Лоя Гессаль – Муравейник. Дилогия (страница 16)

Глеб выслушал меня, и ни одна мышца на его лице не дрогнула. Как будто я рассказывала ему сказку на ночь со счастливым концом. Странно, но он не расстался со мной, как я думала, не назвал меня конченной, шлюхой или дурой, как это делали другие, не стал осуждать меня и учить жизни. Мой парень спокойно продолжал смотреть на меня, глотнул чай, затем вздохнул и во что бы то ни стало решил избавить меня от комплексов. Такой реакции я точно не ожидала, поэтому радостно закивала. Больше мы эту тему не обсуждали.

Целый месяц я ходила на какие-то курсы при модельной школе, которые нашел для меня Глеб. Там я научилась стрелять глазками, томно приподнимая ресницы, ходить на каблуках, правильно сочетать одежду, разговаривать с эротичными нотками в голосе, делать сексуальный, но при этом естественный макияж и прическу. Не всем этим я пользовалась в повседневной жизни, однако уроки действительно помогли мне повысить самооценку, которая с каждым днем подкреплялась комплиментами от Глеба и оказываемыми знаками внимания со стороны других мужчин. Максимальный же эффект на меня произвела «Ода себе любимой» – небольшое стихотворение, которым преподаватель поделилась со всей группой. Она настоятельно попросила учеников повесить его дома на зеркало и читать с выражением минимум три раза в день. И это сработало! Уверенность вновь ко мне вернулась, а комплексы исчезли, не оставив и следа.

Уже почти год мы с Глебом были вместе. Обычный парень, без особых достижений и внешней красоты, брал своей добротой, искренностью и порядочностью. Среди питерских юнцов он особо не выделялся. Скажу больше, его легко можно было спутать со школьником старших классов – худощавое телосложение, смазливое личико с еле проглядывающей растительностью на подбородке и мешковатая одежда блеклых цветов. Зато так красиво, как Глеб, за мной еще никто не ухаживал. Зарабатывал парень немного, но делал все, чтобы цветы в моей комнате не успевали вянуть.

«Ну наконец-то, вот он мой принц! – думала я. – Белого коня и королевства, конечно, у него нет. Да и слава Богу! Хватило мне истории с "БМВ"».

Глеб жил с мамой в крохотной комнате коммунальной квартиры и работал поваром в ресторане. Туда же потом устроилась и я – администратором. Работа, на которой я ежедневно общалась с нескончаемым потоком людей, помогла мне стать открытой, как раньше, и завязать новые знакомства, что тоже сыграло на руку в борьбе с комплексами.

Глеб же все больше погружал меня в свою жизнь: познакомил с мамой, соседом по коммуналке и друзьями, которые с детства были с ним не разлей вода. Наконец-то моя жизнь наполнилась приятными эмоциями и в ней появились цвета. Хотя все оказалось не таким замечательным, как я нарисовала себе в фантазиях.

Спустя полгода мой парень связался с плохой компанией. Где и как это случилось, я, к сожалению, не знаю – иначе пресекла бы печальную историю еще в начале. С тех пор Глеб стал вести себя странно: часто уединялся с друзьями, когда мы отдыхали вместе, срывался куда-то по внезапным звонкам, мог проспать целый день, а выглядел все равно уставшим и замученным. От моих вопросов «Все ли в порядке?», «Что-то случилось?», «Нужна ли помощь?» он уклонялся и переводил разговор на другие темы. Казалось, у Глеба была какая-то тайна, но делиться ею со мной он точно не собирался.

Однажды, когда я была в гостях у своего парня и мы с его мамой пили чай на кухне, в дверь позвонили. Под предлогом покурить Глеб вышел в подъезд с нежданным гостем. Спустя десять минут я решила нарушить затворничество своего парня, посмотреть, кто пришел, и вышла к ребятам. На лестничной площадке пахло горелой бумагой, паленным сеном и еще чем-то мерзким. У открытого окна, среди густого облака белого дыма, стоял мой парень с приятелем и курил. Ребята громко разговаривали и не сразу меня заметили. А я тихонько притаилась у двери и не верила своим ушам – речь шла о наркотиках.

Тогда я узнала, что Глеб травится этой дрянью и подсаживает на нее своих друзей. Конечно, показывать свои эмоции парню я не стала, хотя эта новость была для меня ударом под дых и выворачивала душу наизнанку. Я не знала, что делать… С одной стороны, во всем этом «варится» дорогой мне человек, с другой – гадость, которая выходит за границы дозволенного. Раньше я слышала о наркотиках только в новостях и никогда не сталкивалась с ними воочию. Помню фильмы о наркоманах, которые нам показывали в школе. Страшные кадры убогих людей, потерявших здоровье, семью и работу, остались навсегда у меня в памяти. Я не могла в это поверить, но теперь эта дрянь стала частью и моей жизни.

