Иман не понял моих слов и притянул вплотную к себе за талию. Это было грубо, я занервничала.

— Меня ждут, мне нужно идти! — попыталась я перекричать музыку и высвободиться.

Иман прошелся рукой от талии по бедру и с хитрой улыбкой выпустил меня. С подпорченным настроением я возвратилась на танцпол, одарив на прощание чернокожего парня взглядом, и без перевода ясно говорящим, все, что я думаю о его некрасивом поведении.