Потерять еще одного близкого человека, который в прошлом избавил меня от кучи комплексов и заставил после долгой спячки открыть глаза на мир, я была не готова, но и плавать в этой грязной луже тоже не хотела. Подумала, что стоит понаблюдать за происходящим со стороны и помочь Глебу забыть об этой мерзости. Когда-то парень протянул мне руку помощи, и я искренне была ему за это благодарна. Сейчас же наступила моя очередь вернуть долг. Так я начала знакомиться с наркоманами, узнавать о запрещенных препаратах и попала в самый центр ада.

Я общалась с ничтожествами, которые раньше имели все: достойную работу, стабильный заработок, семью, а потом связали свою жизнь с этой гадостью. Страшная ошибка разрушила их счастье и сломала судьбы их близких. Наркоманы сдавали детей в детские дома, делали аборты, распродавали семейные реликвии, разводились со своими супругами, воровали пенсии у престарелых родителей, попадали в тюрьмы и подсаживали на эту дрянь других людей.

Я видела худые, бледно-серые тела зависимых: лица, покрытые прыщами, разрушенные зубы, язвы на руках и ногах, жидкие сальные волосы и уставшие глаза, в которых отражались страдания и мольба о помощи. Меня не покидали чувства отвращения и жалости к этим несчастным. Хотелось отхлестать их по щекам и выкрикнуть:

– Очнитесь! Вы же загоняете себя в гроб, ломаете жизни других… Ради чего?!

Когда знакомые Глеба во главе с ним стали предлагать мне попробовать эту дрянь, я поняла, что пора бежать не оглядываясь, и высказала все своему парню в лицо.

Он не смог со мной расстаться: сказал, что любит и просто не представляет свою жизнь без меня – маленького луча света во тьме. Глеб уверял, что завяжет с наркотиками раз и навсегда, но ему нужны моя помощь и поддержка. Я же была только рада вытащить своего парня из грязи. Вместе мы сражались с этой гадостью полгода.

Раз восемь мой парень срывался, и мы начинали сначала. Тогда я попросила его прекратить встречи с наркоманами и вообще выбросить из своей жизни все, что связывало его с этой дрянью. Он согласился. А потом начал обманывать меня – говорить, что ничего не принимал и все это – лишь плод моего воображения. Впрочем, к тому времени я уже с легкостью могла отличить нормальное состояние моего парня от того, когда он принимал наркотики.

Мать Глеба вкалывала на трех работах, почти не появлялась дома и еле сводила концы с концами. С отцом-алкоголиком мой парень не общался. Его родители развелись лет 15 назад, и с тех пор папа Глеба пропал: с ребенком не виделся и даже не платил алименты.

Я не опускала руки и все еще старалась помочь парню в борьбе с наркотиками. Единственное решение, которое осталось у меня в запасе, – предложить Глебу переехать ко мне. Так я смогла бы контролировать почти каждый его шаг. Но он отказался. Наверное, не хотел оставлять мать в одиночестве или чего-то боялся. Я решила переехать к нему. Сначала парень идею поддержал, но через пару минут заставил меня от нее отказаться. По его словам, ютиться втроем в маленькой комнате – то еще удовольствие. Так что жить мы с Глебом продолжали отдельно, но виделись почти каждый день.

Ничего не менялось. Наркотики и мой парень были вместе, как и прежде. Из-за этого мы ссорились, и я много раз предлагала ему расстаться. Сначала Глеб угрожал мне самоубийством, а потом и вовсе перестал воспринимать мои слова серьезно: продолжал звонить и караулить меня у подъезда, как ни в чем не бывало. Я же испытывала к нему только привязанность и жалость, о любви речи не шло. Но даже этого хватало, чтобы помешать нам порвать раз и навсегда. После долгих молений парня о прощении и душещипательных признаний в любви мое сердце не выдерживало, и я снова оказывалась втянутой в грязь. В этих мучительных терзаниях и муравьиных склоках пролетели еще два месяца. Глеб так и не смог выбраться из порочного круга, но и меня отпускать не хотел.

Весной позвонила Полина и пригласила меня на их с Русланом свадьбу. Праздник намечался на конец августа. За ребят я, конечно же, была рада, но меня терзали сомнения: «Стоит ли брать с собой Глеба?» С одной стороны, я давно пыталась расстаться с парнем, с другой, не поеду же я на отдых одна, будучи в отношениях. В итоге решила, что Глебу пойдет на пользу поездка на море – хоть на какое-то время он выберется из своей гнилой дыры. А у меня появится возможность познакомить парня с друзьями, возможно, они смогут на него повлиять. И знаете, это была лучшая идея, посетившая мою глупую голову за последние десять лет, потому что в Анапе Глеб раскрылся сполна.